16+
Больше новостей
Больше опросов

Короли играют свиту: сколько зарабатывают политконсультанты

В Сургуте – выборы.

Средняя зарплата политконсультанта – от $5 тыс., столичного специалиста – от $15 тыс.
Средняя зарплата политконсультанта – от $5 тыс., столичного специалиста – от $15 тыс.

В Сургуте – выборы.

Вы не заметили? Мало шума? Нет дебатов? Куда-то делись белые и черные маги политтехнологий?

На самом деле, политтехнологи и политтехнологи рядом с нами. Только они теперь другие. Изменились. Вместе с политической структурой. Сегодня в стране борются не за электорат, а за элиты. И работа политических пиарщиков переместилась в коридоры власти.

Кто они, эти бойцы невидимого фронта, кующие победы своим заказчикам? Сколько они зарабатывают на рынке политических консультаций и технологий? Каков вообще объем этого рынка и как он видоизменился за последние 15 лет? Есть ли у политических технологов будущее в условиях сворачивания выборов всех уровней?

Об этом – сегодняшнее экономическое исследование «Капитала».

Кто играет на поле?

Сургут (и Югра) традиционно входит в орбиту влияния (или интересов?) екатеринбургских политтехнологов. Для них наш регион всегда считался золотым дном: бюджеты огромные, демократии меньше, чем на большой земле, значит, работы с избирателем тоже меньше. Югорские выборы еще при Филипенко превратились в рутинную процедуру: редко когда их исход в нефтяном югорсоком царстве не был предсказуем. Несмотря на формальную отстраненность от процесса, администрация ХМАО всегда добивалась нужного результата, будь то голосование в Госдуму или выборы глав территорий. Но всегда эти выборы внешне носили демократический, соревновательный характер, а значит, на них осваивались политические бюджеты.

Основными игроками рынка считались две компании из Екатеринбурга: СПИП, которая была завязана на известного свердловского политика Антона Бакова, ныне фактически распавшаяся, и «Бакстер Групп», чей главный владелец Олег Матвеичев давно перебрался в федеральные властные структуры и, по слухам, после конфликта то ли с Путиным, то ли с Медведевым, постепенно уходит в тень. Сейчас «Бакстер» больше консалтинговая компания в области фармацевтики и недвижимости, нежели в области политических консультаций. Тем не менее, именно она привлечена к работе по выборам на должность главы Сургута губернаторского и сургутнефтегазовского протеже Дмитрия Попова.

Политические консультации в регионе оказывали и другие яркие политтехнологи из Екатеринбурга (большинство их объединяет совместная работа в Политическом консультативном совете при полпреде президента в Урфо, который основал 10 лет назад Петр Латышев; последние лет шесть этот совет не собирался). Это супруги Пироговы, Михаил Корабельников, Константин Киселев и другие.

Средняя зарплата политконсультанта – от $5 тыс., столичного специалиста – от $15 тыс.

Рынок схлопнулся?

Сколько денег в этом рынке? Выборы президента Ельцина в 1996 году, по неопровергнутой информации, стоили 5 млрд. долларов. После отмены выборов губернатора в 2004 году рынок сократился в 1,5 раза (именно выборы губернаторов и депутатов-одномандатников составляли около 95% объемов рынка политконсалтинга в стране или 2/3 объема всего российского рынка PR - по данным Российской ассоциации по связям с общественностью). В деньгах это выражалось суммой в $800 млн в год.

Сколько сейчас? Посчитать точно невозможно, потому что, во-первых, в нем крутится огромная сумма черного нала, во-вторых, многие решения принимаются высокопоставленными чиновниками не в прямую за деньги, а за иные, трудно контролируемые преференции. Но что-то узнать удалось.

На нынешних выборах главы Сургута бюджет кандидата, рассчитывающего на выход во второй тур, должен составлять не менее 15 млн. рублей; бюджет «победы» - от 40 млн. Но эти цифры реальны, если в гонке есть два-три очевидных и обеспеченных средствами лидера, а у остальных кандидатов денег нет. Если же каждый кандидат достанет необходимую сумму, ставки возрастут.

Отмена прямых выборов губернатора в 2004 году сузила число игроков и произвела среди оставшихся определенную перетасовку. Так считает Дмитрий Гусев - председатель совета директоров Консалтинговой компании Bakster Group и один из постоянных участников выборов в Югре (в том числе и предстоящих выборов главы Сургута). По его мнению, до отмены губернаторских выборов на рынке работали три группы консультантов: 5-7 крупных и известных московских фирм; ряд достаточно профессиональных региональных компаний и группа «свободных художников», фрилансеров с достаточно узкой специализацией. Когда самый большой (по количеству финансовых и трудовых затрат) сегмент исчез, большинство столичных игроков ушли с рынка: заниматься выборами глав городов и местных депутатов им неинтересно – размах не тот. Исчезла и значительная часть фрилансеров, устроившихся на постоянную работу. В итоге практически единственными участниками и лидерами рынка остались сильные региональщики.

Изменилась и специфика работы политических консультантов. Если ранее проведение  избирательных  кампаний и  выборный консалтинг составляли до 50% их работы, то теперь на лидирующие места выходят: политическое консультирование бизнес-структур и органов власти, политические проекты, персональный политический брендинг и т.д.

Уйти в сторону

Есть ли принципиальные отличия нынешних выборов главы города от предыдущих? Главный соперник действующего мэра на предыдущих выборах 2005 года, предприниматель Владимир Самборский убежден, что сегодня мы наблюдаем лишь видимость борьбы.

«Пять лет назад была явная борьба. Сегодня же ряд кандидатов действует по принципу: «Партия сказала надо», - считает Самборский. – В такой ситуации не нужна предвыборная программа, не нужны лозунги, вообще не надо ничего делать».

С точки зрения участников рынка политтехнологий область «приложения сил» на предстоящих сургутских выборах смещается от прямой агитации и организационной работы к искусному теневому политическому лобби. «В любом случае любая кампания проходит три основные этапа: идентификация (есть такой кандидат), агитация (наш кандидат – самый лучший) и мобилизация (сторонники нашего кандидата должны прийти на выборы). Методов масса: от организации скандала до частого повторения одной и той же мысли. Есть обязательные элементы: встречи с избирателями, изготовление агитационной продукции, реклама. Остальное зависит от необходимости и наличия ресурсов у кандидата», считает известный политолог, участник более 20 избирательных кампаний в Челябинской, Свердловской и Тюменской областях Михаил Коробельников.

Если нет разницы, зачем платить больше?

Говорить о стоимости избирательной компании кандидаты и их консультанты не привыкли. Оно и понятно. Ведь нас интересуют не финансовые отчеты, предоставляемые в ТИК, а реальные цифры затрат. Сюда, впрочем, стоит включать не только деньги, но и другие нематериальне активы. «Стоимость всей кампании во многом зависит от уровня цен в регионе и от платежеспособности кандидата, а также от конкуренции в период кампании, - считает Михаил Коробельников. - Чем больше людей с ресурсами участвуют в гонке, тем дороже обходится кампания. Ресурсы делятся на административный, информационный, идеологический, личностный и финансовый. Чем больше у кандидата первых четырех ресурсов, тем меньше средств он тратит на кампанию. В настоящее время, одно из основных значений приобретает административный ресурс. Чаще всего кампания самого низкого уровня обходится кандидату от трех миллионов рублей (очень редко меньше, имеется ввиду относительно развитый муниципалитет), а вот высший предел назвать трудно. Это может быть и 10 миллионов рублей и миллионы долларов».

«Невозможно с бюджетом в один миллион рублей победить на выборах мэра Сургута, - уверен Дмитрий Гусев. - С миллионом долларов? Возможно. При этом очень важна среда, в которой происходят выборы. Если один кандидат тратит на выборы $5 млн, то другой должен тратить сумму, которая была бы симметрична по наносимым информационным «ударам». И, естественно, нужно понимать исходную точку, с которой человек стартует. Одно дело, когда у тебя 5% на старте, другое дело - когда 45%. Это тоже влияет на количество денег».

«Моя избирательная кампания обошлась мне в 3 млн 622 тыс. рублей, - рассказал Владимир Самборский. – Расходы конкурентов могу лишь предположить - по слухам, одни потратили намного меньше, чем я, другие - на порядок больше. Вообще, не обязательно тратить много денег, если у кандидата есть административный ресурс».

Какие же методы продвижения – честные и не очень – используют современные политтехнологи? Вариантов масса, но, как выясняется «на войне не все средства хороши». У серьезных компаний есть ряд ограничений, своего рода моральных норм, которые профессионалы предпочитают не нарушать. Скажем, не «трогать» семью и детей оппонентов, не брать в клиенты откровенных «негодяев» и т.д. Их, в общем, можно назвать честными тружениками или, как метко заметил один из экс-кандидатов, - «мордоделами», превращающими обычную персону в медийную личность и политическую фигуру. Другая категория – специалисты, которые любым способом готовы привести своего «клиента» привести его к власти, не гнушаясь использовать обман, подтасовку фактов и прочие сомнительные методы.

Черный? Серый? Белый?

Тут, пожалуй, стоит вспомнить о так называемом «черном пиаре», коим до сих пор пугают доверчивый электорат. Мнения экспертов о том, что называть «черным пиаром» и существует ли он вообще, сильно разнятся. Несомненно, грязные технологии широко использовались в лихих 90-х и на заре третьего тысячелетия. Достаточно вспомнить яростную борьбу за губернаторское кресло между Леонидом Рокецким и Сергеем Собяниным в 2001 году. Действующий на тот момент губернатор (не сам, конечно – через своих доверенных лиц) обвинял соперника в том, что тот подкупил судью, рассматривавшего дело о злоупотреблениях со стороны штаба Собянина. С других сторон сыпались обвинения в намерении ввезти в область китайских гастарбайтеров и даже... в сатанизме.

Один из скандально известных политтехнологов того времени на правах анонимности так откомментировал корреспонденту «Капитала» эту скользкую тему:

«В среде «черного пиара» ничего нового за последние годы не придумали и вряд ли придумают – все технологии манипулирования общественным мнением давно разработаны и испытаны, поэтому никаких новаций в этой сфере нет. За подобную работу берут, естественно, намного больше, чем за простую предвыборную агитацию. Расценки, как и в любой «грязной» работе, варьируются исключительно в зависимости от степени отдаления от законов».

Такой метод, как покупка голосов избирателей, в Сургуте не практикуется. Как правило, подобные технологии применяются в депрессивных регионах. Показательный пример – митинг, организованный якобы от лица одного из кандидатов, когда каждому пришедшему обещали заплатить некоторую сумму денег. «Митинг» собрал лишь несколько десятков человек, причем большая часть из них – члены штаба того самого кандидата, желавшие найти организатора.

«Я считаю, что «черный пиар» - это откровенная ложь, выдаваемая за правду, - говорит Михаил Коробельников.- Эти технологии были эффективны на заре демократии, пока сами выборы были еще в диковинку, позднее они давали (а точнее, отбирали) 5-7% голосов, а потом и вовсе практически ничего. В настоящее время, если есть необходимый ресурс, кандидата просто не регистрируют или снимают с дистанции. Если ясна цель оппонента, можно найти способы помочь ему достичь этой цели другим путем без участия в выборах. Наиболее типичный пример – нынешние выборы в Сургуте».

Выбраться сухим из воды после «черного» давления непросто. Тут работает психологический момент. «Когда об одном из кандидатов говорится заведомо омерзительная глупая ложь, народ незамедлительно ждет его реакции, - рассказывает Владимир Самборский. - Если он ее отрицает, начинает горячиться – это воспринимается как оправдание. Если отмалчивается - значит ему нечего возразить. Вариант практически беспроигрышный».

А был ли мальчик?

Современные политические реалии таковы, что личностные качества кандидата уже не играют определяющей роли в его продвижении. Гораздо важнее – поддержка партии или бизнес-элит. Убедить избирателей в том, что именно этот персонаж – то, что надо – как правило, труда не составляет. Тем более, если у персонажа нет серьезных конкурентов. Впрочем, непредсказуемость поведения электората тоже стоит учитывать. Иначе он из чувства противоречия и нежелания быть ведомым может проголосовать за «другого парня». Так, например, получилось в 2006 году на выборах мэра Мегиона, когда жители города неожиданно отдали предпочтение молодому Александру Кузьмину. Последнего неоднократно снимали с выборов, он едва не лишился удостоверения кандидата, что, впрочем, только подогрело народную любовь.

Идеальному кандидату сегодня не обязательно выделяться чем-то особенным – харизмой, образом жизни, радикальными политическими взглядами или громкими лозунгами. Избиратель «клюет» не на это. «Если составить идеальный портрет кандидата, то им окажется мужчина от 40 до 55 лет, представитель преобладающей в регионе нации, выходец из силовых структур или отставной военный, из рабочей семьи и обязательно добропорядочный семьянин, — считает профессор МГУ, политический психолог Акоп Назаретян. - Еще один момент — отношение к алкоголю. «Пьет — дырка в образе. Совсем не пьет  — не наш человек».

Журнал «Профиль» попытался нарисовать собственный портрет идеального кандидата. Получился мужчина в возрасте 45—55 лет, с высшим экономическим (юридическим или техническим) образованием. Хорошо, если у него имеется опыт решения реальных вопросов в регионе (например, привлечения инвестиций и т.д.). Спортивный, общительный, сексапильный и обаятельный в общении. Хобби: суровое — не бальные танцы. Должен знать реальный бизнес. МВА пока не требуется, но было бы хорошо, если кандидат когда-нибудь хотя бы рядом постоял, например, с торгово-промышленной палатой.

С точки зрения политконсультантов, образ идеального кандидата изменчив. «15 лет назад самым лучшим был кандидат, который нам не мешает, находится где-нибудь за границей и приезжает только за мандатом, - рассказывает Дмитрий Гусев. – Претендентами на место в политике тогда были люди неискушенные, не понимающие, что для этого необходимо. Сейчас у кандидатов появился опыт, и без их участия серьезные выборы провести невозможно. Чем человек сам по себе как личность, как публичный политик более сильный - тем он лучше. Кандидаты в последнее время попадаются тренированные, понимающие, что карьера публичного политика требует от него самого многих усилий. Такие кандидаты в нашей ситуации являются идеальными».

Что же ждет рынок политтехнологий в ближайшем будущем? Перспективы туманны. Его участники уверены: они и дальше будет сжиматься. Особенно плохо региональным специалистам: у них, в отличие от Москвы, центра политической жизни, объемов практически не остается. И это их раздражает все больше, что можно понять – у людей отнимают хлеб. И отнимают те, кого они, можно сказать, сами привели к власти.

«На Урале колоссальная оппозиция политтехнологов власти, которая ярко проявилась в резко негативном отношении к идее сити-менеджеров, - говорит «Капиталу» один из политологов Екатеринбурга. – Несмотря на всю нашу циничность, именно мы, политологи, видим изнутри все слабые места власти. И мы готовы критиковать ее уже не за деньги, а из гражданских соображений, потому что то, что происходит в стране, ведет в тупик».

 



16 сентября 2010 в 07:54, просмотров: 3008, комментариев: 0


Комментариев пока нет.

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.

Вы можете войти на сайт или зарегистрироваться


Топ 10

  1. В Сургуте элитная иномарка столкнулась с легковушкой: три человека пострадали 688
  2. Дума Сургута обновится осенью 614
  3. ​Что делать жителям 38-го микрорайона, у которых из крана шла грязная вода 597
  4. По Сургуту бегает медведь // Видео 501
  5. Жизнь ничему не учит: ранее судимого сургутянина вновь поймали с ингредиентами для создания наркотика 500
  6. Наталья Комарова поручила отправить не менее 40 процентов чиновников на удаленку 498
  7. ​87 новых случаев COVID-19 выявлено в Югре за сутки 490
  8. ​Откуда полетим на турецкий берег // СПИСОК ГОРОДОВ 457
  9. ​Действия против правды 454
  10. ​Ковид в Сургуте продолжает расти 446
  1. ​Умер Сергей Полукеев 9611
  2. Сергей Полукеев: «После того, как жители вышли кольцом, вариант что-то построить на Грибоедовской развязке равен нулю. Мы же не самоубийцы» // ВИДЕО, ТЕКСТ 7511
  3. ​Звонок Полукеева 6207
  4. ​Дворник из Нижневартовска стал героем мема из-за шляпы 5997
  5. ​«Мы движемся в античеловечном направлении: подливаем яд в свой же стакан» 5287
  6. ​Три пришествия Полукеева 4536
  7. Нефтеюганец на «Ауди» спровоцировал аварию с пятью легковушками 4189
  8. Сургутяне из элитного ЖК пожаловались на соседок, которые устроили в квартире публичный дом 4007
  9. ​В субботу сургутяне простятся с Сергеем Полукеевым 3711
  10. ​«Будем выходить на одиночные пикеты, пока нам не согласуют массовый» 3692
  1. ​Причиной смертельного ДТП в Югре стал выезд на встречку 11733
  2. #НГ #БОГДАНОВ70. Спецвыпуск «НГ» 10238
  3. ​Умер Сергей Полукеев 9611
  4. Мэр Нижневартовска покидает свой пост 9318
  5. В Сургуте из окна многоэтажки выпал подросток 9105
  6. Теперь точно откроют: в Сургуте завершают обустройство пляжа 8678
  7. ​Судя по всему, Филатов начал знакомиться и работать с Сургутнефтегазом задолго до назначения 8379
  8. ​Как Сургут отметит День России и День города // Спецвыпуск афиши 8311
  9. ​Пушистая компания: сургутяне гуляют по торговым центрам с котами на поводке // Фотофакт 7987
  10. СМИ: супруга экс-мэра Нижневартовска уехала из России 7590