Администрация Сургута обратилась в суд с требованием снести недострой на улице Рабочей, история которого началась с расширения гаража. На его месте в перспективе предлагают разместить спортивное сооружение и перехватывающую парковку.
Журналисты Дмитрий Щеглов и Тарас Самборский обсуждают, как подобные объекты появляются внутри жилых районов, какие выводы должна сделать городская власть и почему важно реагировать на публикации прессы. В разговоре — точечная застройка, коррупционные риски, отношения чиновников с предпринимателями, общественный архитектурный совет и будущее территории на Рабочей.
Дмитрий Щеглов: Четыре года назад мы на siapress.ru написали историю о том, как в районе Строителей, на улице Рабочей в Сургуте, появилось некое странное, если не сказать страшное и уродливое здание. Как выяснилось, это был изначально гараж, который хотели превратить в некий гаражный комплекс с автокафе и магазином. Абсолютно классическая история расширительной или точечной застройки, которую Сургут переживал десятки раз. Но чтобы в двадцать втором году это произошло, это, конечно, было уже поразительно абсолютно.
И мы сейчас подводим некоторые итоги этой истории, обсудим ее. Меня зовут Дмитрий Щеглов, мой коллега, журналист Тарас Самборский, на связи. Тарас, привет.
Тарас Самборский: Привет, Дима, привет всем.
Д.Щ.: Надо сказать, что, когда это здание начали строить и общественность, и мы обратили на это внимание, городская администрация на тот момент пыталась как-то оправдаться за эту, за эту историю, как-то пыталась объяснить, почему она разрешила это делать на территории города.
И довольно быстро вся эта стройка прекратилась. То есть уже под конец двадцать второго года ничего не происходило. И это продолжалось буквально до нынешнего момента. И в двадцать шестом году мы выяснили, что администрация Сургута подала иск в Арбитражный суд Югры о том, чтобы это здание снести, что само по себе новость, наверное, неплохая.
Сейчас предполагается, что после сноса этого здания там должно появиться, может быть, в какой-то перспективе спортивное сооружение и перехватывающая парковка. Что бы это ни значило, мы, естественно, не можем этого ждать ни через год, ни через два. Потому что пока все эти истории со сносом пройдут, пока все эти суды пройдут, если их получится выиграть, если действительно это здание будет снесено, чтобы там что-то появилось полезное, — это, наверное, год 2030, не раньше. И то я в этом сильно сомневаюсь.
Хочется сейчас подвести некоторый такой промежуточный итог о том, что это вообще было, как это могло случиться и какие выводы должны сделать представители, руководители сургутской администрации. Я бы сюда, конечно, привлек и депутата, который представляет эту территорию, который выиграл сейчас выборы на этой территории. Я, кстати говоря, не знаю, кто там из них, надо будет глянуть. И, собственно, общественность, которая следит за тем, что вообще в городе происходит. Что это было и какие выводы из этого нам нужно сделать, чтобы подобное не повторялось?
Т.С.: Во-первых, по пунктам. Что это было и что это есть? Это была и есть коррупция в самом чистом виде. Просто и ничего иного. Это только коррупция, коррупция, коррупция и еще раз коррупция.
Когда вы видите подобный самострой, он, конечно, оформляется в некие бумажки, потому что коррупция означает, что у того, кто угаживает город подобными стройками, есть сообщники среди чиновников. Это обязательно. Когда вы видите подобный самострой, вы должны понимать, что здесь все решается за деньги.
Предприниматель, у которого нет ни чувства вкуса, ни архитектурного понимания пространства, — это вообще сложная сфера для 98% тех, кто строит что-то, я уж не говорю про остальных людей, — ни чувства ответственности перед городом. У него есть просто наглость и какое-то количество как-то заработанных денег. И он с этими деньгами идет и превращает свой гараж, свою шиномонтажку в торговый центр.
Когда вы видите, что посреди сложившегося жилого квартала, более того, посреди вполне себе приличного такого зеленого пространства, состоящего из деревьев каких-то, потенциальных скверов, возникает это чудовище, вы должны знать, что мы имеем дело с прямой коррупцией. Там, где надо просто брать, арестовывать, сажать и делать из этого воспитательные процессы. Все.
Так у нас вся Бардаковка превратилась в торговые центры, а все это было гаражиками маленькими. Так у нас возле жилых домов, прямо во дворах, возникают торговые центры, рестораны, потому что когда-то там продавали арбузы, но кому-то очень захотелось построить магазин.
Сначала он делает ларек, но в России слово «ларек» — это же даже у Шевчука есть вообще виртуозная песня, она, она фундаментальная, она философская, она так и называется — «Ларек». Ларек — это наше все. Из ларька Россия современная выросла, вы понимаете? То есть ты только дай семечку этого сорняка под названием «ларек» упасть на землю — все, и жди, пиши пропало.
Как случилось? А так оно и случилось. Как я сказал, предприниматель… Очень часто мы, кстати говоря, имеем дело с предпринимателями, приехавшими к нам в гости. Они так привыкли в своих странах себя вести. Они думают, что можно дать взятку и все вопросы решат.
Это, кстати, очень развращает чиновников, потому что, знаете, местные сообщества не всегда же взятки дают. Местные, коренные сургутяне. Тут другие психоэмоциональные связи между коренным предпринимательским сообществом и местным чиновничеством.
А, кстати говоря, заметьте, что чиновничество-то в Сургуте давно не местное. Как ни ткнешь в кого пальцем: какой-то приехал из Лангепаса, какой-то из Тюмени, какой-то из какой-то деревни. Разговариваю недавно с одним достаточно высокого уровня чиновником, что-то рассказываю, рассказываю ему, рассказываю, а смотрю — лицо непробиваемое просто, не понимает. Как бывает: с иностранцем разговариваешь, ты-то знаешь 10 слов по-английски, а он с тобой по-английски. Только потому, что ты с ним поздоровался по-английски, он думает, что ты полноценный носитель языка. И ты просто киваешь головой и какие-то междометия выдаешь, еще и глупой улыбкой это все сопровождаешь.
У меня был такой собеседник. Я наконец спрашиваю: «А вы вообще сургутянин?» — «Так-то вообще-то нет». А я распинался полчаса, понимаете? А человек не владеет вообще местной тематикой, местной спецификой.
Я не к тому, что к нему кто-то может прийти и дать взятку, но коррупциогенный фактор, с моей точки зрения, это повышает. Потому что, когда взращивается местное чиновничье сословие, совершенно говорю в уважительной коннотации, то местный чиновник лучше понимает чаяния предпринимательского сообщества, то бишь купцов, если хотите. Сургут вообще-то купеческий город, так-то, по истории.
Д.Щ.: Да.
Т.С.: И разговаривает с купцом на языке человеческом, на языке понятийном, не на бандитском понятийном, на человеческом понятийном. Он ему помогает, он ему создает условия, он выслушивает идеи, которые здравый ум местного предпринимателя несет во власть. Мы же приходим во власть, мы, предприниматели, приходим во власть предлагать, а власть с очень давних времен перестала нас, предпринимателей, слушать как нормальных. Посмотрите, кто общается с разными чиновниками, с какой усмешкой они слушают ваши слова.
Они думают, что они все знают, что у них уже вся картина в голове сложилась. Они думают, что они умнее нас только на том основании, что случайная комбинация цифр, как в лото, зашвырнула их в это кресло. Хотя они вообще не соответствуют ни по своей квалификации, ни по своему разуму, ни по своему мироощущению этой работе. Им вообще опасно на этой работе находиться, потому что они часто вредят своими действиями. Они не понимают местной почвы.
И представьте: приходит человек, который решил вдруг гараж превратить, я не знаю, в небоскреб-столовую, магазин, уничтожив все культурное пространство, не такое уж и богатое в сургутских-то реалиях, своим этим кошмаром. Дает взятку и строит, а деньги кончаются.
А где ум у того чиновника, который даже за взятку ему подписывает бумаги? Ты же должен понимать, что у этого человека не хватит мозгов не то что построить это здание, даже придумать приличный фасад для него. Мы уж молчим про эту всю пожарную безопасность, про двухконтурные системы вентиляции и прочие элементарные элементы современного строения. Этого всего нет.
Как предотвратить? А очень просто. Власть должна наконец понять, что ни одно строительное разрешение не должно выдаваться здесь, на местном уровне, ни одним чиновником департамента архитектуры и строительства или ДИЗО. Ни одна бумажка не приносится в более высокие кабинеты, пока это не прошло через какой-то местный архитектурный совет.
Надо его создавать, понимаете? Пусть это будет общественный совет. Должны быть депутаты, должны быть представители общественности, которые занимаются средой, средовой политикой города, которые бы сказали, что этого безобразия быть не должно.
Должна быть позиция власти. Власть должна сформулировать. Помните, я сто раз рассказывал, как после Собянина Владимир Якушев, став губернатором, собрал всю свою братву тюменскую и сказал: «Так, мужики, мы не берем взятки за стройку просто. Даже не думайте таскать сюда бумаги на точки какие-то, на какие-то уплотнительные застройки. Мы работаем…»
Тогда не было словосочетания «КРТ», но тем не менее: «Мы работаем примерно по этому принципу. Смотрим на территорию, строим. Если мы входим в конфликт с чьим-то интересом, занимаемся расселением, перетаскиваем, предлагаем предпринимателю более выгодные условия в другой части города, но здесь мы строим то, что нужно Тюмени».
Простая позиция, понимаете? Более-менее, более-менее, не на 100%, безусловно. В Тюмени такая же… Не такая же, в Тюмени тоже присутствует коррупция и в строительной сфере, но более-менее принцип соблюдается и дает свои результаты. Садимся в поезд или в самолет, сравниваем Тюмень, сравниваем Сургут. Все, последние 20 лет развития.
Поэтому что надо делать? Никогда не позволять строить этим странным предпринимателям. Кто ты такой, добрый человек? Откуда ты приехал? Какое у тебя образование? Какой у тебя бизнес? Покажи вообще свои деньги. Открой, пойди депозит на 100 млн рублей положи, как эти все счета, как у девелоперов. Чтобы построить дом и заселить туда людей, он должен вообще-то зарезервировать часть денег. Сделайте такую политику. И только красивые проекты, и только там, где городу надо.
Сейчас говорят: там будет перехватывающая парковка. С ума сошли, что ли? Перехватывающая парковка строится на периметре города. Внешний гость оставляет машину, садится на общественный транспорт и едет в центр города. Какая может быть перехватывающая парковка в центре сложившейся жилищной инфраструктуры? Тем более что рядом у вас несколько жилищных комплексов, коммерческих комплексов с парковочными местами.
Это уже сумасшествие. Снести и делать просто городскую территорию. Турники, я не знаю, лавочки, скверики делать. У нас сквер Строителей, продолжаем сквер Строителей.
И второй момент: как это предотвратить? А реагировать на сообщения прессы. Я помню, четыре года назад, как только я увидел эту стройку, я просто шел, я обомлел. Да как это вообще возможно? Я тут же написал заметку, тут же. Она тут же пошла по средствам массовой информации. Но хоть одна чинуша позвонила в ответ, хоть кто-то отреагировал? Ноль реакции.
Так вот, чтобы предотвращать подобные вещи, надо реагировать. Раньше чиновники все-таки созванивались с редакциями, спорили, ругались, но высказывали какую-то свою обратную реакцию. Было видно, что у них это тоже больная точка. Может быть, со своей позиции, со своего ракурса, но они видят проблему. Так что так.
Д.Щ.: Да. Что ж, дорогие друзья, пожалуйста, комментируйте, высказывайте свое мнение о том, что вы в этом месте хотели бы видеть, и ваше отношение к таким стройкам в принципе. Читайте расшифровки наших разговоров на siapress.ru, да и вообще на siapress.ru заходите почаще. Там много всякого интересного. И до новых встреч, через неделю вновь услышимся. До свидания.
Т.С.: Спасибо, друзья, всем пока.