Специализированное отделение судебных приставов Югры открыли полгода назад, однако оно уже взыскало более двух с половиной миллиардов по налоговым платежам и коррупционным штрафам. Сотрудники ежедневно сталкиваются со множеством сложных задач: от обеспечения жильем детей-сирот до ликвидации несанкционированных свалок. Более подробно о деятельности отделения − рассказал врио начальника СОСП по Ханты-Мансийскому автономному округу-Югре Николай Искенеев.
— Расскажите, пожалуйста, о вашем отделении: когда оно было создано, чем занимается, какие задачи выполняет?
— Наше отделение было создано чуть больше полугода назад, в декабре 2023 года. Мы выделились в отдельную структуру в Федеральной службе судебных приставов. Сейчас наше отделение в Сургуте относится к Главному межрегиональному управлению, и оно охватывает всю территорию Югры.
Отделение было создано для того, чтобы выделить отдельные категории исполнительных производств, которые требуют большего внимания и контроля. Например, это касается налогов или предоставления жилья детям-сиротам. Эти категории достаточно серьезные, и нужно, чтобы ими занимались опытные специалисты. В нашем отделении работают сотрудники со стажем не менее трех лет, которые хорошо знают законодательство и нюансы исполнительного производства. Поэтому создание этого отделения было необходимым для более эффективного исполнения судебных решений.
Возможно, одно из неудобств — это длинное название нашего отделения. Судьи иногда просят укоротить, когда участвуешь в процессе. Но что поделать, пока так, придется записывать полностью (смеется).
— Каких результатов удалось достичь за время работы отделения?
— Оценить наши результаты можно очень хорошие. За полгода мы взыскали более 2 миллиардов рублей налоговой задолженности. И это − если не считать штрафы и другие платежи.
— Вы также упоминали о работе с решениями суда по предоставлению жилья. Можете рассказать об этом подробнее?
— Да, в нашем округе есть семьи, которые должны переселить из аварийного фонда, однако они вынуждены обращаться в суд, чтобы администрации выделяли им новое жилье в принудительном порядке, так как в добровольном сделать не получается. После поступления исполнительного документа мы возбуждаем производство и работаем с администрациями, в том числе привлекая их к административной ответственности. Штрафы серьезные — от 30 000 рублей. Для муниципалитетов это довольно ощутимые суммы. После двух штрафов администрации стараются исполнять решения суда.
— Каким еще направлениям работы уделяется пристальное внимание в вашем отделении?
— У нас также на контроле находится направление экологии, в частности, ликвидация незаконных свалок. На территории Ханты-Мансийского автономного округа много муниципалитетов, где есть такие свалки. Хотя их могут устраивать граждане, убирать все равно приходится администрациям, так как это их обязанность. Прокуратура выходит с соответствующими исками, появляются исполнительные документы, и мы начинаем работу по тому же принципу, что и с задолженностями по жилью.
— Как происходит процесс наложения штрафов и привлечения к ответственности в вашем отделении?
— Процесс начинается с предупреждения о возможной уголовной ответственности за неисполнение судебных решений. Если представители администрации злостно не исполняют решение суда, то виновные лица могут быть привлечены к уголовной ответственности. Но, конечно, в основном мы начинаем со штрафов. Сначала взыскивается исполнительский сбор, а затем, согласно Кодексу об административных правонарушениях накладываются штрафы за неисполнение судебных решений неимущественного характера.
— Можете рассказать о каком-нибудь запоминающемся случае в вашей практике?
— Да, у нас был долгий процесс с одной из крупных городских администраций округа по ликвидации несанкционированной свалки. Судебное решение по этому делу было вынесено еще в 2016 году, но на протяжении многих лет проблема не решалась. Производство поступило к нам, и в течение нескольких месяцев мы плотно работали с администрацией, привлекая их к административной ответственности. В результате они заключили муниципальный контракт на ликвидацию свалки, в августе свалка была полностью устранена. Теперь там чистая земля.
— Почему администрация так долго тянула с выполнением решения суда?
— Самый частый ответ, который мы слышим от администраций — это отсутствие финансирования. В большинстве случаев это основная причина, по которой они не исполняют решения судов, особенно в делах неимущественного характера. В нашем округе, который является нефтяным и достаточно богатым, у администраций есть возможность получить субсидии, субвенции и дотации на такие цели. Но не всегда администрации пользуются этим правом или делают это неэффективно. Например, нельзя просто попросить у главы округа деньги — нужно представить обоснование. У нас есть программы, такие как «Чистая среда» и федеральная программа «Генеральная уборка», в которые могут входить муниципалитеты для исполнения судебных решений.
— Какие основные сложности вы видите в работе вашего отделения? Долгие процессы с администрацией считаются проблемными?
— Я бы не сказал, что администрации не идут навстречу, скорее основная сложность заключается в том, что они часто ссылаются на отсутствие денежных средств. Но когда начинаешь принимать меры, которые несут за собой административную или даже уголовную ответственность, они находят выход из ситуации. Например, в Сургутском районе, где нужно предоставить много жилья для переселения людей из аварийных домов, утверждали, что у них нет средств и возможности этого сделать. Но после начала нашей работы они заключили контракт на строительство дома специально для исполнения судебных решений.
Другие сложности связаны с имущественными производствами, где нужно найти и установить имущество предприятий, физических лиц или индивидуальных предпринимателей. Некоторые из них пытаются скрыть свое имущество, и тогда мы проводим розыскные мероприятия, чтобы установить это имущество и обратить на него взыскание.
— В свете недавних новостей о том, что судебным приставам разрешили применять силу, как вы оцениваете эту меру и как это происходит в вашем отделении?
— В нашем направлении такие ситуации возникают редко, когда есть какая-то угроза в отношении должностных лиц. Но, зная по опыту из предыдущих отделений, где я работал, такие случаи встречаются. Бывает, что граждане встречают нас с топорами, молотками и обрезками труб. И вы, наверное, слышали о случаях по России, например, на юге, где стреляли в приставов. В таких случаях применение силы необходимо, потому что сотрудник должен чувствовать себя защищенным.
У нас есть отдельная категория сотрудников, которые обеспечивают безопасность судебных приставов и поддерживают установленный порядок деятельности судов. У нас также есть отделение специального назначения в управлении округа, которое привлекается в особо сложных ситуациях.
— Как много работы предстоит вашему отделению? Какие планы на будущее?
— Работы, конечно, много. Что касается будущего — будем стремиться к повышению показателей. Конкретные цифры и планы есть, но пока что я не могу их раскрыть. Но, например, до конца года мы должны взыскать чуть более пяти миллиардов рублей. Особенно важны исполнительные производства неимущественного характера, такие как обеспечение жильем детей-сирот. Они должны быть исполнены без замедлений − к этому относятся очень строго.
Мы серьезно возьмемся за работу с аварийными домами. Хотя, честно говоря, у нас нет направлений, где мы работаем поверхностно. Мы недавно расширили штат, появились новые сотрудники, стало немного полегче. Например, теперь на двоих человек разделили производства неимущественного характера, что позволяет уделять больше внимания должникам и чаще привлекать их к административной ответственности.
Также будем работать с предприятиями и их имуществом для взыскания налоговой задолженности. Важно пополнять бюджет государства. Думаю, от нашей службы ждут именно этого − пополнения бюджета.