Две внутренние сургутские реки – Сайма и Бардаковка – в течение десятилетий страдают от варварского отношения людей. Причины тому – продолжающиеся десятки лет равнодушие чиновников и коррупционный интерес. За последнее время на siapress.ru вышло несколько материалов о том, как захламляют и убивают Бардаковку и сливают чудовищную смесь в Сайму. Ведущие проекта «О чем говорят» Дмитрий Щеглов и Тарас Самборский обсудили – что делать, чтобы спасти эти реки.
Д.Щ.: Здравствуйте, уважаемые зрители, слушатели, читатели siapress.ru. Меня зовут Дмитрий Щеглов. Я обозреватель этого портала. На связи Тарас Самборский, издатель газеты «Новый город». Тарас, привет!
Т.С.: Дима, привет! Привет всем, друзья!
Д.Щ.:Поговорим о том, что у нас было интересного. Интересного у нас было много. Начнем с того, что касается прям конкретно сургутской тематики. Общественник Сергей Глинских, он сейчас возглавляет региональную организацию «Градостроительный совет», написал, по моему мнению, интересный, важный материал о том, как в сургутскую речку Сайма, которая протекает через весь город, десятилетиями выливается нечто, что в цивилизованном мире не должно выливаться в подобную реку, да и вообще, ни в какую реку в принципе.
То есть там есть трубы-коллекторы, из них выливается, по идее, это должно быть что-то, вроде сточных труб, как будто бы из ливневки, то есть там вода может быть немножко с примесью грязи, но, по сути, выливается и вода, и грязь, и фекалии, и как будто бы даже отработанные горюче-смазочные материалы. Выглядит это все страшно. Вы можете пойти и посмотреть это в блоге на сайте. Кто же находится в Сургуте, может пойти и посмотреть на это лично. Сергей выделил на карте точку, где, видимо, это снимал. Можете пойти, вдохновиться этим делом.
Что в связи с этим нам нужно предпринять: обществу, власти, журналистам, в том числе? Потому что, судя по тому, штука такая продолжается 10-летиями и гадит важную часть нашей экосистемы.
Т.С.:Прежде, чем понимать, что власти и общество должны предпринять для спасения природных водных зон, которые пересекают Сургут, и создают его уникальный ландшафт. Из всех городов Югры, пожалуй, у Сургута такая удивительная история с водой есть: у нас, с одной стороны, русло Оби разделяется на протоку Бардаковки, но там есть версия, что это вообще отдельная речка, тут, вот, чуть дальше, с другой стороны, течет аж три рукава речки Сайма, которая, в свою очередь, впадает в Бардаковку. И этот рельеф, ландшафт, эта водная территория делает Сургут городом очень интересным в плане создания природных заповедников, каких-то рекреационных зон, зон отдыха, зон экологических мероприятий от Ботанического сада до прогулочных и спортивных территорий.
Как видится то, что мы обнаружили в Сайме? Ну, мы это не обнаружили, мы это все знаем десятилетиями, десятилетиями кричим про Бардаковку и Сайму. Во-первых, это, безусловно, преступление, это преступление и экологическое, это преступление и архитектурное, это преступление прямое административное и уголовное. И стало возможным это преступление только из-за равнодушия городских чиновников на протяжении многих-многих лет и десятилетий. Вот сколько существует СИА-ПРЕСС, прочти 30 лет, столько мы об этом пишем, говорим, ругаемся. Я начинал свою карьеру в конце 80-ых годов, я уже писал о том в той газете «К победе коммунизма».
Это элементарное равнодушие. Вот мы наблюдаем: неделю назад мы говорили о проблеме пляжей. Почему у нас пляжей нет? Потому что равнодушные чиновники не хотят этим заниматься, это требует времени, интеллектуальных каких-то усилий, и им проще все запретить, сказать, что это делать нельзя. И здесь мы наблюдаем точно такую же позицию — это равнодушие. Но они также не занимаются этой проблемой, потому что занимаются проблемой экологических преступлений, нарушения санитарных норм, каких-то прочих, может быть, строительных норм – это надо работать. Это надо очень много работать, это надо быть неравнодушным человеком, но зачем, если после этого их зарплата, их доход никак не поменяется.
Соответственно, вот это равнодушие и некомпетентность многих чиновников – не обязательно муниципальных, это и всевозможные государственные инспектирующие органы, региональные чиновники, – оно еще накладывается на преступную коррупционную деятельность. Тут мы уже говорим о городских работниках департамента архитектуры и градостроительства, ДИЗО. Я помню, еще в начале нулевых годов, у меня был целый цикл публикаций о том, как пойма той же Бардаковки банкуется с муниципальными всевозможными чиновниками.
Каков механизм появления шиномонтажек, каких-то магазинчиков, каких-то ларьков, потом разрастающихся до размеров целых больших ТЦ? А это все коррупция. Почему так любят городские чиновники ту же пойму Бардаковки (сейчас мы разделим Сайму с Бардаковкой)? Да потому, что документарно трудно определить, что есть пойма, потому что это пересыхающий на лето ручей, водоем, много, как будто бы, свободной земли, и вот так они отсыпают, отсыпают, отсыпают постепенно, и она застраивается. За последние 20 лет мы практически потеряли пойму Бардаковки.
К Сайме. Поскольку она имеет три рукава. Один начинается в районе ГРЭСовского пятачка, сюда чуть ближе, вообще он очень начинался в скверике на бульваре Свободы, где сейчас монумент «Воинам-интернационалистам» находится. Вот, примерно, оттуда текло по трубе через дорогу, через бульвар Свободы оно уходило и туда пошло. Это у нас первый, как бы был, сток одного рукава. Второй – в зоне несчастной непостроенной нашей Станции юннатов. И третий еще туда уходит на улицу Федоровскую, на микрорайон Геологов. Два вторых рукава Саймы в последние годы оказались в зоне активной застройки – это все, что строится на ул. Университетской, все, что строится уже там, на Геологов. Это приводит, с одной стороны, к нарушению природных водных коммуникаций, нарушаются источники, нарушаются родники, нарушается подпитка...
Д.Щ.:Да, что-нибудь засыпают, что-нибудь открывают...
Т.С.: ... Да, меняется русло, убивается русло. С другой стороны, в связи с появлением большого количество транспорта, обслуживающей техники, новых дорог, новых пешеходных коммуникаций, нового, чисто бытового, пространства с мусором, с людьми, это все попадает, опять-таки, в эти истоки, несется в реку. А мы как горожане чаще видим главный рукав Саймы, который идет вдоль ул. Энергетиков, от университета, если идти к истоку от устья и туда, мимо Газпрома, мимо СОКБ. Вот этот рукав всегда собирал основную грязь городских дорог, потому что ул. Энергетиков одна из центральных трасс. Ливневки, естественно, в Сургуте никакой нет. И вот эта вся зона: Энергетиков, Майская, бульвар Свободы – это же очень большой автомобильный трафик, и все это тает весной и уходит в Сайму, что ее, собственно, убивает.
Это, скажем так, одно направление экологического нарушения, переходящего в преступление, которое любая государственная соответствующая служба контролирующая должна пресекать, создавать условия для того, чтобы были обеспечены, например, ливневые канализации. У нас же природоохранная прокуратура будь здоров штрафует муниципалитет за несвоевременную чистку дорог от снега – вот снег выпал, и они через три часа тут как тут и уже штраф в городскую администрацию полмиллиона, словно на охоту выходят. А здесь, почему тогда не проводятся подобные мероприятия?
Создайте какую-то большую писулину в город, в округ, давайте заставим построить соответствующие природоохранные вещи, которые предотвратят попадание сточных вод с дорог, с этой солью, с этими маслами, с этой всей грязью в Сайму. Нет. Этого же не делается на протяжении буквально 30-и лет.
И когда мы видим на побережье этих наших двух городских рек новый объект, мы должны понимать: это занос. Занесли, дали взятку, дается разрешение на строительство и вот так это все убивается. Что делать? Мне кажется, что на уровне округа вместе с городом должно быть, наконец, принято какое-то юридическое решение о признании пойм рек Бардаковки и Саймы какой-то зоной природной, природным заповедником или строго охраняемой природной рекреацией. Я не очень силен в подобных формулировках, но мы сейчас говорим о смысле.
То есть надо, наконец, прекратить любое строительство в поймах, это раз. Любое использование пойм Саймы и Бардаковки в не рекреационных целях, не в научных целях, не в природоохранных целях – два. И третье – надо разработать какую-то программу на ближайшие десять лет. Может быть, это программа будет частью Генплана Сургута, разработанную специалистами, проектировщиками, которые специализируются на подобных объектах, и начинайте эту программу реализовывать за средства городского, окружного и федерального бюджетов. Мы проводим всякие голосования – давайте проведем голосование и привлечем федеральные деньги на очистку Саймы и Бардаковки, вероятно, на какую-то расчистку того, что там строится. Где-то будем предлагать предпринимателям разместиться, выводить их из той же Бардаковки.
Но я бы сейчас, прям сегодня, поставил полный стоп любую стройку в поймах, любое использование этой зоны, прибрежной зоны с целями, которые противоречит их сохранению, как природных рекреаций, и начинает двигаться в обратную сторону, спасать, спасать, спасать. Мир умеет это делать, ничего страшного. Ну, не то, чтобы ничего страшного не произошло, страшное уже произошло, ничего…
Д.Щ.: …Необратимого…
Т.С.: …Необратимого не произошло. Технологии существуют. И не такие водоемы приводили в чувство. Я думаю, что если городская власть поставит это для себя как задачу амбициозную, то она вполне справится за несколько лет с ее выполнением, и тогда Сургут получит прекрасную рекреационную зону новую, с берегами, с пляжами, с катамаранами, зимой с лыжными трассами, катками, какими-то активностями. И это все работает, все это составляет важную часть работы местной муниципальной власти. Я вижу это так.
Д.Щ.:Что ж, ладно. Мы будем заканчивать этот эпизод. В следующем поговорим о строительной, архитектурной реформе, которую в правительстве запускает Наталья Комарова. Так что, если что, переходите, смотрите. И поехали дальше.