Расскажу пару новостей из мира, который для читателей нашего портала, вероятно, является несколько инородным – компьютерные игры. Российское государство чуть ли не на официальном уровне признает, что пора эту сферу развлечений политизировать – ибо, мол, зловредный запад активно использует гейминг в качестве насаждения своей идеологии и «мягкой силы», а мы проморгали и отстали.
Власти через свой «Институт развития интернета» даже выделили 260 млн рублей на разработку игры под названием «Смута» – там главный герой в лице князя Юрия Милославского будет вместе с Кузьмой Мининым и Дмитрием Пожарским спасать страну от польских интервентов. Правда, досталась эта работа студии, которая в своем портфолио имеет примерно ничего, но вот тут как раз ничего удивительного. Удивительно было бы, если бы дали деньги хорошей и известной студии.
Но, даже абстрагируясь от нюансов разработки конкретно «Смуты», есть несколько аспектов, о которых надо сказать.
Первый. Для вашего понимания – разработка видеоигр это, как ни странно, совсем не игрушки. На минуточку – в мире около 3,1 млрд человек так или иначе являются потребителями этой сферы. Объем рынка – $200 млрд, то есть уверенное первое место во всей индустрии развлечений. Ни кинопрокат со всем своим Голливудом, Болливудом и прочими «вудами», ни спорт со всеми Олимпиадами – рядом не валяются рядом с видеоиграми. Китайский разработчик Tencent имеет больше сотрудников, чем Сургутнефтегаз, а по стоимости и выручке намного превосходит наших нефтяников.
То есть тема серьезная, и развивать ее – крайне перспективное и правильное занятие. НО.
Второй. Производство игр – это, как автомобиле- или самолетостроение, дело интернациональное. Даже если студия полностью российская и работают там только наши граждане, она все равно не может обойтись без программных разработок и «железа», которое производятся на западе. С которым у нас потихоньку возводится незримый занавес, причем уникальность ситуации в том, что «шьют» его активно с двух сторон. Как делать первоклассный игровой продукт без участия иностранного ПО – вопрос серьезный. Что-то на коленке сделать можно, но первоклассное – маловероятно.
Но даже если игра будет – ее нужно еще как-то распространять и продавать. Выдам страшную тайну: сейчас покупка диска с игрой в магазине – это не такое популярное явление, как в 90-х. Сейчас основная дистрибуция происходит на больших онлайн-площадках, которые… сюрприз-сюрприз! – отключили российских разработчиков и покупателей. Опять же – делать свою? Можно. Что получится и в какие сроки – непонятно.
Третий. Геймдев, как кино – пространство высокого профессионализма и творческой свободы. Чтобы сделать что-то очень крутое, прорывное, революционное, нужно очень хорошо изучить рынок, потребителя, имеющиеся предложения, деконструировать имеющиеся шаблоны и пойти на смелые эксперименты. А когда у тебя за плечом стоит государственный цензор – нельзя сказать, что задача становится такой уж невыполнимой, но она резко усложняется. В отсутствие подобного цензора (а еще следователя и прокурора, которые с плотоядным удовольствием проконтролируют использование государственных денег) я не поверю от слова «совсем».
Итого.
Может ли та же «Смута» или любая другая российская «патриотическая» игра получиться хорошей? Конечно, может. Она может даже в некотором смысле выполнить идеологическую задачу, если авторы окажутся достаточно талантливыми. Но шансы, что это случится, я оцениваю как невысокие. Потому что там, где влезает авторитарное государство, чьи властители помешаны на контроле – как правило, убивается всякая жизнь и творческая инициатива.
P.S. Чтобы вы не думали, что я просто хаю все российское. Наши ребята умеют делать игры. Один из свежих примеров, который привел в восторг лично меня – «Черная книга» от студии Morteshka. Великолепная игра, основанная на славянском и коми-пермяцком фольклоре – сделанная с любовью к нашей стране и ее богатой народной культуре. Рекомендую.