Можно ли назвать Сургут историческим городом, если большинство его знаковых зданий уже утрачено или находится под угрозой? Ответ на этот вопрос искали участники открытой встречи, посвященной сохранению советской архитектуры. Есть ли у города собственная идентичность, почему жители редко защищают исторические объекты и что останется следующим поколениям – читайте в статье СИА-ПРЕСС.
А есть ли у Сургута символические места?
На открытой встрече в Центральной городской библиотеке имени А.С. Пушкина участники обсуждали, можно ли считать Сургут историческим городом, почему одни здания реконструируют, а другие сносят, и что должно появиться на месте заброшенных объектов, чтобы они снова стали нужны горожанам.
«Сургут – город с богатой 400-летней историей… Можем ли мы так сегодня сказать о городе, прогулявшись по его улицам? В последнее десятилетие сургутяне с активной гражданской позицией борются за сохранение памятников советского модернизма. Но не все горожане разделяют мнение защитников советской архитектуры, выступая за обновление городского пространства, – отметили в группе во ВКонтакте «Советский модернизм Сургута». – Сегодня проблема сохранения кинотеатра «Аврора», снос железнодорожного вокзала и дома культуры «Строитель», привели к тому, что Сургут может потерять свое советское прошлое. По нашему мнению, настал момент для конструктивного диалога противоборствующих сторон».
Встречи прошли в рамках проекта «Город из бетона: практики сохранения памятников советского модернизма в Сургуте», который реализуют при поддержке Фонда Потанина.
В этот раз организаторы выбрали не формат лекции, а открытую дискуссию. Среди участников были заведующий кафедрой истории России Института гуманитарного образования и спорта Сургутского госуниверситета Денис Кирилюк, ведущий специалист управления муниципального проектного офиса Ресурсного информационного центра Сургутского района Иван Руссо и член Молодежной палаты при Думе Сургута Дмитрий Малишевский (и главный редактор СИА-ПРЕСС Юлия Латипова).
Сначала присутствующим предложили по памяти изобразить карту Сургута и отметить здания, памятники и места, которые кажутся важными. Так организаторы пытались понять, какие точки действительно присутствуют в памяти горожан и воспринимаются ли они как часть общей истории.
Выяснилось, что у каждого есть собственный набор значимых мест, но единого и узнаваемого образа исторического Сургута практически нет.
«Исторический город – это не только город, которому много лет. В него обязательно вкладывается такое явление, как наличие символических мест. История либо наделяется определенными символами, либо нет. И вот в этом смысле Сургут не исторический город, потому что символические места у нас традиционно недолго жили и со следующей эпохой разрушались», – отметил сургутский историк Денис Кирилюк.
Сносить или не сносить?..
После участники перешли к основным вопросам: почему одни советские здания сохраняют, а другие сносят, кто способен повлиять на их судьбу, выполняет ли ИКЦ «Старый Сургут» роль полноценной историко-культурной территории и может ли архитектура стать основой для туризма.
Среди главных тем было противоречие между возрастом Сургута и состоянием его исторической среды. У города есть многовековое прошлое, а период нефтегазового освоения Севера уже сам стал важной частью российской истории. Однако в пространстве Сургута эти эпохи представлены слабо. Многие старые здания были снесены, перестроены до неузнаваемости или заменены новоделами. В итоге жители не всегда могут почувствовать связь между современным городом и тем, каким он был несколько десятилетий назад.
Одним из последних действительно старых зданий участники назвали бывший Дом пионеров.
«Самое главное, за что мы сегодня в том числе бьемся, – Дом пионеров. Все-таки зданию уже около 70 лет, а для Сургута это очень историческое здание. Наверное, это последнее, что осталось, и за это действительно стоит бороться», – сказал Денис Кирилюк.
При этом для старшего поколения Дом пионеров – это воспоминания о детстве, занятиях и городской жизни. Для человека, который приехал в Сургут недавно, это просто заброшенная постройка.
Во время дискуссии прозвучало также несколько объяснений, почему советские здания сносят:
Во-первых, большинство объектов не имеет охранного статуса. Пока здание не признано памятником, его легко воспринимать как старую и неудобную постройку, которая мешает развитию территории.
Во-вторых, решения о судьбе здания могут откладываться годами. За это время объект продолжает разрушаться, общественный интерес ослабевает, а активисты устают бороться.
Организатор встречи, исследователь Центра урбанистики Тюменского государственного университета Артём Михалишин привел в пример сургутский железнодорожный вокзал.
«Муниципалитет выбрал такую тактику: не говорить ни «да», ни «нет», а просто постоянно откладывать решение. А дискуссия спадает. Появились первые вопросы о реконструкции вокзала, поднялась какая-то шумиха – отложили. Потом снова отложили. Проходит несколько лет, и вокзал спокойно сносят. А в комментариях горожане пишут: «Наконец-то снесли бомжатник». Люди, которые все это защищали, охладели, дискуссия спала, и в итоге объект снесли», – рассказал он.
Еще одна причина – желание решить проблему наиболее простым способом. Снести аварийное или заброшенное здание зачастую быстрее, чем искать для него новое назначение, проводить обследование, разрабатывать проект реконструкции и затем содержать объект.
Кроме того, за каждое здание обычно выступает ограниченный круг людей, для которых оно имеет личное значение. Когда эти горожане уезжают, стареют или перестают участвовать в общественной жизни, объект фактически остается без защитников.
«Когда у нас постоянно обновляется население, человеку уже не с чем себя ассоциировать. Все снесли, все переделали – и для него это уже не настоящий город», – отметил Михалишин.
Отдельно участники говорили о том, что у города нет понятного образа, который можно было бы представить жителям других регионов. По мнению Малишевского, Сургут пока не нашел свою «визитную карточку». Даже культура коренных народов, несмотря на название региона, не стала тем образом, который привлекал бы туристов или был понятен молодежи.
«Мне кажется, концептуально в Сургуте пока нечего предложить. Я сам нечасто ходил на экскурсии по городу, хотя живу здесь со школьных лет. Если взять Петербург – это сразу царская история. Волгоград – Сталинград и Великая Отечественная война. А что Сургут? Должно быть что-то, что сразу ассоциируется с городом. Пока такого образа, который был бы широко известен, нет», – считает член Молодежной палаты при Думе Сургута.
Кому интересна судьба Сургута?
На встрече много говорили о бывшем кинотеатре «Аврора». Если для некоторых это памятное место, связанное с молодостью и культурной жизнью города, то для нынешних подростков и студентов очередная заброшка. Они уже не знают, что находилось в здании и почему вокруг него идут споры.
«Мне постоянно приходится объяснять, что такое «Аврора». Когда начинаешь рассказывать про старое здание, про его историю, сразу чувствуешь себя каким-то старпером. Но ребята начинают интересоваться, когда говоришь не о прошлом, а о том, что может появиться на этом месте. Например, многие сразу спрашивают про аниме-кафе или какие-то современные пространства», – рассказал Дмитрий Малишевский.
Он считает, что говорить с молодыми людьми нужно именно о будущем здания:
«Мы стараемся говорить с ними через то, что им интересно. Показываем, что здесь может появиться то, что они видят в Петербурге или Москве. Если «Аврора» действительно станет пространством для креативного бизнеса, творческих инициатив, арт-резиденций, тогда это уже будет цельное место, куда люди будут приходить просто потому, что там интересно».
По его мнению, такая площадка могла бы стать точкой притяжения не только для сургутян, но и для жителей соседних небольших городов.
Важную роль в сохранении наследия участники отводят людям, которые находятся в Сургуте десятилетиями, – старожилам. Ведь они могут рассказать, что происходило в Доме пионеров, «Авроре», ДК «Строитель» и других зданиях, кто там работал и почему эти места были важны.
Но, как отметили на встрече, носителей такой памяти становится меньше. Кто-то уезжает из города, кто-то уже не может активно участвовать в общественной жизни. Вместе с ними Сургут теряет не только воспоминания, но и людей, готовых защищать конкретные здания.
Еще одной проблемой присутствующие назвали отношение жителей к местным культурным проектам.
«Меня поразила реакция директора краеведческого музея. Она сказала: вы переоцениваете наш город. Сургутянин убежден, что здесь нет ничего ценного, ради чего стоит платить деньги. Какие там экскурсии в VR-очках… Вход в музей стоит сто рублей, а если появляется что-то особенное за двести, человек говорит: «Это дорого». Но потом едет в Турцию, в Памуккале, условно, и спокойно платит сто долларов. Вот такая психология: для своего города сто рублей дорого, а для чужого – нормально», – рассказал Денис Кирилюк.
Бизнес и чиновники тем временем тоже не спешат участвовать в вопросе сохранения городской истории. По словам участников, сургутский бизнес теоретически мог бы вкладываться в восстановление исторических объектов, но для этого необходим понятный механизм. Это могут быть налоговые льготы, соглашения с властями, совместное финансирование или возможность использовать часть здания в коммерческих целях.
Кроме того, часть крупных компаний управляется из других городов, а их руководители не связывают свое будущее с Сургутом. В таком случае местное архитектурное наследие не становится для них приоритетом, подчеркнули на мероприятии.
Иван Руссо обратил внимание и на другую проблему – страх чиновников перед нестандартными решениями.
«Вся чиновничья логика у нас построена так, чтобы, не дай бог, ничего не произошло. Потому что ты несешь ответственность, и любой шаг в сторону может обернуться проблемами. Люди хотят сохранить работу, поэтому часто боятся проявлять инициативу: из-за разных обстоятельств у них буквально связаны руки. В итоге проще ничего не делать. Конечно, если появляется инициативный руководитель, он может многое изменить, но в большинстве случаев инициативы все равно идут сверху», – подчеркнул он.
Критикуешь – предлагай
Встреча не ограничилась перечислением проблем. Участниками были предложены разные идеи. Например, создать в Сургуте музей советского модернизма. По словам организаторов, такой объект мог бы стать редким для России и привлечь людей, интересующихся архитектурой, историей СССР и развитием северных городов.
Музей предлагают сделать интерактивным. Посетители могли бы собирать мозаику, знакомиться со строительными материалами, изучать советские проекты микрорайонов и сравнивать их с современным Сургутом.
Следующая идея связана с одним из главных представителей русского рока – основателем групп Nautilus Pompilius, «Ю-Питера» и «Ордена славы» Вячеславом Бутусовым, который жил и учился в городе. Небольшой музей или культурное пространство могли бы рассказывать о раннем периоде его жизни, показывать фотографии и проводить музыкальные мероприятия.
Также организаторы разрабатывают маршрут по советской архитектуре. Его хотят передать музеям и экскурсоводам как готовый туристический продукт.
Среди других предложений прозвучали:
- VR-реконструкция старого Сургута;
- городские квесты и фоточелленджи;
- сувениры с изображениями архитектурных объектов.
Кроме того, одним из конкретных результатов проекта «Город из бетона» станет путеводитель по архитектуре и истории Сургута, поделился Артём Михалишин. Организаторы собирают старые и современные фотографии, планы микрорайонов, информацию о зданиях и материалы о советском модернизме. Брошюру планируют напечатать, передать в музеи и администрацию, а также разместить в интернете.
В ней хотят показать не только отдельные объекты, но и общую логику развития Сургута: как проектировались улицы, микрорайоны и общественные пространства, каким город задумывали советские архитекторы и что в итоге было реализовано.
Разговор, на который почти никто не пришел
При этом сама встреча показала одну из основных проблем. Интерес к теме остается крайне низким.
На встрече не было представителей администрации, девелоперов, многих городских активистов и старожилов. Среди приглашенных, которые не смогли присутствовать, – создатель проекта «Советский модернизм Сургута» Юрий Семенков, представитель «Газпром трансгаз Сургут» Давыд Глуховский и член молодежной палаты при Думе города и один из инициаторов сохранения «Авроры» Денис Негру.
История вопроса
Дискуссия о сохранении архитектуры продолжается в Сургуте не первый год. Старший научный сотрудник Центра урбанистики ТюмГУ Игорь Стась ранее писал, что разрушение исторической застройки города требует отдельного исследования. Еще в 1980-е и начале 1990-х годов Сургут потерял значительную часть старого города.
В 2010-е общественность боролась против сноса Дома пионеров. Позже начались споры о сохранении поселков нефтяников, геологов и строителей, возникших в период промышленного освоения Севера.
В декабре 2024 года был снесен ДК «Строитель» – старейшее капитальное здание Сургута. Ранее город потерял железнодорожный вокзал, который исследователи называли одним из главных местных образцов позднесоветского модернизма и брутализма.
Теперь одним из главных вопросов становится судьба «Авроры».
За спором о конкретном здании стоит более широкий выбор: продолжит ли Сургут обновлять городскую среду через снос или научится сохранять старые объекты, наполняя их современными функциями.