16+
Больше новостей
Больше опросов

«Если посмотреть на общение россиян в сети, может показаться, что общество страшно расколото. Но это не так»

Шеф-редактор Znak.com Дмитрий Колезев – о попытках пробить «информационные пузыри», человеческой драме Соловьева, списках Пригожина и суде над Шмониным

Российское общество находится в состоянии войны одной части населения с другой, это подогревается средствами массовой информации и отдельными их одиозными представителями – такое мнение о сложившейся в стране ситуации бытует у многих наших соотечественников. Действительно ли россияне расколоты по политическому принципу, как главные пропагандисты теряют свою мощь, и какова реальная роль журналистики в этом всем – мы поговорили с шеф-редактором интернет-газеты Znak.com Дмитрием Колезевым.

«Наше общество куда более здоровое, чем нам кажется»

– Для начала давай определимся: считаешь ли ты, что российское общество сейчас расколото по идеологическим и политическим признакам?

– Вообще противостояние в обществе есть всегда, вопрос в том, насколько оно глубоко и можно ли это считать расколом? На мой взгляд, в России это противостояние не столь критичное, в нем нет ничего фатального, чего нельзя было бы преодолеть. Мы живем в интернете, где люди высказывают полярно противоположные оценки событий и критически относятся друг к другу, что часто приводит к ожесточенным спорам с оскорблениями и переходами на личности и так далее. Все это рождает ощущение очень глубоких общественных противоречий. Но мне кажется, что наша жизнь в реальности куда более мирная, чем риторика интернет-дискуссий и публикаций в прессе.

– То есть люди друг друга не убивают из-за убеждений – и то хорошо?

– Да, если посмотреть на офлайновые мероприятия, то представители противоположных мнений разговаривают, находят общий язык. Так как мир медиацентричен, и на нас сильно воздействуют соцстети, где каждый стал СМИ и несет в мир свое слово, люди очень много высказываются. И, например, из инфошума всегда можно выдернуть какого-нибудь отдельного блогера или гражданина, прочитать его пост и ужаснуться: «Боже, что он говорит, он же страшный сталинист!», или: «Он ужасный западник-либерал и хочет все развалить и устраивать нам гей-парады». Но это все частные случаи, которые заметны из-за своей яркости, и все же это маленькие огонечки на большом теле общества.

В целом я считаю, что никакого раскола нет, и правильнее оценивать это при помощи социологических исследований, многие из которых показывают, что у нас общество не такое уж и больное, что оно, конечно, несколько дезориентировано, но вполне похоже на некоторые европейские страны и отчасти на США.

– Но при этом люди сидят в «информационных пузырях», обложившись своей системой мировоззрения и мнением обо всем, и им там хорошо.

– Да.

– Должна ли пресса пытаться «прокалывать» эти «пузыри», или как-то сводить их вместе?

– Теоретически да, как нам писали в учебниках, СМИ должны выступать площадкой для общения разных людей. И «Эхо Москвы», например, отчасти эту функцию выполняет, сводя в одном эфире либералов и консерваторов. Я был недавно на их дне рождения, и там был Александр Проханов, Виталий Милонов и другие консерваторы, и там же Дмитрий Гудков, Николай Сванидзе и другие либералы, и все это перемешивалось, и в эфире «Эха» происходит то же самое. Казалось бы – вот где пытаются совместить «информационные пузыри», чтобы люди получили другую точку зрения, но почему-то это не очень работает.

Как формируется классические filterbubble(пузырь фильтров – англ.): я сижу в фейсбуке и лайкаю там тех, кто мне нравится, в итоге мы окружаем себя стеной лайков и якобы не слышим другой точки зрения. Приходим на «Эхо», видим другие оценки происходящего – и что, услышав их, мы меняемся? Типа: «О, а старик Проханов дело говорит». Нет.

– Люди просто удостоверяются в том, что они правы.

– Да, и еще больше обосабливаются в своем «пузыре». Преодолеть это у прессы не очень получается. Есть либеральная британская газета TheGuardian, у нее был эксперимент: она специально давала трибуну представителям консервативной стороны, причем не с подачей «посмотрите, какие идиоты», а чтобы показать, что есть иное мнение и его нужно принимать во внимание. Другое дело, что в сети полярные мнения зачастую выражены в таком диком виде, с провокациями, оскорблениями и ненавистью, и там через два комментария уже начинается адский срач...

– С обязательными упоминаниями Гитлера и Сталина.

– Да-да, и никакой дискуссии не получается. Так что не работает «протыкание пузырей». На практике звучит хорошо, а работает хреново. Но мы все равно пытаемся это делать, у себя в редакции Znak.com иногда замечаем, когда много выходит либеральных спикеров – подтягиваем консерваторов или левых. Так, у нас были интервью с Прохановым, с депутатами-единороссами, хотя наш общий тренд – либерально-оппозиционный.

«Все эти составления списков – опасная тенденция»

– Как ваша редакция отреагировала на попадание в список «антироссийских СМИ» по версии «Федерального агентства новостей» Пригожина?

– Нас и раньше включали в подобные списки, так что это не очень новая штука, поэтому мы никак и не отреагировали. Нет смысла обижаться на такие вещи. Просто нам кажется немного опасной тенденция составления таких списков – все они поощряют людей к неправильным действиям. Например, начитается их человек с неуравновешенной психикой и что-нибудь сделает с журналистами или с редакцией. Нам бы никогда не пришло в голову составлять список каких-нибудь...

– «Душителей свободы».

– Да, «душителей свободы». Если есть факт, что пригожинское СМИ соврало – нужно показать и объяснить этот факт, а включать его в какой-то список – зачем? Но, кстати, на этот раз мы подумали и решили попробовать посудиться из-за того «классификатора». Не только для себя, но и для коллег, потому что туда попали множество очень хороших изданий, к которым никак нельзя применить характеристику «антироссийские» (в этой части списка фигурируют, например, «Ведомости», «Коммерсант», РБК – прим. авт.).

Да и вообще, что значит «антироссийские»? Если люди считают, что критикующие власть СМИ — против страны, где журналисты родились, живут и уезжать не планируют – это абсурд. Так что мы решили подать иск, его прорабатывают юристы, и вскоре мы должны это сделать.

«В поведении Соловьева в последние недели, в его непрекращающейся истерике в эфирах я вижу глубокую человеческую драму»

– О герое последних недель Владимире Соловьеве. Вы же с ним знакомы и у вас были какие-то пикировки. Он, кстати, уже внес вас в черный список твиттере?

– Смешно, но наоборот – я внес его в черный список, потому что даже если отписываешься, то все равно тебе его высказывания показывают в виде ретвитов, так что я кардинально прекратил его читать.

– Понятно. Вам не кажется, что после песни Гребенщикова о «Вечернем мудозвоне» Соловьев окончательно превратился из грозного и драматического персонажа в комического, что над ним просто ржут и это – начало конца его карьеры супер-пропагандиста?

– Да, мне тоже кажется, что над ним ржут, причем не только идеологические оппоненты, но, как я подозреваю, и его коллегина федеральных каналах, и в Кремле. Он превратился из страшного и грозного без кавычек пропагандиста в нечто очень смешное, что вызывает не страх и ужас, а только смех. Может, это тоже мой «пузырь», но среди моих собеседников и знакомых я не встречал человека, который бы сказал, что Соловьев крут и интересен.

С другой стороны, «Левада-центр» проводил опрос, по итогам которого Соловьева назвали самым авторитетным журналистом в стране. Я думаю, что когда люди слышали вопрос о «самом авторитетном журналисте», то называли первого, кто приходил на ум, а так как Соловьева в эфире много, то он и возглавил список. Так или иначе, цифра о его авторитетности существует, и ее нельзя игнорировать. Может, мы живем в своем «информационном пузыре», и для нас он смешной, а для существенной части россиян он остается сильным и грозным правдорубом.

Но у меня впечатление, что он перестал выполнять свою предыдущую функцию в глазах интеллектуальной, политической и творческой элиты, стал для них смешным, а это значит, что через некоторое время тенденция дойдет и до оставшейся аудитории. Если над ним смеются в «Вечернем Урганте» – значит, процесс пошел в массы.

Об этом говорит и поведение Соловьева в его эфирах, долетающих до нас – ощущение, что оно трансформировалось в постоянную истерику. От этого у меня создается впечатление глубокой человеческой драмы, в которой он оказался – Владимир Рудольфович как будто осознал, что загнал себя в угол, и непонятно, куда идти дальше. Он понимает, что скорее всего будет не нужен режиму, так как растерял свою ценность и аудиторию. Даже Дмитрий Киселев (известен своей экспрессией в программе «Итоги недели с Дмитрием Киселевым» на России-1 – прим. авт.), который в какой-то момент успокоился и перестал сильно и специально раздражать людей, я думаю, сейчас посматривает на Соловьева и думает: «Хорошо, что я не там, где Владимир Рудольфович».

– Как вам личный опыт общения с Соловьевым?

– Через некоторое время после истории со сквером и храмом в Екатеринбурге он написал мне в WhatsApp, спросил, удобно ли поговорить, позвонил, и мы с ним говорили около получаса. Там не было ничего особенного – очень спокойный дружелюбный разговор, мы обменялись мнениями на разные вопросы. Так как это была частная беседа, я не могу распространяться о ее содержании, но в его последнем интервью «Комсомольской правде» Владимир Рудольфович говорил примерно все то же самое. Позже мы иногда переписывались, он скидывал какие-то уточнения к нашим статьям, спрашивал телефоны некоторых людей из Екатеринбурга, и так далее.

– Как же это общение у вас прекратилось?

– Когда вышла песня Гребенщикова мы опубликовали заметку, довольно нейтральную, о том, что в «Вечернем мудозвоне» некоторые комментаторы опознали Соловьева. По мне так очень аккуратный материал, без оскорблений. Но у Владимира Рудольфовича, как вы знаете, от этой песни сильно бомбануло, и он написал у себя в телеграм-канале про нашего журналиста, что он «идиот» или вроде того, потом стал писать мне в личку. А я не могу спокойно и уважительно общаться с человеком, который публично оскорбляет моих коллег. Так что я объяснил ему, что мне неприятно с ним разговаривать, и попросил общение прекратить. И легче жить стало.

«Редкий чиновник понимает, что СМИ – это не враг, а нормальный инструмент общественного контроля и критики»

– Многие упрекают журналистов в том, что «вы умеете только очернять, а сами ничего в жизни не сделали». Часто приходится такое слышать?

– Да, это обычная точка зрения чиновников. Например, кто-нибудь кладет асфальт, приходят журналисты и говорят: «Плохо сделали». А им в ответ начинают разоряться, мол, мы положили 50 километров асфальта, хоть что-то сделали, а вы вообще ничего не сделали, только пишете и больше ничего не умеете.

Что по этому поводу можно сказать? Класть асфальт – не функция журналистов. Функция журналистов – писать про общество и указывать на его проблемы. Это важная и необходимая для любого общества функция, которая утверждалась столетиями, и как утверждают некоторые исследования, она существовала даже в догосударственную эпоху, когда рассказывать о жизни других членов племени было необходимостью.

Те, кто считает журналистику «недоработой», просто не понимают, как устроен и мир и как функционирует общество. Так что когда нам говорят, что «мы ничего не сделали», нужно отвечать, что мы сделали работающее медиа, у которого есть читатели, которые этому медиа доверяют, и у которого есть рекламодатели. И каждый из нас работает на своем участке: кто-то кладет асфальт, кто-то за этим следит, пишет и критикует. Так и устроена жизнь.

– Мы понимаем, что сегодня даже независимые СМИ, особенно в регионах, де-факто отчасти зависят от бюджетных денег – просто из-за слабости рекламного рынка, из которого деньги дополнительно вымываются соцсетями. Как с этим у вас? У вас большая надрегиональная редакция, как получается ее содержать?

– У нас жутко искаженный рынок, где непросто существовать независимым общественно-политическим медиа. Например, вы региональное СМИ, критикуете губернатора, тот читает статью и видит рядом рекламу местного банка. Тут же звонит его директору или владельцу и говорит: «Какого хрена ты рекламируешься в этом издании, они меня поливают грязью, они враги, а ты их поддерживаешь». Банк говорит: «Окей», и снимает всю рекламу. Так оно устроено буквально, я знаю подобные случаи. Так же и на федеральном уровне.

Есть сложность и с точки зрения инвестиций. Если ты становишься инвестором или владельцем общественно-политического СМИ – в глазах власти это значит, что ты чего-то хочешь, у тебя амбиции, поэтому ты должен либо сотрудничать и выполнять просьбы власти, либо стать откровенным оппозиционером и жить где-нибудь в Лондоне, давая деньги на свое СМИ. Других вариантов практически не бывает.

Власть относится к прессе не как к общественному контролеру. Если вы ее критикуете, значит – вы враги, скорее всего, инспирированные из-за рубежа, раскачиваете лодку и хотите сменить власть. Поэтому бизнесмену, владеющему СМИ, которое критикует чиновника, невозможно объяснить этому чиновнику что: а) вы просто собственник и зарабатываете на этом издании деньги, не вмешиваясь в его работу; б) что критиковать чиновника – это в принципе нормально. Он таких утверждений никогда не поймет, но затаит обиду и как-нибудь испортит жизнь бизнесмену.

В общем, в сфере общественно-политических СМИ денег немного, зарабатывать их сложно, и при этом есть риски.

Znak.com же находится в интересной ситуации: мы выше уровня регионального СМИ, но не совсем дотягиваем до федерального уровня, поэтому в формальном табеле Кремля находимся в пуле «регионалов». И на нас не так болезненно реагируют – потому что мы вроде как маленькие. Если бы то, что пишем мы, писали бы федеральные СМИ – к ним бы точно пришли, а нас не трогают.

И мы зарабатываем рекламой. У нас есть рекламный отдел, он продает тексты, среди наших клиентов не сильно зависящие от политики бренды, определенные доходы нам дает программатик-реклама (баннеры, которые размещаются через Google и Yandex), есть контракты на пиар крупных промышленных компаний и банков (эти материалы мы помечаем как реламные). Но мы не получаем никаких денег от бюджета – ни на конкурсах, ни по грантам – причем ни российским, ни зарубежным. И живем не очень хорошо – денег не хватает, давно не поднимали зарплаты журналистам.

«Чтобы спасать своих, нужно объединяться всем, а не только журналистам»

– Больной вопрос для региональных журналистов – солидарность во имя спасения отдельных членов цеха от преследования. Мы помним, что Ивана Голунова бросилась поддерживать вся Россия, но если журналист не из Москвы – никому до него дела нет.

– Да, к сожалению, это так. На региональном уровне подобные акции корпоративной солидарности практически отсутствуют. Отчасти потому, что все местные друг друга ненавидят – причем это не только журналистов касается, а всех: адвокаты ненавидят других адвокатов, дизайнеры – дизайнеров, и так далее. Каждая сфера – как банка с пауками. И если кто сталкивается с давлением со стороны власти на отдельного члена сообщества, все реагируют по принципу: «Ой, да мы все знаем, это у него конфликт с замгубера, это вообще не наше дело, пусть сам разбирается».

Но этим мы поощряем власть, силовиков и бизнес на подобное решение проблем с отдельными журналистами или редакциями. Это значит, в следующий раз придут к нам – и никто не поможет. Так что в подобных ситуациях нужно забывать все разногласия, даже если вы считаете своего коллегу плохим журналистом. А чтобы это делать на региональном уровне, нужно чаще общаться, развивать горизонтальные связи, ездить на конференции, дружить в фейсбуке, поменьше ругаться и помнить, что даже если у вас есть идеологические разногласия, мы все хотим добра нашей стране и городу, хотя идем к этому, может, разными путями. И всегда вступаться за коллег.

— Может, вы знаете, про ситуацию в Югре с создателем портала «Чиновник.ру» Эдуардом Шмониным, который конфликтовал много с кем, включая коллег, и творчество его было ярким, но спорным. Как сообществу следовало повести себя во время суда над ним?

— Я не знаю этой ситуации детально, только читал в свое время несколько материалов. Я думаю, что к правоохранительной системе и суду отношение в нашей стране сейчас должно быть максимально критическое. Если судят человека, который не нравится вам лично, это не повод верить обвинению. Сегодня оговорили его — завтра оговорят вас. Журналисты должны исследовать и проверять все доказательства, проверять следствие на прочность, исходить из презумпции невиновности и сомнения трактовать в пользу обвиняемых. Да и вообще, сажать в тюрьму людей за слова нельзя. Тем более в российскую тюрьму.



10 октября 2019 в 17:08, просмотров: 2937, комментариев: 2


Комментарии:
Сергей Б
Дмитрий, я так не понял, вы в Тюмени живете, где выражаются коротко и ясно или где?
Марина Соболевская
Дмитрий, спасибо за интересный материал. Читала с удовольствием!
Показать все комментарии (2)

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.

Вы можете войти на сайт или зарегистрироваться


Топ 10

  1. ​Эдуард Иваницкий: «Мы как занюханный колхоз, который радуется приезду Киркорова...» 8684
  2. Афиша Сургута на выходные 19-20 сентября 3024
  3. ​Навальный научился лайкать инстаграм 1064
  4. ​Борьба с коронавирусом, как и любой другой проблемой, у нас в России – это профанация 993
  5. ​Опята колонизировали дерево // ФОТОФАКТ 675
  6. Я за концессию обеими руками, но мне жаль концессионера 644
  7. ​В Югру поступила первая партия вакцины против COVID-19 499
  8. ​В Югре лечение от COVID-19 продолжают 607 человек 474
  9. ​Стало плохо во время записи эфира: умер ведущий «Русского лото» Михаил Борисов 459
  10. ​Тюменские хирурги удалили пациентке опухоль весом 35 кг 339
  1. Владимира Зятькова, погибшего на реке Черная, похоронили в Ишиме 641712
  2. Жителя Сургута оштрафовали на 30 тысяч за картинки с Летающим Макаронным Монстром 268312
  3. Аферист обманом оформил на сургутянку кредит 52368
  4. Десять сургутских спортсменов стали мастерами спорта 23206
  5. Сургутнефтегаз сохранил лидирующую позицию в рейтинге крупнейших компаний страны 8948
  6. ​Эдуард Иваницкий: «Мы как занюханный колхоз, который радуется приезду Киркорова...» 8684
  7. Жители Сургута пожаловались на незаконный ларек 6221
  8. Евгений Дьячков: «Как ни странно, государство сдержало обещания о гарантированных выплатах в поддержку авиаотрасли» 6052
  9. В Сургуте неизвестным веществом отравились два подростка 5960
  10. ​Наталья Комарова начала перетряхивать правительство Югры 5278
  1. Владимира Зятькова, погибшего на реке Черная, похоронили в Ишиме 641712
  2. Жителя Сургута оштрафовали на 30 тысяч за картинки с Летающим Макаронным Монстром 268312
  3. ​Кто такой Зятек? 56883
  4. Аферист обманом оформил на сургутянку кредит 52368
  5. ​Жительница Нефтеюганска продала горожанам путёвки, но деньги присвоила себе 32240
  6. ​В Сургуте погиб последний «классический» вор в законе Владимир Зятьков 30460
  7. ​Четверо погибли, четверо госпитализированы: в Сургуте крупное ЧП на реке 29982
  8. Десять сургутских спортсменов стали мастерами спорта 23206
  9. ​Почему глава Сургутнефтегаза Богданов не праздновал День нефтяника с министрами и губернатором Комаровой 23026
  10. Слишком много истории?.. 22299