Ушел из жизни Николай Григорьевич Аникин, человек, которого я глубоко уважал и всегда считал примером того, каким должен быть глава нашего нефтяного города. В 1968 году, прибыв с семьей в Сургут после третьего приглашения Виктора Муравленко, он с маленьким ребенком целый час добирался по сургутской грязи с чемоданами со старого аэропорта до нового места жительства. После этого были три года работы в Правдинской конторе бурения, где грязи было еще больше, чем на улицах Сургута.
После окончания Уфимского нефтяного института в 1958 году Николай Григорьевич прошел школу бурения, начав с должности помощника бурильщика и дорастя до бурового мастера и начальника технического отдела в Белебеевской конторе бурения (Башкирия). Переезд в Сургут и неустроенность нового места стали непростым решением для его семьи. Однако его работа начальником технического отдела в тресте «Сургутбурнефть» полностью удовлетворяла его как профессионала.
В 1979 году поступило предложение возглавить Сургутский горисполком, от которого в те времена невозможно было отказаться. Николай Григорьевич принял эту ношу, осознавая важность и необходимость дела. Конечно, забот прибавилось в разы, а зарплата оказалась ниже, чем у старшего инженера Правдинской конторы бурения десять лет назад. В 1981 году он был избран первым секретарем Сургутского горкома партии, став реальным хозяином города.
Сургут, в котором тогда было около 40 тысяч балков, остро нуждался в улучшении снабжения продуктами. Николай Григорьевич не постеснялся во время визита Генсека Михаила Горбачева попросить улучшить снабжение города сухим молоком, благодаря чему город получал достаточное количество молока и даже делился с соседними нефтяными городами. Будучи делегатом 27-го съезда КПСС, он выступал с трибуны, не прославляя добытые сотни миллионов тонн нефти, а акцентировал внимание на проблемах с обеспечением города самым необходимым.
За более чем десять лет управления Сургутом Николай Григорьевич внес огромный вклад в развитие города. Были построены хлебокомбинат, молокозавод, мясокомбинат, пивзавод – так называемая «пищевая панель». Город достиг гигантских темпов жилищного строительства: Сургутский ДСК ежегодно вводил в строй по 350 тысяч м² жилья. Строились школы, больницы, поликлиники, дома культуры, детские музыкальные школы – все это было для него так же важно, как и жилье для нефтяников и энергетиков.
При Николае Григорьевиче Сургутская ГРЭС-1 вышла на проектную мощность, а на ГРЭС-2 были построены 6 энергоблоков мощностью 800 МВт. В 1988 году был открыт новый Сургутский железнодорожный вокзал. Началось асфальтирование городских улиц, и мечта Николая Григорьевича, которую он лелеял с 1968 года, когда шел с аэропорта по грязи, сбылась: женщины начали ходить по городу в туфельках.
Хотя современный Сургут значительно превосходит тот город по комфортности, для Николая Григорьевича тот, еще неблагоустроенный, был особенно дорог. Всю свою жизнь он посвящал работе и людям, всегда находя рядом с собой единомышленников, будь то в бурении в Башкирии, в «Сургутбурнефти» или на Энгельса, 10, будучи главой Сургута.
Мне довелось быть одним из тысяч людей, с которыми Николай Григорьевич сталкивался по должности. Мы всегда старались выполнять его поручения в срок, потому что другой подход и не мыслился. Даже после отъезда в Тюмень, где он работал старшим инженером в «Нефтехиме», мне доводилось встречаться с ним, и он всегда дружески, как старому сургутянину, пожимал мне руку при встрече.
Что сделал Николай Григорьевич Аникин для Сургута, нашим современникам предстоит еще переосмыслить и оценить по достоинству. Этот человек сделал для города так много, что можно написать о нем книгу и поставить памятник, но он всегда оставался скромным, не говоря громко о своих достижениях. По сути, он совершил здесь, в Сургуте, свой сибирский подвиг: бурил и добывал нефть, строил город.
Вечная память о Николае Григорьевиче Аникине сохранится в моем сердце навсегда.