​«Иди туда, не знаю куда» // РЕПОРТАЖ В ЛИЦАХ

Во вторник, 31 марта, в думе Сургута проходило совместное заседание парламентских комитетов, где депутаты пытались раскусить одну большую городскую проблему: почему в нашем городе не сносятся незаконные объекты? Несмотря на всю серьезность обсуждаемого вопроса, встречу народных избранников с чиновниками стоило бы провести днем позже – 1 апреля, дабы оправдать комичность некоторых диалогов.

Почему в Сургуте не сносят незаконные строения? Как говорится, без пол-литра не разберешься

В повестке дня значилось рассмотрение 14 объектов, которые администрация считает незаконными и всеми силами пытается снести. Выражается это в том, как отметил спикер думы Сергей Бондаренко, что между обнаружением незаконного строительства и подачей заявления в суд проходит примерно девять-десять месяцев.

Пока ответственные структурные подразделения администрации вынашивают и в муках рожают эти заявления, стройки благополучно успевают перейти в завершающую фазу, и о сносе с каждым месяцем говорить становится все сложнее.

Отсюда и результат: из 14 рассмотренных депутатами дел до судебного решения о сносе дошло… одно. Счастливчиком оказался резко увеличившийся в масштабах магазин «Нанаш» в районе Нефтяников. Но его владельцам едва ли стоит унывать: суд постановил демонтировать здание еще в декабре минувшего года, но за прошедшие четыре месяца никаких тектонических сдвигов под магазином не произошло.

Начальник правового управления администрации Андрей Лазарев сходу указал на виноватых – судебных приставов.

– Может, если решение суда уже вступило в законную силу, есть смысл подключить городской администрации и провести показательный снос за свой счет? Понятно, что собственник ничего сносить не будет, – предложил депутат Олег Сазонов.

– Мое мнение таково: у нас есть государственный орган, и его функции не должны подменять другие органы, – Андрей Лазарев быстро нашелся с любимой аргументацией чиновников «почему это сделать невозможно». – Тем более, в 131-м законе у муниципальной власти нет полномочий по сносу зданий.

– Я думаю, стоит обратиться к судебным приставам, чтобы они внесли поправки в свой план работы, обратили внимание на резонансное дело и сделали его приоритетным, – вступил в дискуссию Руслан Куза.

– А кто будет определять резонансность дел? У нас их в год – 1547 штук, исходя из того, что в году 245 рабочих дней, – не сдавался Лазарев.

Тут Куза пошел в гроссмейтерскую контратаку:

– А сколько среди этих 1547 дел было окончательно выигранных решений о сносе незаконных объектов? В процентном отношении.

У Лазарева под рукой калькулятора не было. Мы посчитали – 0,06 процента. То есть одно из 1547.

– На мой взгляд этого достаточно, чтобы посчитать дело резонансным, – резюмировал Куза.

Не успел Андрей Лазарев передохнуть от парламентского напора, на него обрушился Виктор Пономарев:

– Я смотрю на настрой правового управления – никаких позитивных речей мы сегодня не слышали. Какой смысл вообще проходить столько судов, тратить столько усилий, чтобы в итоге сказать: «Это все судебные приставы, мы ничего сделать не можем». Зачем все это?

– Мы выполняем свою работу, – не очень убедительно объяснился Лазарев.

– И каков результат? – Пономарев следовал удачному тренду, заданному предыдущим оратором.

– Он не всегда позитивный. Мы выбрали для рассмотрения 14 дел, все они негативные, позитива сегодня не будет, – это прозвучало как угроза.

– Но вы же видите, сколько труда на это потрачено?

Забегая вперед, скажу, что заседание длилось два часа. Понятно, что труда потрачено было много.

Тут начальник отдела правового обеспечения сферы имущества и градостроительства Олег Прилипко вступился за начальника, филигранно перекинув депутатское негодование на другой департамент:

– Вообще-то решение суда по магазину «Нанаш» таково: если в течение месяца собственник не снесет объект самостоятельно, администрация может это сделать сама и потребовать от владельца компенсации. Но делать это должны структурные подразделения, в данном случае – департамент архитектуры и градостроительства.

Но директор ДАиГ Алексей Фокеев не остался в долгу и технично отбил перевод стрелок обратно в коллегу:

– Нам никаких поручений по сносу объекта не поступало. О том, что решение суда не исполняется собственником, нам должно было сообщить правовое управление.

Круг замкнулся.

Под пристальное внимание депутатов чуть позже попали скандально известные автосалоны, которые появились на Югорском тракте вместо яхт-клуба. Тут Владимир Болотов задавал уж совсем наивные вопросы:

– Администрация знала, что там точно располагается не яхт-клуб, а автосалон Land Rover. Почему был подписано разрешение на ввод в эксплуатацию?

Подписывал глава Дмитрий Попов, он и объяснял:

– Я давал задание проверить каждую запятую и дать основание для отказа. Но его не нашлось.

– Но ведь очевидно, что это не яхт-клуб, – не мог угомониться Болотов.

– Я бы хотел уточнить у депутатов – кто точно знает, как выглядит яхт-клуб? – Дмитрий Попов пошел в диалектическую контратаку.

– Возможно, не все представляют, как выглядит яхт-клуб, но все точно знают, как выглядит яхта, – подключился Сергей Бондаренко. – Когда выделялся этот участок, кто-нибудь думал о том, где эти яхты будут плавать? От автомобильного моста до дамбы на Бардыковке?

К слову, взаимный обстрел риторическими вопросами продолжался в течение всего заседания, все примеры приводить не буду.

Знаменательный диалог инициировал Ринат Айсин, вспомнивший одно из дел, касающихся его избирательного участка:

– Прошел 13-й год, потом 14-й, сейчас 15-й, а исковое заявление только в начале подготовки. Два раза документы перенаправлялись из правового управления в архитектуру, из архитектуры в правовое, и так далее.

На этот раз Лазарев ответил остроумно:

– Мы подходим к началу нашего разговора: очень тяжело выигрывать, а еще тяжелее – участвовать в судах. Вы знаете, там ведь судья сидит, он судит!

Айсин решил поддержать накал постмодернистского диалога:

– Получается, «иди туда, не знаю куда, сделай то, не знаю что»…

– И такое бывает, – философски резюмировал Лазарев.

Думается, Ринат Айсин слукавил: он и другие депутаты прекрасно знают, куда бы они хотели отправить работников правового управления. Да и многие чиновники, в свою очередь, с удовольствием отправили бы депутатов туда же. Но, к сожалению, никто никому ничего не сказал.