Кажется, что коллекционирование искусства – дорогое увлечение для состоятельных людей, а цены на картины порой вообще сложно объяснить. Но обязательно ли иметь миллионы, чтобы собрать собственную коллекцию, и можно ли однажды на ней заработать? Об этом СИА-ПРЕСС поговорил с казанским коллекционером и галеристом Евгением Жудровым, который в том числе работает с художником Ильгизом Гимрановым ‒ его выставка сейчас проходит в сургутском «Стерхе».
«Чтобы покупать искусство, необязательно быть состоятельным»
‒ Можно вообще начать собирать искусство, если у тебя нет больших денег? Или коллекционирование картин все-таки остается занятием для состоятельных людей?
– Сегодня – можно. Сейчас проходит много выставок и ярмарок, где хорошее искусство можно приобрести за вполне доступные деньги. И в Москве, и в регионах появляется все больше таких мероприятий. Многие энтузиасты и профессионалы рынка вкладывают силы, время и средства, чтобы искусство становилось доступнее.
Когда я сам начинал коллекционировать, первую картину купил за 17 тысяч рублей. Моя зарплата тогда составляла примерно 25-30 тысяч. То есть я отдал за нее больше половины месячной зарплаты. Конечно, это были совсем другие 17 тысяч, не такие, как сейчас. Но начать было возможно и тогда. Все зависит от того, что именно вы хотите приобрести.
Если речь идет об известном художнике, представленном в музеях и на серьезных аукционах, цена будет соответствующей. Но хорошую работу сегодня можно найти за совершенно разные деньги.
– Тогда как вообще определяется цена картины? Почему одна стоит 50 тысяч рублей, а другая – миллион?
– Здесь ничего нового придумывать не нужно – факторы давно известны. Один из главных – спрос на художника. Если спроса нет, бессмысленно ставить какие-то запредельные суммы.
Есть и критерии, по которым профессионалы оценивают адекватность цены. Они примерно одинаковы во всем мире. Например, наличие художника в Artprice – там фиксируются результаты международных аукционных продаж.
Возьмем Ильгиза Гимранова. Его работы продавались на Sotheby's и MacDougall's в Лондоне. Соответственно, можно посмотреть реальные открытые продажи и понять, за какие деньги его работы действительно покупали.
Второй важный фактор – представленность художника в серьезных музеях и фондах. Почему это имеет значение? Потому что там работают профессионалы, которые уже сделали свой выбор в пользу этого автора. Это и есть путь институционализации художника.
Конечно, бывает и другой подход: у человека не было ни одной персональной выставки, его работ нет в институциях, но он оценивает их в сотни тысяч или миллион рублей. И иногда такие работы действительно покупают. Если человеку эта картина настолько нужна – ничего плохого в этом нет. Бывает, что что-то щелкнуло внутри и ты понимаешь: тебе нужна именно она.
В конце концов, самое главное – любовь к искусству.
«Искусство – это билет в один конец»
– То есть картина – это все-таки не только предмет на стене?
– Конечно. Я консультирую несколько корпоративных и частных коллекций, помогаю приобретать картины и вижу по обратной связи, как меняются люди и даже семьи.
Ты приносишь домой новую картину – семья ее обсуждает. Дети растут в атмосфере искусства. Появляются новые темы для разговоров, люди начинают что-то искать, разбираться, запоминать имена художников. Это погружение в совершенно другой мир.
Поэтому я считаю, что картины надо покупать. Для этого необязательно иметь огромные деньги – сегодня хорошее искусство можно найти в самых разных ценовых категориях. Главное – любить его и стараться сделать так, чтобы следующее поколение тоже росло с этим интересом. Чтобы становилось больше музеев, галерей и людей, которые двигают эти процессы вперед.
– Но картины сегодня можно рассматривать как инвестицию? Например, купить молодого художника относительно недорого, а через десять лет обнаружить, что работа подорожала в несколько раз?
– Если кто-то скажет вам: «Купите эту картину, и через десять лет она будет стоить в десять раз дороже», – никогда не верьте. Никто не знает, что произойдет через десять лет.
Но могу говорить о собственном опыте. Например, мы работаем с Ильгизом Гимрановым с 2010 года. В 2016 году он создал свой известный проект «Хрущевочки», который мы показываем и популяризируем. И с 2016 года стоимость его работ ежегодно увеличивается минимум на 25%. Это уже не прогноз, а наша практика.
С другими художниками все индивидуально: нужно смотреть, кто это, где представлены его работы, как развивается его карьера. Хорошее искусство будет оставаться ценным, но я бы не советовал опираться только на финансовую составляющую.
Лучше воспринимать рост стоимости как приятный бонус. Вам нравится картина, вы каждый день смотрите на нее дома, а потом узнаете, что когда-то купили ее условно за тысячу долларов, а теперь подобные работы продаются за три тысячи. Конечно, приятно.
Но если единственная цель – сегодня купить, а через пять лет продать дороже, наверное, лучше поискать другие рынки. Арт-рынок специфический, и подход исключительно ради заработка здесь, на мой взгляд, не очень уместен. Надо в первую очередь любить искусство. Возвращаемся опять к любви. Сначала ты это любишь, а потом понимаешь, что уже без этого не можешь.
Я всем говорю: это билет в один конец, ребят. Никто еще не соскочил. Если начинаешь коллекционировать работы, коллекционировать искусство – этот вирус неизлечим. Имейте в виду: обратной дороги нет.