Сургутская дума лишилась одного из своих депутатов — Василия Птицына. Формально речь идет об утрате доверия, но сама история вызывает много вопросов, потому что претензии к депутату выглядят слишком похожими на обычную природу представительной политики.
Журналисты Дмитрий Щеглов и Тарас Самборский обсуждают, почему прокуратура добилась лишения мандата Василия Птицына, в чем именно увидели конфликт интересов, почему коллеги-депутаты не поддержали это решение, как в реальности устроено взаимодействие бизнеса, бюджета и депутатского корпуса, и не ведет ли такая практика к тому, что представительные органы вообще могут остаться без людей с хозяйственным опытом.
Дмитрий Щеглов: Сургутская дума лишилась одного из своих депутатов — Василия Птицына. Откровенно говоря, не слишком страшное событие ввиду того, что дума уже прекращает свои полномочия практически: впереди летний сезон, а потом выборы. Тем не менее, сам по себе случай примечательный. Его мы сегодня и обсудим. Меня зовут Дмитрий Щеглов, мой коллега, журналист Тарас Самборский, на связи. Тарас, привет.
Тарас Самборский: Привет, Дима. Привет всем, друзьям.
Д.Щ.: Ситуация следующая. Городская прокуратура обратилась в сургутскую думу и попросила принять решение о том, чтобы лишить Василия Птицына мандата по утрате доверия. А утрата доверия заключалась в том, что Птицын руководит прямо или опосредованно парочкой каких-то бизнесов, и якобы он в качестве депутата каким-то образом голосовал, или поддерживал, или обсуждал те моменты, которые прямо или косвенно касались интересов этих самых бизнесов.
Надо сказать, что коллеги Птицына не стали поддерживать просьбу прокуратуры, проголосовали тайно и решили, что своего коллегу сдавать не будут. Тем не менее прокуратура обратилась в суд, и теперь по решению суда Птицын мандата лишается. Если честно, мне показалось, что это то самое дело, это вот, знаете, как заводят на бизнесменов уголовное дело по статье «Мошенничество», и зачастую то, что им инкриминируется, ничем не отличается от обычной бизнес-деятельности: например, купил подешевле, продал подороже, условно говоря, и за это — мошенничество. Здесь как будто бы что-то то же самое: депутата наказали за деятельность, которая внешне неотличима от деятельности депутата. Как тебе вся эта история?
Тарас Самборский: Может быть, здесь речь идет об элементарной формальной процедурной деятельности. Прокуратура ведет надзор над чиновниками и депутатами, и по формальным признакам что-то сошлось — вот получите представление. Я даже не уверен, что прокуратура сильно разбирается, кто такой депутат Птицын, какие его заслуги перед городом, перед депутатским корпусом. Исполняйте это представление, да? И неудивительно, что коллеги по думе не поддержали данное представление прокуратуры, потому что, собственно, а в чем вопрос? Вот мне содержательно непонятна вообще претензия. Он предприниматель. Так. Разве предпринимателям запрещено баллотироваться в представительные органы местного самоуправления?
Д.Щ.: Я просто еще напомню другую вещь: у нас мэр нашего города некогда был главврачом городской поликлиники или больницы, я не помню, как правильно формулировка. Уж он точно в качестве депутата каким-то образом поддерживал и лоббировал какие-то хорошие вещи в отношении своей больницы. Тут уж как бы все депутаты занимаются так или иначе какими-то процессами...
Т.С.: Собственно, безусловно. То есть мы об этом и говорим, что почти все депутаты бегают по коридорам власти разных уровней в поисках контрактов, которые в том числе попадают в их бизнесы так или иначе. То есть они занимаются лоббистской деятельностью. Проблема в том, что в Российской Федерации лоббизм не узаконен, как в Америке, например, и действительно можно заподозрить того или иного участника этого процесса в коррупционном сговоре.
Но пример с руководителем бюджетного учреждения, в данном случае поликлиники городской, который одновременно является и депутатом, показательней. То есть предприниматель, который как предприниматель борется за те или иные контракты муниципальные, нарушает закон, и возникает конфликт интересов, а городской депутат, возглавляющий финансируемое из городского бюджета, который он как депутат утверждает, учреждение, значит, не демонстрирует конфликта интересов. То есть ситуация такая парадоксальная, странная. Мне кажется, ни на что она совершенно не влияет, и все тут абсолютно ясно.
Один бывший депутат сургутской городской думы мне в разговоре признался как-то. Говорит: «Ты представляешь, не отбил, не отбил, не отбил расходы вообще. Не сильно у меня были расходы, чтобы туда попасть, но даже это не отбил». То есть делайте выводы. Это не означает, что он бегал по администрации и какие-то контракты себе вытягивал. Это означает, что это совершенно очевидная практика.
Как сформировать городскую думу из компетентных депутатов, которые вообще понимают, что такое бюджет, что такое деньги, что такое дефицит, что такое профицит, что такое сокращение расходов, что такое увеличение налогооблагаемой базы? Скажите, пожалуйста, как, из кого? При всем моем уважении — не из библиотекарей, не из дворников. Я не социальный расист, но здесь вопрос о компетенциях. То есть горожан в городской думе должны представлять люди с опытом ведения хозяйственной деятельности, правильно? Это либо первая категория — предпринимательское сообщество, вторая категория — руководители муниципальных, бюджетных и других структур, оперирующих бюджетами.
Я бы из этой истории сделал один простой вывод: нам надо пересмотреть законодательство в сторону либерализации этих потенциальных проблем, потому что как бы не случилось так, что мы можем остаться без депутатского корпуса. Не только мы, да? Возьмите окружную думу — там тогда надо их всех выгонять, там же конфликт интересов на конфликте интересов. Там сейчас сидят кто? Представители «Газпрома», «Сургутнефтегаза». Они там чем занимаются?
Д.Щ.: Что в городской думе, что в окружной, что в областной.
Т.С.: Поэтому история какая-то странная, анекдотичная, и, в общем-то, все это в стиле Салтыкова-Щедрина. Тут нечего даже и обсуждать больше.
Д.Щ.: Да, мы скоро пронаблюдаем за полным, или как минимум частичным, обновлением депутатского корпуса. У нас выборы. Посмотрим, как там будет. Но, конечно, эта история с прокуратурой выглядит максимально странной, и, собственно говоря, депутаты, с которыми я лично разговаривал, тоже говорят, что это очень-очень странная штуковина и очень-очень странные претензии со стороны прокуратуры. Посмотрим, как это все будет дальше развиваться.
Что ж, дорогие друзья, пожалуйста, слушайте нас на различных платформах, какие имеются, читайте нас на siapress.ru, ссылка будет, как всегда, в описании. До новых встреч, скоро вновь услышимся. До свидания.
Т.С.: Спасибо, друзья, всем пока.