Самое важное в Сургуте в 2026-м: судьба ядра центра города, битвы вокруг КРТ и большие выборы

Наступивший 2026 год для Сургута обещает стать годом важных решений. В первом «прогнозном» выпуске «О чем говорят» журналисты Дмитрий Щеглов и Тарас Самборский обсуждают ключевые процессы, за которыми стоит внимательно следить в наступившем году.

Среди них: судьба проекта ядра центра Сургута, который поставлен на паузу из-за вмешательства ФАС, и роль застройщика «Брусника», участие или отключение депутатов от обсуждения проектов КРТ, а также большие выборы, которые могут привести к серьезным кадровым подвижкам. Пишите в комментариях, что вы думаете об этих темах, и какие предстоящие события и процессы вы сами считаете важными и ключевыми для 2026 года.

Дмитрий Щеглов: 2026 год уже полностью вступил в свои права. Новогодние каникулы прошли, весь народ вышел на работу. В прошлом выпуске мы подводили итоги 2025 года, но не успели поговорить про прогнозы и интересные темы наступившего. Сегодня этим и займемся. Меня зовут Дмитрий Щеглов, мой коллега журналист Тарас Самборский на связи. Тарас, привет.

Тарас Самборский: Привет, Дима, здравствуйте, все друзья, с прошедшими новыми годами.

Д.Щ.: Сегодня обсудим несколько тем, которые наиболее интересны для наблюдения, за которыми мы будем следить, которые будут главными интригами в наступившем году. Начнем с темы, которая сейчас немножко подзависла, мы ее впроброс обсудили в последнем выпуске прошлого года — это ядро центра города. Сейчас ситуация такая: Федеральная антимонопольная служба остановила конкурс, потому что кто-то пожаловался на неуточненные данные по строительству «Петрушки» и благоустройству — кто-то из участников этого конкурса или потенциальных участников. Теперь администрация города должна это дело переиграть, уточнить и заявить новый аукцион.

Что будет с ядром центра Сургута

Вопрос такой: как бы ты оценил вероятность, когда будет новый аукцион, может ли так случиться, что у «Брусники» появятся какие-то более весомые конкуренты, которые захотят этот проект у них подцепить? Вообще возможно ли подобное, насколько это вероятно?

Т.С.: Мне кажется, это не очень вероятный вариант, потому что проект освоения ядра центра Сургута курирует лично губернатор Руслан Кухарук. И, как я понимаю, он является симпатантом застройщика «Брусника». Симпатия эта основана на сотрудничестве с «Брусникой» городских властей Тюмени и других городов Уральского федерального округа, где «Брусника» на сегодняшний день является одним из крупнейших, а где-то доминирующих застройщиков. Эти производственные контакты Кухарук перенес на территорию Югры.

«Брусника» и до Кухарука работала прекрасно в Югре и в Сургуте в частности, но это были локальные проекты. Хоть и крупные, но локальные в сравнении с другими крупнейшими застройщиками региона, компанией «Сибпромстрой», например, крупнейшим застройщиком Сургута и Югры. «Брусника» строила меньше. Она работала в другом формате, и этот формат в той же Тюмени достаточно хорошо апробирован. Я уж не говорю про Екатеринбург, Челябинск, в общем, известные все уральские крупные города. Поэтому я вижу здесь логичное развитие событий. То, что Кухарук считал в Тюмени приемлемым форматом в градостроении для развития тюменских территорий, он поддерживает в Югре, в частности в Сургуте.

Вторая причина: ядро центра города — это ключевая территория Сургута. К счастью, благодаря множеству стечений обстоятельств не исчезнувшая, не ушедшая под хаотичную застройку или под типичную застройку. И эту территорию логично обустроить таким образом, чтобы она отличалась и по качеству строений, и по планировочному решению территории от других типичных микрорайонов. Здесь к этому участку Сургута предъявляются другие критерии. Этот центр — это визитная карточка, это река Сайма из трех рукавов и одни набережные только чего стоят в процессе создания этой территории, рекультивации этой территории. Соответственно, такой ландшафт уникальный влияет: тут и парк крупнейший, и другие природные зоны, и краеведческая зона, и культурная зона, и учебная зона, научная зона, в общем, совершенно и офисная, городская — совершенно удивительная территория. Поэтому, видимо, власти хотят работать с таким девелопером, который привнесет сюда и планировочное решение правильное, средовое развитие, и даст что-то новое в плане фасадов, архитектурных решений зданий и так далее.

Так что кто-то, конечно, хотел бы тоже участвовать в подобном конкурсе, но, как я уже говорил, это мое мнение, как я это представляю, этот проект носит больше имиджевый и даже обременительный характер для застройщика, нежели исключительно коммерческий. Если читать сургутские паблики, средства массовой информации, то складывается впечатление, что большинство комментариев в отношении застройки ядра центра города — это хихиканье, это обструкция, это критика двух или трех башен двадцати- или двадцатипятиэтажных, не помню, которые «Брусника» представила в своем эскизе. А содержательного разговора о том, что это будет за подход к освоению этой территории, в общем-то, мало.

Здесь, кстати, не вина, а ответственность наших руководителей: городские чиновники должны больше участвовать в презентации подобных масштабных проектов. Проект очень масштабный, проект исторический, он определяет лицо Сургута на десятилетия вперед. И, конечно, глубокие разъяснения со стороны главы города, его заместителей, работников департамента архитектуры, работников департамента культуры должны появляться более часто.

Так вот насчет обременений. Одно дело — построить микрорайон в рамках действующего законодательства, обеспечить исполнение требований федерального и регионального законодательства по нормам на парковочные места, зоны рекреации, отдыха и так далее. Другое дело — построить театр. Возможно, два. Тут какая-то у нас тоже непонятная история с Городским культурным центром, о котором в конце года было как-то вскользь сказано, что вроде бы он предполагается на месте центральной площади и самого крупного в Тюменской области катка, который был снесен. Значит, где-то тут замаячил Городской культурный центр. Плюс «Петрушка», плюс еще несколько объектов соцкульбыта, обязательных: там детские сады, школа. Плюс в каком-то объеме, я так понимаю, в достаточно значительном, обеспечение берегоукрепления, набережных, рукавов Саймы. Плюс парки, скверы, дорожки.

Причем здесь работа будет вестись на пустырях. Это не создание парка из природного леса, как в Сургуте было сделано с парком «За Саймой» и парком «Кедровый лог». А это вот надо разбивать, делать проект парка. А проекты парков — это не очень легкая работа на самом деле в архитектурной индустрии.

И, соответственно, вопрос о том, отбиваем ли этот проект и в какие годы отбиваем, очень остро стоит перед любым заинтересованным потенциальным девелопером. По моей информации, первые деньги коммерческие «Брусника» или тот, кто войдет с этим проектом, начнут получать через пять лет после начала реализации этого проекта.

Я понимаю, кто-то скажет: «Вы защищаете коммерсантов». Это наша позиция: защищать коммерсантов, которые реализуют проекты развития. Это же правильно? Мы же не защищаем коммерсантов, которые втыкают ларьки под окна жителей или из этих ларьков создают подпольные казино. Мы защищаем тех коммерсантов, которые развивают территорию и создают лучшие условия для жизни людей. Любой девелопер — это, конечно же, коммерсант, который развивает территорию.

В данном случае мы говорим о том, что ядро центра города должно выглядеть безукоризненно. Это правда должен быть такой участок в Сургуте, за который не стыдно ни одному жителю города. Куда хочется приводить своих друзей, гостей из других регионов, показывать, где хочется самому находиться. Такие места в каждом крупном городе есть уже в России. В России развитию городов федеральное правительство уделяет огромное значение. Тот, кто путешествует по России, подтвердит, тот, кто хотя бы десяток городов знает на протяжении их динамики за последние 10-15 лет, он знает, что города реально, многие города российские преобразовываются. И их унылые территории превращаются в очень современные урбанистические проекты. Соответственно, Сургут просто обязан как столица нефтяного всего-всего-всего и вся нашей страны иметь красивую территорию. Здесь нечего обсуждать.

Поэтому, резюмируя, я думаю, что задержка с принятием проекта и подписанием договора с застройщиком носит технический характер. Если бы реальный конкурент «Брусники» собирался бороться за эту территорию, мы бы так или иначе увидели проявления этой борьбы. Честно говоря, я не очень это ощущаю. Мне кажется, что этот проект патронирует губернатор, региональное правительство. Они понимают, как бы они видели этот проект. Видимо, это все модерируется очень четко с привлечением городских сургутских властей, которые проводят всю техническую регламентную работу: объявление конкурса, публичные слушания, принятие каких-то критических замечаний, реакция на прокурорские проверки или надзоры, как это все происходит.

На данном этапе мы имеем дело с бюрократическим ходом процесса. Будем ждать. Я надеюсь, что в двадцать шестом году все-таки договор как минимум будет заключен и туда или сюда этот проект городские и региональные власти толкнут. Это просто очень необходимо для Сургута.

Что будет с механизмом КРТ

Д.Щ.: Что еще из необходимого для Сургута. На самом последнем заседании городской думы, которое прошло в конце декабря в 2025 году, депутаты одобрили некий пакет поправок в условный сургутский генплан. Но, в том числе они внесли протокольное поручение о том, чтобы проекты КРТ, которые в городе будут заводиться, сначала проходили обсуждение и утверждение в Думе города, а потом уходили на обсуждение и окончательное утверждение в архитектурном совете Югры, возглавляемый губернатором. Также чтобы депутаты города Сургута каким-то образом, в каком-то своем количестве вошли в состав этого самого архитектурного совета и могли вносить какие-то свои суждения, какие-то свои предложения в тему застройки Сургута, комплексной застройки, комплексного развития территории.

Вообще мне, конечно, видится это решение наиболее правильным и логичным, потому что если депутатов отключить от обсуждения комплексного развития территории, то фактически депутатам уже и делать-то особо в Думе и нечего. Важно, чтобы была возможность у людей так или иначе через своих представителей или самостоятельно вносить свои мнения о том, как город будет развиваться: какие там будут больницы, будет ли там театр на новой территории, будет ли школа, какая школа, будет ли детский сад, какой детский сад. Это все важно, чтобы люди это видели, и депутаты в том числе это видели и контролировали.

Но мы прекрасно знаем, что общий тренд в России — на централизацию, вертикализацию и принятие решений с минимальным количеством участников: есть начальство, есть какие-то люди, которые должны начальству кивнуть головой, и все, на этом все заканчивается. Как думаешь, пустят или нет?

Т.С.: Я бы не согласился. Централизация — это одно, видение этого процесса как простоты в принятии решений — это одно, а проблема коррупции — это другое. И как бы ни хотелось власти федеральной или региональной, или любой местной власти принимать решения единолично и самостоятельно, думая, что ты единственный, кто может хорошо разбираться в том или ином вопросе, возникает объективная проблема. Во-первых, некомпетентности принятия таких решений (решение, не прошедшее обкатку экспертного сообщества, всегда будет некомпетентным), и второе — коррупциогенности подобных решений. Чем закрытее процесс принятия управленческих решений, тем выше вероятность его коррупциогенной опасности.

И вот мы смотрим по депутатским полномочиям в Югре. Наталья Владимировна Комарова придерживалась достаточно авторитарной точки зрения в этом вопросе. Она считала, что руководить надо быстро, жестко, четко, через исполнительную власть, и действительно она урезала полномочия муниципальных депутатов. Это был такой тренд. Понятно, что она это делала не сама, что это был тоже общефедеральный тренд, но регионы, выполняя этот тренд, могли все-таки допускать свои дополнительные инициативы в этом вопросе: кто-то сильнее урезал, кто-то слабее урезал. По Югре был принят вариант в отношении исполнительной власти, ну такой как бы самый максимальный: и мэров не избирать, и депутатам практически не оставить никаких полномочий.

Д.Щ.: А я могу напомнить, с чего это все это началось. С того, как сургутская дума, я там был в тот момент, в тот день и в те роковые минуты и часы, прокатила Илью Петрова, первого замгубернатора Югры на тот момент, который приехал от лица новой хозяйки Югры продавливать изменение системы управления на сити-менеджера. Депутаты тайным голосованием это дело прокатили, это был огромнейший скандал, и, видимо, тогда Наталья Владимировна решила, что с этим надо точно что-то делать.

Т.С.: Естественная реакция человека, который приехал в регион рабтать, засучив рукава, быстро, много, эффективно, а тут какие-то депутаты позволили себе воспротивиться. Но в итоге-то мы что получаем? Каким бы ты мудрым ни был конечный руководитель, принимающий все решения, ты же элементарно не справишься с таким тотальным контролем за прохождением решения на каждом уровне. Муниципалитет, казалось бы: мэра ты назначил, хочешь — в любую секунду сними его, поменяй на другого. На примере города Сургута мы же видим, что эффективность очень многих решений муниципальной власти неочевидна. Все больше вмешательства в деятельность городской власти со стороны правоохранительных органов. Значит, такая конструкция власти, как минимум на муниципальном уровне, демонстрирует, если не полностью свою неэффективность, то, как минимум, некоторые вопросы к этой эффективности очевидным образом возникают.

Что в этой ситуации предпринимать? Я бы вернулся к теме представительных органов власти. Они тогда зачем нужны? Так пусть и контролируют! Это же удобно. То есть я сижу, я вот губернатор, мне что, каждого мэра проверять, каждую его бумажку читать? Ну я же сойду с ума! И весь мой аппарат сойдет с ума. И прокуратура сойдет с ума, как бы она радостно ни искала нарушения в деятельности муниципальных работников. Но есть орган, он в Конституции прописан. Эти полномочия прописаны в Конституции, их отбирают явочным порядком.

Поэтому контроль за таким важнейшим инструментом градостроительной политики любого муниципалитета, как комплексное развитие территории (КРТ), за местными депутатами — это, по мне так, совершенно нормально, логично и политически в нынешней ситуации очень оправданно.

Напоминаю, что нынешняя ситуация во внутренней политике страны — это борьба с коррупцией. Мы же видим, что коррупции объявлена фактически тотальная война. Мы читаем заявления председателя Верховного суда, генерального прокурора, президента, хоть это и не декларируется как некая кампания широкомасштабная, а всем все понятно. На этом фоне обладание муниципальными представительными органами власти полномочиями по контролю КРТ и его принятию — это очень верное решение. Если оно пройдет через Думу, это будет правильное решение. Не пройдет — значит, риск коррупциогенности этого процесса резко возрастет.

Если исключить из этого процесса местных чиновников, например, депутаты что-то нарисовали, отправили губернатору, то это будет не КРТ, а какая-то халтура. Или убрать из этого процесса региональную власть. Ну, тогда опять эти местные там чего-нибудь натворят. Поэтому данная схема в нынешних условиях, по-моему, видится очень стройной и понятной для каждой стороны этого процесса.

Большие выборы – 2026

Д.Щ.: Давай перейдем к третьему, последнему пункту: что мы интересных процессов в Сургуте за которыми нужно наблюдать в 2026 году. И третий пункт — это, конечно же, большие выборы. Мы знаем, что каждые пять лет у нас проходят большие парламентские выборы. Для нас они отдельно большие, потому что Сургут, сургутяне выбирают и депутатов городской думы, и депутатов Думы Югры, и депутатов Тюменской областной думы, и депутатов Госдумы. В том числе депутатов, которые будут представлять отчасти Сургут в законодательном нашем органе, в Нижней палате парламента.

Сейчас Сургут представляет Вадим Шувалов, бывший глава Сургута. Фактически предложила ему стать депутатом Наталья Комарова, когда довольно стремительно и неожиданно вывела его из кресла главы, после чего это кресло занял Андрей Филатов. А сейчас неизвестно, сохранит ли, сможет и захочет ли сохранить свой мандат Вадим Шувалов. Он все-таки человек тоже уже немолодой, вполне может захотеть сам пойти отдохнуть, или ему, может быть, предложат пойти отдохнуть. А может, и нет. Получается, нам нужно будет решать вопрос, кто у нас будет депутат Госдумы от Югры.

Ходят слухи, что интерес к этому делу проявляет Максим Слепов. Тут, кстати, в этом есть некоторая логика. У нас, получается, первый глава Сургута Александр Сидоров был депутатом Госдумы, бывший глава Сургута Вадим Шувалов был депутатом Госдумы. Андрей Филатов по некоторым причинам не сможет этого сделать. Но Максим Слепов вполне может стать тем, кто также будет представлять Сургут в Госдуме. Почему нет? Есть даже такая некоторая политическая традиция.

Другой вопрос – получается, нужно будет замену искать, во-первых, на посту главы. Ну и, во-вторых, насколько сейчас это вообще вся эта схема будет выполнима. Как ты вообще эту ситуацию видишь, насколько это все вероятно и что нас ждет в плане выборного года в Югре?

Т.С.: Я бы сначала уточнил твою статистику. Из последних, не считая Максима Слепова, глав Сургута (Александр Сидоров, Дмитрий Попов, Вадим Шувалов и Андрей Филатов — четырех) два — это депутаты Госдумы, а два пошли по другому пути, по пути уголовного преследования. Из этих двух Дмитрий Попов, как говорится, отстрелялся на 100% и доказал свою честность. Ну, по Андрею Филатову ждем результатов следствия. Из этого можно сделать вывод, что это как с динозаврами: какова вероятность встретить динозавра? 50 на 50 процентов. Вот из нашей статистики получается примерно такая же пропорция: 50% — это попадание в Госдуму, 50% — это попадание в уголовное преследование.

Я не думаю, что Максим Слепов также рассуждает, как вот мы сейчас с тобой. Я думаю, что у него есть основания рассчитывать на движение по карьере, потому что за тот короткий промежуток времени, который он возглавляет Сургут, он показал несколько необходимых политику навыков. Напомню, что Максим Слепов был все-таки креатурой предыдущей управленческой команды Югры, и в частности Алексея Шипилова.

Д.Щ.: Но назначение, именно утверждение окончательное, уже было при Руслане Кухаруке. Он не стал вмешиваться во все эти процессы.

Т.С.: Там просто речь шла буквально о каких-то неделях, и соответственно, такие серьезные процессы, как смена городского руководителя, особенно в таком муниципалитете крупном, как Сургут, это не дело щелчка пальцев. Хотя Наталья Владимировна это делала как раз по щелчку пальца. И история с перемещением, с катапультированием Вадима Николаевича Шувалова в Госдуму — тому подтверждение.

Максим Слепов сумел, несмотря на то, что новая команда восприняла его, естественно, как представителя старой команды, отстроить все отношения. Они совершенно ровные, уважительные. У Сургута с Хантами нету никаких, как говорят, «терок» на привычном в том сегменте языке. И мы видим очень достойное, уважительное отношение губернатора по отношению к Сургуту. А были периоды, когда мы наблюдали просто выволочку за выволочкой наших руководителей. И этот вопрос снят. Ну, конечно, это какое-то умение, это мастерство.

Плюс по Сургуту Слепов делает много вещей очевидно правильных. Делаются в Сургуте, конечно же, и вещи, за которые городскую власть необходимо критиковать, но опять-таки это естественный управленческий процесс в любом на любом уровне власти. Это ясно. То есть в целом, скажем так, местность Слепова сыграла ему на руку. Люди истосковались по местным управленческим кадрам, а не по варягам. И вообще тема варягов для Сургута очень болезненная тема, все это понимают: и старожилы города, и городская общественность, которая следит за местной политикой. И здесь Максим Слепов попал просто в общий строй. Он вписался.

Единственный вопрос: почему так рано? Потому что выборы в Госдуму в этом году, они через, если это происходит через 4 года, может быть, это как-то спланировать через 4 года. Опять-таки, мы обсуждаем только слух. Но слух интересный, слух, скажем, кажется на жизни горожан все-таки. Хотелось бы смену градоначальников наблюдать реже.

Д.Щ.: Посмотрим. Я думаю, что мы это узнаем достаточно скоро. То есть как один из вариантов, если действительно Максим Слепов проявит интерес к этой теме, он, как я понимаю, должен это сделать в ближайшее время. Может быть, в ближайшие месяц-два. Потому что в апреле уже начнется праймериз, и каждый, кто захочет идти на выборы от «Единой России», должен будет как-то в этом всем деле участвовать.

Ну что ж, друзья, мы будем завершать наш сегодняшний разговор. Естественно, все темы, которые мы сегодня поднимали, и множество других тем мы еще в течение года будем обсуждать. Если вам интересно то, что мы обсуждаем, пожалуйста, ставьте нам лайки. Расшифровка этого разговора будет, как обычно, на siapress.ru, ссылка в описании, как всегда. С Новым годом вас еще раз, и до новых встреч, через неделю вновь услышимся. До свидания.

Т.С.: Спасибо, друзья, всем пока.