Сквер журналиста в Сургуте завершает второй сезон уже совсем не таким пустым и невостребованным, каким был после открытия. Здесь появились концерты, библиотечные мероприятия и даже пресс-конференция главы города, но проблем у пространства по-прежнему хватает.
Журналисты Дмитрий Щеглов и Тарас Самборский обсуждают, какие ошибки допустили при создании Сквера журналиста, почему чиновники на разных уровнях по-разному относятся к таким проектам, как наполнить скверы концертами, ярмарками и блошиными рынками и что нужно сделать, чтобы общественные пространства Сургута начали жить своей повседневной жизнью.
Дмитрий Щеглов: Довольно новый сквер, который получил название Сквер журналиста, завершает свой второй сезон как общественное пространство. Начиналось все довольно грустно: было пусто, грязно, закрыто и непонятно. Второй сезон прошел уже явно куда более весело и интересно. Обсудим эту историю и то, как оживлять общественные пространства в Сургуте. Меня зовут Дмитрий Щеглов, мой коллега, журналист Тарас Самборский, на связи. Тарас, привет!
Тарас Самборский: Привет, Дима, привет всем, друзья!
Д.Щ.: Ну что же, давайте вспомним историю. Сквер этот начинали строить еще при прошлой администрации. Снесли КНСку, которая там находилась, начали благоустраивать. Два года это продолжалось. И получилось некое пространство, которое оказалось, мягко скажем, невостребованным общественностью.
Оно было еще перегорожено всякими лишними заборами, которые, справедливости ради, исчезли со временем. Там что-то пытались делать, ничего не получалось. Но вот уже этим летом там прошли какие-то концерты, какие-то мероприятия библиотечные, прошла пресс-конференция главы Сургута Максима Слепова. То есть он решил — это, кстати, беспрецедентная история, чтобы глава города у нас давал пресс-конференцию под открытым небом в общественном пространстве, в самом Сквере журналиста.
Давай обсудим вот с какой точки зрения: какие были изначальные ошибки, допущенные при создании, формировании этого пространства, как они были исправлены и что теперь делать для того, чтобы его продвигать дальше, чтобы оно дальше жило уже, может быть, даже своей жизнью, может быть, даже и властям туда особо соваться и не стоит, а заниматься развитием других аналогичных общественных пространств в других точках города. Вот с такой точки зрения.
Т.С.: Я все-таки начал бы не с ошибок, допущенных при проектировании и строительстве сквера, а с другого, как раз с оценки того, что являет собой нынешнее направление городской политики по созданию новых живых пространств. Потому что то, что нынешняя администрация делает с созданием новых скверов, с благоустройством существующих парков и в целом с приведением значительной территории города в порядок, конечно же, является очень позитивным направлением деятельности мэрии. Это очевидная вещь.
И Максим Слепов понимает запрос горожан на очеловеченное городское пространство. Все, тут видно. И лично он этим занимается. Это очень хорошая вещь, потому что, когда градоначальник ходит по городу ногами...
Д.Щ.: Или ездит на велосипеде, как Максим Слепов тоже делает иногда.
Т.С.: Да, это помогает ему понимать то, как город видят остальные жители. Проблема многих городских руководителей в том, что они на служебном автомобиле от подъезда своего дома доезжают до работы, на мероприятия и ногами практически не ходят. По-моему, последним сургутским мэром, который ходил пешком по городу, кстати, как и члены его команды, был Александр Сидоров. Немного ходил Дмитрий Попов. А дальше мы уже знаем, как все было.
Теперь мы уже подходим к проблемам. Сквер журналиста — это такое немного недоношенное дитя, которое досталось нынешней администрации от предшественников. И, как мы все знаем, Сквер журналиста возник по двум причинам. Первой причиной является маниакальное желание городских властей во что бы то ни стало расправиться с помещением бывшей городской бани на улице Северной, 68. Она же, по совпадению, 15 лет, больше 15 лет служила домом для редакции газеты «Новый Город». Все-таки администрация Вадима Шувалова смогла добиться сноса этого здания. Снесли. Хотя вполне можно было бы сделать из него какой-нибудь музей того же СССР или какие-то креативные бизнесы разместить, что там, собственно, и было в последние годы жизни.
И рядом существовала несколько десятков лет КНСка. КНСки в Сургуте сносятся, и у нас канализация теперь идет по самотечному канализационному коллектору. И вот это комплексное изменение территории привело к необходимости что-то сделать вместо этих двух объектов. И вместо этих двух объектов город — что он, кстати, сделал совершенно верно — разбил сквер.
Проект амфитеатра, который мы все сегодня знаем, был кем-то в недрах городского департамента то ли культуры, то ли архитектуры использован из тех эскизных предложений, которые я еще 20 лет назад предлагал, где-то оставлял в недрах и кабинетах городской администрации, когда мы проектировали здание «СИА-ПРЕСС ЦЕНТРа». Амфитеатр предполагался в другом исполнении, в более капитальном, то есть бетонный, а под конструкцией этого амфитеатра должны были размещаться коммерческие помещения. Это какой-то общепит красивый и качественный, это какая-то галерея. Вот ровно то, что мы обсуждаем много раз в нашем проекте. То, что продемонстрировало свою востребованность во многих городах, мы хотели бы реализовать в этом проекте.
Но в силу определенной специфики во взаимоотношениях между редакцией СИА-ПРЕСС и городскими властями разных периодов, в общем, не была редакция к этому допущена. Но вот город решил, осваивая федеральные деньги, это были федеральные деньги на создание сквера, освоив федеральные деньги, 56, по-моему, миллионов рублей, построил такой сквер, какой мы видим.
К скверу много эстетических и технических вопросов. Сейчас, через два года после его эксплуатации, это выясняется очень остро. И ложится бременем нагрузки на нынешнюю власть, которая не допускала провалов грунта в этом сквере, которая не допускала оголенных проводов и висящих почти в воздухе фонарных столбов. Как говорится, что имеем, то имеем. С этим будем работать.
Поэтому за два года сквер... На примере этого сквера мы разбираем вообще всю политику, как бы «осквернения» города Сургута. Здесь игра слов, но в данном случае она приятная игра слов. Никакого негативного контекста я в это слово «осквернение» не вкладываю. В городе действительно появляются живые пространства. Город на уровне его высшего руководства этим проектом озабочен. И это хорошо. Но Сквер журналиста показывает, как подчиненные Слепова, мягко говоря, не так воодушевленно воспринимают эти объекты.
На примере сквера я расскажу, что я четырежды связывался, правда, прошлой осенью, с руководителем Сургутского лесопаркового хозяйства. Я не смог пробиться через приемную. Я знаю ее сотовый телефон, но я проводил такой социальный эксперимент: вот как простой горожанин мог бы одному из доступных руководителей города сообщить о существующих проблемах. На тот момент на сквере уже был виден провал. Я думаю, провал возник из-за того, что там канализационные трубы или эта большая огромная шахта, которая под каждой КНСкой находится, не очень квалифицированно были загрунтованы. Наверное, с этим связано.
Все-таки КНСка — это такой достаточно сложный инженерный объект, очень глубокий, там больше 10 метров. Там были видны уже первые проблемы с тротуарной плиткой, с этими фонарными столбами, там проблема была с озеленением, надо было работать с подлеском, там кусты всякие понаросли. В общем, я позвонил несколько раз и через приемную сказал, что я такой-то, я бы хотел проинформировать о таких-то проблемах. Сквер находится на вашем балансе, решайте.
Четыре звонка, один из них был просто уже как бы в виде телефонограммы, когда я набрался наглости и сказал: «Я звоню по поручению главы города Слепова, сделайте то-то, то-то и то-то». И я не врал, потому что накануне мы как раз с Максимом Николаевичем обсуждали эту проблему, и я ему в лицо сказал. Ну не хочет работать человек. Вот это центральное место, а за две недели, что я пытаюсь дозвониться, никакой реакции не следует. А там еще туалет был открыт, неработающий: заходите, наркоманы, бомжи, делайте что хотите. Такой беспорядок.
Вот эта маленькая история показывает отношение низового чиновничества к тем проектам, которые задумывает высшее руководство города. То есть вроде бы оно намечтало красивую вещь сделать, хочет, мотивированно реализует проект, а потом он превращается в какую-то такую бюрократическую тягомотину, и горожане это замечают, к сожалению.
На это хочется обратить внимание. То есть управление культуры, департамент культуры думает, как оживить, как концерты делать, а Лесопарковое хозяйство не может решить проблему с провалом грунта. Завтра в этот грунт закатится какая-нибудь, я не знаю, игрушка у ребенка маленького, он там своей ручкой полезет, свалится в эту яму. Будет какая-нибудь городская история громкая, все забегают, естественно. А это уже случится. Смотрите, прошел год, а мы проблему не устраняем.
И здесь хотелось бы, чтобы чиновничество более чутко реагировало на совершенно нормальный повседневный житейский запрос граждан. Граждане видят недостатки городской жизни, они хотят об этом сообщать. Для этого есть пресса, социальные сети. Надо реагировать, не надо заниматься отписками.
Вторая проблема по оживлению этих территорий заключается в следующем. Мы опять-таки с городским руководством, как соседи, здание наше тут рядышком находится, обсуждали, как можно сделать сквер живым, чуть ли не ежедневно. Одними концертами сыт не будешь. И мы предлагали всякие варианты. И тут же пресловутый блошиный рынок, какие-то коллекционеры, особенно летом, я не знаю, винил, значки, нумизматы. Все это очень интересно можно организовать.
И тут мы упираемся в проблему нашего российского законодательства. У нас больше трех не собираться, не кричать, не звонить, ничего не делать. Все это опасно. И я задаю простой вопрос своим собеседникам: «А представьте, выступает какая-то группа и вдруг эксцесс исполнителя, налетает, я не знаю, полицейский наряд и всех разгоняет». Вот как это понимать? Потому что по закону нельзя. Это массовое сборище, надо предупреждать, получать у вас разрешение. Вы что, будете делать разрешение на каждое мероприятие? А как вы будете знать, сколько людей приходит? Такая бюрократия.
Д.Щ.: Это так.
Т.С.: Закон, который против одной ситуации создавался, немного влияет на такую размеренную повседневную жизнь граждан. Для этого надо создать на городском уровне какой-то нормативный акт, который бы работу сквера в этой части — выступления музыкальных коллективов, творческих коллективов, проведение каких-то ярмарок — обезопасил от подобных возможных эксцессов. Может быть, достаточно элементарного на уровне руководства города и руководства УМВД понимания того, что в данном случае, понятно, здравый смысл восторжествует и тут никто никому не будет мешать.
Но это надо заявлять, потому что, как я понимаю, и некоторые творческие коллективы тоже об этом задумываются. Не потому что они нарушители закона, а потому что сломают какое-то мероприятие, там все это будет сквашено, ничего хорошего не произойдет.
Третье. Город, конечно же, должен в лице его культурного департамента разработать программу. Это не программа мероприятий, а программа как бы жизни. Что от каждого сквера хотелось бы получить на протяжении календарного года. Как я вижу, опять-таки на примере Сквера журналиста: это проведение достаточно регулярно каких-то мероприятий. Пусть все рокеры, все творческие группы, музыкальные группы, кавер-группы выходят и играют. Пусть им город предоставляет такую возможность. Пусть это будет площадка, где, например, со стороны города организовано подключение к электричеству и организация минимальной безопасности.
Для этого должны быть участковые. Мы как-то говорили о том, что кого ни спросишь, никто в глаза живого участкового своего не видел.
Д.Щ.: Ну да.
Т.С.: Где они ходят, где они патрулируют — никто этого не знает. Наверное, надо работу участковых в Сургуте возобновлять и усиливать. Плюс там какие-то дружинники есть. Все эти ресурсы город вполне мог бы предоставлять для того, чтобы в скверах пошла жизнь.
Кроме того, надо все-таки уже задумываться о том, а пространств таких все больше и больше в Сургуте возникает, чтобы на рождественские, новогодние, пасхальные ярмарки, на Дни города, на Дни нефтяников, газовиков, которые тут не за горами у нас, на День строителя, все это очень важные для сургутян праздники, скверы, парки, площади превращались в ярмарочные пространства. Вот для начала давайте это начнем делать.
Например, мы решаем, что два или три сквера в разных частях города, включая Сквер Журналиста, с середины декабря, может быть, с первой декады декабря превращаются в новогоднюю ярмарку. То есть эти красивые ларьки, там продают какие-то глинтвейны, печеньки, пряники, новогодние игрушки. Все это как-то работает.
То есть тут уже тогда торговые власти города должны работать с предпринимателями, все это подготавливать, оттачивать. Так, как это делается в Тюмени, в Екатеринбурге и в Москве. Это все отработанные технологии. Ничего тут страшного нет, сложного нет. Просто надо взять и начинать это делать. И уже на следующий год мы увидим, что это будет как технология масштабироваться и все это легче пойдет.
Плюс, конечно же, надо городу задумываться о блошиных рынках. Блошиные рынки — это тоже то, что оживляет жизнь любого городского пространства. Пусть люди таскают свои старые книги, пластинки, значки, носки, трусы, майки, чемоданы, шкафы — все что угодно. И пусть они этим торгуют на организованных городских пространствах. Это общение, это социализация, это прекрасно.
Кстати говоря, так называемая Центральная площадь, пока она пустует и пока нам там не создали нового феноменального муниципального какого-то ресторана, я так понимаю, могла бы вполне превратиться вот в такую зону.
Вот что можно сказать по поводу нашего такого маленького дня рождения Сквера Журналиста, который, кстати говоря, совпадает с днем рождения информационного агентства СИА-ПРЕСС, которому исполняется 33 года, 19 августа. Вот такое совпадение.
То есть, резюмируя: дело это город затеял великое. Скверы должны создаваться в максимально большом количестве. Скверами должны власти, управляющие компании заниматься как живым пространством, а не просто отработанной сметой на освоение денег. И скверы, и парки должны стать местом жизни горожан, местом уличной жизни горожан, просто повседневной. Все. Пускай просто бродяга какой-нибудь, музыкант-гитарист, станет в этот атриум и играет на своей гитаре. Но он должен знать, что никто его не арестует, не утащит, не напишет на него жалобу, что он нарушает общественный порядок. Вот понимаем, да? Тогда будет все прекрасно.
Мэр, кстати говоря, показывает прекрасный пример своим личным таким поведением как чиновник. Он провел пресс-конференцию на улице. Это здорово, это прекрасно. Так можно делать брифинги не только в Сквере Журналиста, а в разных местах. Просто брифинг для прессы, пресс-конференция для прессы, встреча с гражданами, отвечать, задавать вопросы. Все это городскую жизнь очень оживляет, власть очеловечивает. В общем, это все делает город приятным для жизни. Что тут говорить.
Д.Щ.: Да. Ну что же, дорогие слушатели и читатели, пожалуйста, высказывайтесь, пишите в комментариях, что думаете по этому поводу. Самое интересное и содержательное мнение мы публикуем у нас на siapress.ru, заходите туда почаще. Там же будет лежать расшифровка этого разговора. Ссылка, как всегда, будет в описании. И мы с вами прощаемся, вскоре вновь услышимся. До новых встреч, до свидания.
Т.С.: Спасибо, друзья, всем пока.
Предыдущий выпуск «О чем говорят» был посвящен стандартизации школ Югры, и как она на самом деле должна выглядеть.