16+
Больше новостей
Больше опросов

«В России чиновники, которые ничего не делают и набивают свои карманы, прикрываются именем Путина» // ТЕКСТ, ВИДЕО, АУДИО

Онлайн-конференция с журналистом и телеведущим Максимом Шевченко

7 сентября, в Сургуте побывал известный журналист, телеведущий и член президентского совета по развитию гражданского общества и правам человека Максим Шевченко.

Он ответил на вопросы журналистов и читателей siapress.ru в прямом интернет-вещании.

Дмитрий Щеглов: Здравствуйте уважаемые зрители, слушатели, читатели siapress.ru. Сегодня у нас в студии интересный гость – журналист, телеведущий Максим Шевченко, который приехал к нам в город буквально только что, и мы сейчас с ним будем разговаривать о выборах, межнациональных отношениях, и о том, как наша страна живет и куда движется. Здравствуйте, Максим Леонардович.

Максим Шевченко: Здравствуйте.

Д.Щ.: Сначала хочется поговорить про выборы. У нас был вопрос на сайте, читатели успели задать, несмотря на то, что анонс появился только что.

М.Ш.:Да, давайте по вопросам наших зрителей. Мне кажется, это было бы разумно.

Д.Щ.: Вопрос о том, что вы баллотировались в качестве самовыдвиженца в госдуму, причем в республике Дагестан, где нужно было собрать огромное количество подписей.

М.Ш.:Семнадцать с половиной тысяч.

Д.Щ.: Что вами двигало? Какова была мотивация, во-первых, пойти в госдуму, во-вторых, именно от этой территории? Раньше вы утверждали, что у вас там есть конфликты с местными силовиками, то есть вы понимали, что это задача не из простых.

М.Ш.:Я принял решение за три дня до окончания регистрации. За три дня я подал документы на регистрацию именно потому, что у меня там были конфликты, именно потому, что руководство Дагестана сознательно, многократно, цинично и нагло нарушало права человека, социально-экономические права граждан. Потому что президент Дагестана Рамазан Абдулатипов лгал всей стране, докладывая президенту Владимиру Путину, что расследовано убийство журналистов, хотя ни одно убийство журналистов не расследовано. Хотя он вот так сидя перед Путиным, как я перед вами, Рамазан Гаджимурадович сказал, что все дела расследованы, все нормально. Хотя это была откровенная, наглая и циничная ложь. Более того есть подозрения, что людей, которые являются заказчиками убийств журналистов он зная, о том, что они являются заказчиками, сделал членами правительства Дагестана. Есть на этот счет показания, данными подозреваемыми убийцами следственному комитету. Полная деградация социально-экономического положения Дагестана. В горах Дагестана появился туберкулез, достаточно большое количество туберкулезных заболеваний, потому что медицинское обслуживание просто уничтожено, разрушено.Все для богатых. Чиновники в Дагестане имеют огромные дворцы, которые сравнимы с дворцами миров Катара и Кувейта. Я недавно был в Шамильском районе, где убили двух ребят. Сначала руководство Дагестана попытались сказать, что убили террористов, но все жители возмутились, потому что этих ребят они знали, и более того они последователи традиционного ислама, и в горах невозможно скрыть взгляды человека. Там все живут тесно, горы Хиндах, маленькое селение на склоне, там примерно 40 домов, где каждый знает друг друга с детства, и многие поколения растут вместе. Это были просто чебари, которых возможно случайно убили ночью во время разведпоиска, без объявления КТО, потом их трупы одели в камуфляж, это было видно, положили рядом автоматы. Местное руководство Дагестана, вместо того, чтобы принести не извинения, не они убивали, но можно было принести соболезнования отцу, который за два часа потерял двух сыновей. А не говорить, что его сыновья ваххабиты террористы и преступники. Их презрение к народу толкнуло меня выдвигаться кандидатом именно туда. У меня не было денег, я вложил свои личные деньги в избирательную кампанию. Я не привлекал никаких средств, у меня нет миллионов, я не богатый человек. Но просто терпеть и видеть это все, было дальше невозможно. Потому что убили моих друзей и лгут президенту страны о том, что их убийство расследовано, в том числе моего сотрудника – Ахмеднаби Ахмеднабиев, он сотрудничал с газетой «Новое дело», а также сотрудничал с кавказкой политиков.А вы знаете, что у нас у журналистов корпоративная солидарность должна быть на первом месте. И не зависимо от наших взглядов: патриоты мы или либералы, западники мы или евразийцы. Я считаю, что если речь идет об угрозе, убийстве журналиста, мы должны вступаться за этого журналиста.Я, например, крайне возмущен нападением на Юлию Латынину. Мне не нравится, что говорит Латынина, более того, она мой враг в полемическом смысле, она поклонник сионистского фашистского режима, который оправдывает лишение гражданских прав огромного количества палестинцев, у нас с ней разные взгляды, но когда происходит нападение на журналиста, то должен включаться режим солидарности. Меня не интересуют взгляды Латыниной, она моя коллега и я возмущен нападением на Юлию Латынину, я готов за нее заступаться, пожать ей руку и поддержать ее в этой ситуации. Потому что мы сами разберемся в нашей свободной дискуссией между Шевченко и Латыниной, о том кто прав, а кто виноват. Террористические действия, убийство, запугивание, избиение журналистов – это недопустимо. Именно поэтому я пошел туда. Я прекрасно понимал, что шансов пройти через подписной фильтр практически невозможно, потому что вы не можете собрать за 20 дней 17,5 тысяч подписей, если у вас нет огромного количества денег. Потому что я не мог нанять специально обученных людей, там были миллионеры, например, Абусупьян Хархаров, которые могли это сделать, по каким-то причинам. На каких-то кандидатов, которые не находились в таких критических отношениях с властью как я, могла власть закрыть глаза. Естественно придраться было много к чему, потому что люди в горах приходили, и каждый подписывался сам, но в селе приходит молодой человек ставит дату за всех, потому что все заняты у всех дела, жизнь в горах селах очень тяжелая.Я специально пошел по самому тяжелому горному округу, где терроризм, где туберкулез, где разрушена система образования, где разрушена система медицинского здравоохранения,округ относительно которого власть постоянно врет, она там чего-то делает – ничего она там не делает. Я ездил по горному Дагестану, могу свидетельствовать о том, что там ничего не делается для людей, а делается только для богатеев, только для того, чтобы хорошо жили только несколько семей в Дагестане. Это нарушение конституции, закона и права. Делается это под брендом «Единой России». Я объяснил почему пошел в Дагестан, потому что это был вызов, я полагал, что шанс пройти фильтр 50 на 50. Я бы прошел, если бы мы на день раньше мы подали документы. В этот день отмечали 70 лет Рамазана Адбулатипова, они там все гуляли, квасили, им было не до этого. И те, кто подал на день раньше, например Сажид Сажидов, его тоже хотели снять, но он прошел. Я знаю, что Разамазан Гаджимутадович дал жесточайший приказ министру внутренних дел снять меня с выборов. А министр внутренних дел уже дальше ниже по инстанциям спустил экспертам. Эксперт вечером сказал, что у меня 93 нарушения, а утром приходит с трясущимися губами, говорит, что у меня 266 нарушений. Я знаю, что в четыре утра с ним была проведена беседа, его поставили перед выбором: либо погоны, либо Шевченко. Я прекрасно понимал, что шансов пройти немного, моя задача была создание политической повестки, правды и политических перемен. Так жить нельзя. Руководство многих регионов лжет президенту России о состоянии регионов. Это имеет отношение к Дагестану в первую очередь. В Дагестане мало того, что туберкулез в горном районе, есть случай чумы (в Дагестанских Огнях, на Юге). Я уже два с половиной месяца живу в Махачкале, там горы мусора, один из родственников Адбулатипова занимается, взял под себя мусоропереработку. Там горы мусора, крысы – в южном городе, где источники воды такие, что я не рекомендую пить из водопровода, потому что может быть холера, дизентерия. Когда проезжаете Семендер (это пригород Махачкалы), там канал, вдоль которого лежат горы гниющего мусора, крыса, дохлые кошки, и никто ничего не делает. Там в море купаться нельзя, крайне опасно (кишечная палочка, холерная палочка). Причем они все это от народа скрывают.

Д.Щ.: От народа наверно не скрывают…

М.Ш.:Скрывают-скрывают. Официальная точка зрения, что все хорошо, развиваемся, нужные слова, правильные дела. Понимаете? В некоторых регионах, губернатор из «Единой России» вменяемый, и руководство вменяемое: например Белгородская область, или Брянская, Калужская. И в Ханты-Мансийском округе тоже, к Наталье Комаровой я отношусь нормально.У вас на Севере совсем другая ситуация, каждый город – как обособленное государство:в Нижневартовске одна ситуация, в Сургуте другая, В Лангепасе третья, в Ханты-Мансийске четвертая ситуация. Везде есть свои ситуативные, привязанные к местности центры влияния, силы, городские элиты, связанные с компанией, например, нефтегазодобывающими компаниями, которые именно в этом городе. Такая специфическая ситуация, поэтому оставим северные регионы в стороне. Евгений Савченко, губернатор Белгородской области из «Единой России», к нему претензий нет, это не «Единая Россия» – это Савченко. А вот в Дагестане, та же самая «Единая Россия» – грабеж, разорение региона, это создание олигархического анклава, в котором есть несколько семей, которые даже своих детей направили в народное собрание. Власть как в монархии по наследству будут передавать. Дочери Путина ведь не сидят в руководстве «Единой России». Одна дочь Путина преподает в университете, другая занимается наукой. Дети дагестанской элиты обязательно должны быть депутатами народного собрания, обязательно должны быть крупными чиновниками. Я не исключаю, может они талантливые, но мне кажется политика и бизнес – это не одно и тоже. Я понимаю, когда Рокфеллер или Билл Гейтс передают своим детям бизнес.

Д.Щ.: Они, скорее всего, относятся к этому как бизнесу.

М.Ш.:Конечно. Чиновники «Единой России» относятся к политике как семейному бизнесу. Если они уже сели на это место, то они должны сидеть там годами, десятилетиями, и их дети должны потом занимать их позиции. Это вообще свойство всех старых партий, так называемых консенсуса 96 года, когда на самом деле Геннадий Зюганов выборы выиграл у Бориса Ельцина во втором туре, но в обмен на большинство в думе отказался быть президентом. Тогда началась система лжи и подмены демократии, которая могла бы быть в нашей стране, псевдоспектаклю имитирующим выборный процесс. В итоге мы видим целые династия руководителей, которые передают властные полномочия, становясь чиновниками, они становятся богатейшими людьми, уходя из чиновничьих позиций просидев там 10 лет, они являются уважаемыми богатыми, состоятельными людьми. Их семьи становятся богатыми, вот такое боярское государство.

Д.Щ.: Вам не кажется, что в этой ситуации Дагестан является своего рода квинтэссенцией, где все чересчур всего того, что в принципе происходит по всей стране?

М.Ш.:По всей стране ситуация разная. В регионах, в которых вменяемые губернаторы, которые работают не на то, чтобы они сами, их дети и приближенные, которые им лижут пятки, льстят, и за счет этого имеют преференции, а которые работают на социальное развитие региона. Евгений Степанович Савченко в Белгородской области мне очень нравится. Из «Единой России» он или не из «Единой России», какой бы он партии ни был, будь он даже беспартийным, это человек, который выдвинул концепцию солидаризма. То есть и богатые и небогатых люди, а бедных людей нет в Белгородской области, там есть люди состоятельные и не состоятельные. Выделяется из губернаторского фонда земля людям, молодым семьям дается ипотека 1-2 процента, там идет программа социального развития, тоже самое я увидел в Брянской области, где губернатор Александр Богомаз своими руками создал крупнейшее агропредприятие, еще до того, как стал губернатором, был в оппозиции, и сжигали его картофелехранилище бандиты нанятые властью. Какая партия была у власти думы объяснять не надо. Он тогда был в «Справедливой России» в оппозиции. Тогда ему мешали, а сейчас брянский картофель – одно из крупнейших предприятий России. Его жена руководит предприятием, но эти деньги они создали до этого, как он стал губернатором. Я сам с ним ездил по области, он был за рулем, без мигалок, без брони, без охраны. Губернатор живет в сельском доме, и уговаривают фермеров брать новые азотные удобрения. Знаете как в фильме «Незнайка на Луне», семена гигантских растений, если бы я сам это не видел своими глазами, если бы 8 часов не провел бы с ним в машине, когда колесили по этим фермам и полям Брянской области, я бы не поверил. Но в итоге на опытных полях, и не на опытных собирают по 100-120 центнеров пшеницы с гектара.А в советское время за 25 центнеров давали героя труда. А тут 100-120 на песке.Почему? Потому что по его словам технологии изменились, технологии такие, что растения требует азот фосфор и калий, если ты умеешь это вносить, правильно нужными пропорциями, и не боишься брать на это дело кредиты, то ты будешь очень богатым и состоятельным человеком, будучи крестьянином и фермером. Конечно, есть проблемы, что для этого не требуется сотни людей, проживающих в селах, а гораздо меньше людей. Но людей надо уметь занять. Поэтому есть губернаторы, есть руководители регионов, которых я считаю просто гордостью России.

Д.Щ.: Их больше или меньше?

М.Ш.:А есть руководители регионов – коррумпированная банда, которых, я считаю надо гнать и сажать.

Д.Щ.: Кого больше?

М.Ш.:Я опросов не проводил, я таких замеров не делал, скажу честно. Но я думаю, что от региона к региону мы сами все видим. Если ездить с Кавказа на машине сюда, в Ханты-Мансийск, проезжаешь примерно с десяток регионов. И знаете, как говорится, будем верить не статистике, а глазам, по дорогам, по качеству дорог, по состоянию городов – все же видно, что нам с вами телевизор смотреть – в окно выгляни и все увидь, как люди живут.

Д.Щ.: Вы действительно полагаете, что какой-нибудь губернатор может что-то такое серьезное, что-то принципиальное скрыть от президента?

М.Ш.:Конечно.

Д.Щ.: Да? А как это делается? У нас есть ФСБ, есть куча силовиков, внутренняя безопасность и т.д.

М.Ш.:Всякая служба действует в рамках своих полномочий. Есть 62 критерия эффективности губернатора. Во-первых, эти 62 критерия можно подделать в случае отчетности. Понимаете? Потом президент же не занимается только внутренней политикой и не обязан следить за тем, что происходит. Президент следить за всей стратегией. Например, ядерные ракеты нацелены куда-то там, Курилы-мурилы, Сирия-мирия, Турция-пурция, США-Обама. А еще следить за каждым губернатором что ли президенту?

Д.Щ.: Он это должен делать.

М.Ш.:Есть службы, которые ему докладывают: «Все хорошо». Потом существует кадровый голод, иногда приходится мириться, я правда не понимаю, зачем держать людей, которые явно приводят свой регион в упадок. Очевидно есть время, которое дают этим людям (3-5 лет),но попытка прятаться за президента, и говорить, что это партия Путина, я думаю что это оскорбление Путину.Потому что я вижу регионы, к которым Путин рядом бы не подошел. Потом мы видим, как люди, которые возглавляют в своих регионах списки «Единой России», в том числе губернаторы и мэры городов, оказываются преступниками, получают сроки. Мы видим, как те, кто клянутся в верности Путину, оказывается коррупционерами, жуликами, ворами и разного рода мошенниками. Поэтому мне кажется что тут ситуация непростая. Я думаю, что к значительной части камарильи, участвующей в этом спектакле, он сам относится с неким презрением, хотя есть в «Единой России» достойные порядочные люди, есть люди, которые с честью и достоинством несут свое имя, служат, сражаются, строят, возрождают страну. Это пятнами. На самом деле все тут держится на человеческой порядочности некоторых людей. Некоторый человек не будет воровать, не будет заниматься коррупцией, просто потому что его внутренней природе противоестественно.

Д.Щ.: Но их немного, да?

М.Ш.:Я таких замеров не проводил. Я всю страну не исследовал, но хотелось бы как Познер с Ургантом проехаться по России. Но я не думаю, что какой-то федеральный канал согласится на такой проект. Может не федеральный канал, может быть, мы с вами согласимся, возьмем несколько камер и проедемся в течение четырех месяцев по всей стране. По всем городам, посмотрим, как люди живут. Еще раз говорю, в некоторых регионах картина будет тяжелая, ну а кто обещал, что будет легко на этой земле, но достойная. В некоторых регионах честно скажу просто кошмар.

Д.Щ.: Мне кажется ситуация такая (я много с кем ее уже обсуждал, мне хочется услышать ваше мнение по этому поводу) у нас есть одна точка власти по сути, если говорить концептуально – это Владимир Путин…

М.Ш.:Я бы сказал метафорически, точка сборки и элиты, но и точка власти тоже. На самом деле власть – это гораздо более сложная вещь. В России власть – это миллион чиновников. Но стоит произнести магическое слово «Путин», и как вроде как с них спроса нет. На самом деле вся эта масса людей пытается переложить ответственность на одного человека. Я вчера смотрел его встречу с лидерами «Единой России», там были и очень достойные люди: Владимир Шаманов, Адальби Шхагошев, из того же Дагестана был Магомед Гаджиев, к которому тоже у менянет никаких претензий. Допустим, Сулейман Керимов и его группаэто вообще единственные люди, которые в Дагестане что-то делают на мой взгляд. Но остальные ведь прячутся за Путина. Я вчера смотрю и я понимаю, что на самом деле они перекладывают на него ответственность, когда они клянутся им, и так смешно рапортуют ему о своих достижениях, или благодарят его за что-то – это архаическая форма пропаганды. Это работало во времена Суркова в 2008 году.

Д.Щ.: Так и сейчас же работает.

М.Ш.: Я не уверен, что сейчас это работает. Я думаю, что уровень доверия среди населения к этим словам достаточно низок, люди искушенные после украинской войны, после конфликтов с Турцией, после санкций, после всего этого при ситуации, наличествующей в стране относительной свободы слова, когда можно обсуждать критиковать. Люди же при достаточно высоком уровня развития интернета и социальных сетей, которые являются пространством свободы слова по большому счету. Несмотря на попытки взять их под контроль, люди в основном не такие доверяющие всему советские граждане, то поколение, которые считало, что власть всегда права, этому поколению уже к 80 по большому счету. Люди, которым 30-50 по-другому смотрят на мир, мы выжили в 90-х, и в начале 2000-х, а ваше поколение, молодое, думаю, что вы еще более трезво смотрите на другие вещи без иллюзий.

Д.Щ.: Тем не менее, я продолжу тот тезис, который я начинал. Не кажется ли вам, что Владимир Путин сейчас человек, представляющий центральную власть в стране, он вознесся уже так далеко, что он немножко отрывается от реальности, даже сильно отрывается от реальности. Он занимается вершением международных судеб, в то время, как вы говорите, у него под боком….

М.Ш.:Я думаю, что он решает несколько главных проблем Росси. У России две главные проблемы. Первая это собственно неполный суверенитет России (Россия – обломок Советского Союза, которую никогда никто не планировал создавать, ни один мыслитель, ни один учебный, ни одни политик, никогда не грезил, что Россия будет в границах Российской Федерации.Эти границы случайные, они не устраивают ни русский народ, ни казахский, ни украинский народ, они никого не устраивают.Разрезаны лезгины. Они жили в советское время по обе стороны реки Самур, половина лезгинов Азербайджане, половина в Дагестане и не было у них проблем. Люди ездили друг к другу, была одна страна. Сейчас граница через которую перейти очень тяжело, пешего перехода нет, надо садиться на маршрутки, ехать туда, фактически разрезаны люди. Что касается русского народа вообще описать невозможно: десятки миллионов жили в своей стране, строили свою страну и оказались на чужбине ненужными и подозрительными иностранцами, принадлежавшими какому-то чуждому населению, этническому меньшинству, были большинством, оказались меньшинством. Это тяжелейшая травма. Это случайно возникшие страны Советского Союза, при этом Россия еще самая демократическая из всех. Узбекистан или Таджикистан – тиранические авторитарные режимы. В этой ситуации у него есть задача – полное обретение суверенитета, чтобы с тобой считались, а не считали, что ты являешься побежденным в полупорабощенной территории, потерпевшей поражение в холодной войне, поэтому полностью должен зависеть от тех условий, которые продиктовал запад, в начале 90-х (а это было, когда бюджет РФ утверждался во всемирном банке, прежде чем быть утвержденным здесь). И второй момент – нехватка ликвидности, денег, это главная проблема России, ведь денег на развитие нет.

Д.Щ.: Но они же были?

М.Ш.:Их и не было, это была проблема Советского Союза. Не имея в полной мере выхода на мировой рынок , вы не имеете возможность получать деньги, деньги очень дорогие. Нефть, газ – хорошо, но это же дорогие деньги. (Добы́ча или до́быча, как у вас говорят). Добыча нефти очень дорогая в условиях севера. Условно говоря, на один кубометр затраты огромные. А дешевые деньги, в Саудовской Аравии, на тот же самый кубометр денег в разы меньше.

Д.Щ.: Ну да, там лопату воткнул в землю и полилась.

М.Ш.: Дешевые деньги в Россию не идут. И исламский мир, страны залива производят ежегодно порядка двух с половиной десятков триллионов долларов, которые поступают в Англию, США, Германию, Западную Европу, обеспечивая, накачивая Запад дешевыми деньгами.Никаких дешевых денег в Россию не поступают. Ни Китай, ни Запад, ни исламский мир ничего не дает.Самая главная проблема Путина – глобальная нехватка ликвидности. Чиновники берут взятки, но поверьте, они берут не такую большую долю, хотя существенную себе забирали, с этими своими дворцами. Но речь идет не о десятках миллионах, и даже не о сотнях, а речь идет о триллионах, необходимых для развития огромной территории, но этих триллионов нет. Это главная головная боль, потому что страна постоянно балансирует на грани банкротства. Все рапорты о том, что все хорошо, эти рапорты на самом деле не очень существенны. Поэтому главной задачей Путина и его команды является обеспечение хотя бы относительно финансовой стабильности. Например, договоренности по газу: северный поток открыли более-менее ничего. Но не получили долю в распределительных сетях в Западной Европе. Сейчас с Турцией договариваемся о мире. Один из главных аспектов договоренности с Турцией (Сирия и Кавказ это локальные вещи) – это огромное газовое хранилище. Есть такой проект – Российско-турецкое хранилище, куда сходятся все эти газовые потоки, иранский, иракский, туркменский газ, сходятся на северной Турции под Андрианополем, концентрируется потом распределяются в Европу. Но в сети не пускают, то есть к конченой цене Россия доступа не имеет, ее держат на положении сырьевой державы. Это главная проблема. С Китаем тоже самое – никаких денег китайцы не дают и не собираются давать. Зачем им укреплять Россию, когда они могут по дешевке, за полцены получить все что тут есть. Они прекрасно знают об этом кризисе ликвидности. На этом фоне вороватые губернаторы, которые накачивают себя, свои семьи деньгами за свет народа – это проблема, но не главная проблема. Иногда какой-нибудь гейзер вытаскивают, или еще кого-нибудь вытаскивают для острастки, как бы публично государь подвергает казни. Главная проблема в том, что весь этот карточный домик, постсоветский держится на честном слове. Если Запад захочет, то все наши государства, находящиеся к востоку от линии НАТО, условно говоря, от Балтийского побережья, от линии условного Запада, окажутся в такой финансовой пропасти, из которой они уже не смогут выбраться сами по себе. Потому что внутренних ресурсов не хватает, а санкции перекрывающие доступ денег, перекрывающие выход на финансовые рынки, перекрывающие доступ к современным технологиям – это еще одна проблема, ведь недостаточно зарабатывать деньги, вздувая финансовые пузыри на ипотеках, или завися от нефтяных цен. А кто нас допустит к современным технологиям?В России практически нет технологий в которые можно было бы инвестировать,да, есть несколько технологий опережающие развитие, в биоиндустрии и т.д., но, во-первых, это все очень дорогостояще, например в Америке это дешевле. Фактически Одна из немногих российский конкурентоспособных технологий – атомное машиностроение. Мы по-прежнему конкурируем, 20 миллиардов приносит доход это все Российской Федерации. С космосом очень серьезные конкуренция, пуски ракет, которые взрываются, американская тоже взорвалась ракета, это вообще рискованный бизнес, еще не отлаженный по всему человечеству, хоть в Америке, хоть в России, хоть в Японии. Поэтому я думаю, что проблем у Путина хоть отбавляй.

Д.Щ.: Когда вы описывали вторую проблему ликвидности, денег, дешевый доступ к технологиям, что за последние два года сам Путин совершил огромный антирывок в этом направлении, когда начался Крым, украинский кризис, санкции и т.д. Именно тогда мы и посыпались.

М.Ш.:Дело не в патриотизме, а в том, что это шахматная доска. Есть вещи, которые нельзя допускать, которые в политике не прощаются. Допустим свержение в Киеве насильственным путем, пусть плохого, но не враждебного России правительства…

Д.Щ.: «Нашего сукина сына».

М.Ш.:Он не был наш совершенно. Виктор Янукович был самостоятельным президентом, который не зависел от России, группа Рината Ахмедова не торговалась с России, она была связана с Европой и Донецко-Криворожским промышленным бассейном (одним из немногих на постсоветском пространстве сохранивший полный цикл производства добычи железного бруса), не зависел от России. Там были доли разных российских корпораций, олигархов, но в целом группа Рината Ахмедова, ее главным партнером была Европа, и Донбасс уже был фактически частью европейской экономики. ПоэтомуЯнукович как раз одной ногой стоял в Европе, одной ногой пытался китайский проект на 200 миллиардов долларов в Крыму построить и шелковый путь должен был завершаться там,это одна из причин его свержения, кому-то очень не захотелось, чтобы этот великий транспортный проект транзитный коридор завершался в Крыму. Поэтому свержение дружественного режима в соседней стране, с которой твоя страна связана такими связями, которые были не только человеческие: совместный стратегический космический проект, в том числе по производству ядерных ракет, потому что «Южмаш» днепропетровское предприятие производило двигатели не только для космических ракет.

Я был в Оренбургской области, мы ездили с Александром Прохановым на пусковой позиционный район стратегических ядерных ракет. У них с «Южмашем» это было совместное производство. Военные ВПК российские на десятки процентов зависело от Украины, и вдруг в этой стране происходит военный переворот. Как бы вы отреагировали на эту ситуацию? Если отбросить всю эту болтовню, про демократию, патриотизм, «Крым – наш» и т.д. На нее можно отреагировать только одним способом – защитить свои стратегические интересы. Защита стратегических интересов – это было решение, которое принималось в течение нескольких дней, даже может быть часов. Было решение или вмешиваться, и тогда сегодня в Крыму была бы натовская база, кому-то покажется, что это волшебно, прекрасно и хорошо, что это цивилизованные люди. Я напомню, что НАТО за последние 20 лет, говоря о мире и спокойствии, провела какие войны? Давайте вспомним: иракская война, югославская война, Боснийская война, Югославская война в Югославии, в Сербии вторая война, вторая Иракская война, Афганская война, высадка в Сомали и еще с десяток мелких операций (бомбардировка в Ближний Восток, и погибли в ходе натовских мероприятий порядка двух миллионов человек, как только это не называют борьба с терроризмом . Это цифра сравнима со Второй мировой войной. Этот миролюбивый блок сидел бы в Крыму, на той базе, где я принимал военную присягу когда-то под Евпаторием, база космического слежения, которая в Украине была почти разрушена, а сейчас насколько я знаю, она восстанавливается. Вот, например, Навальный, или любой другой критик Путина, если он отвечает в целом за стратегическую безопасность страны – это допустить было невозможно. Надо было показать этим людям, и тем, кто за ними стоит, что Россия готова обороняться, даже рискуя многим, даже рискуя финансовыми отношениями, которые не были безупречными, которые конечно сильно вследствие этого всего сильно пострадали. Поэтому я думаю, что это были вынуждены шаги, но абсолютно правильные, они не были максимально жесткими.Я не политик, я бы когда после взятии после Иловайского котла пошел бы дальше, взял бы Мариуполь и после этого Украина бы посыпалась,и сегодня мы бы не имели дело с этим режимом, я вас уверяю, что Левобережная Восточная Украина отпала бы просто от нее. Начались бы восстания в Запорожье, в Одессе, где сожгли людей тоже было бы восстание. Но Путин остановил войска, приказал Мариуполь не брать ополченцам. Войска остановились и начались переговоры. Хотя украинская армия была разгромлена, я видел эти поля заваленные трупами и сгоревшими танками, где эти несчастные украинские ребята попали в огневые мешки, в огневые котлы, то было безрадостное зрелище, я не испытывал эйфории, поскольку это наши братья, не на словах, а на деле. Это православные люди, принадлежавшие даже к одной церкви со мной, это в чистом виде гражданская война, которая была спровоцирована Западом и киевской элиты двинувшие войска для решения политических вопросов. Им предлагали мирные решения: федерализацию, оставить партию регионов. Но они решили захватить Донбасс, отказалась от всех мирных решений, и сделали ставку на силу. Но разгром Украины, ее уничтожение как государства остановил Путин. Я это видел своими глазами. В Мариуполе сидел один испуганный батальон азов, мой друг журналист, который там был, рассказывал, у них был один крупный пулемет, который не стрелял. У него было только огнестрельное оружие с гранатометом, а против них были танковые мобильные группы, десантные. В Мариуполе население все было за ДНР, все готово было восстать. Но понятно было, что если Мариуполь будет взят, конфронтация с Западом будет развиваться, вплоть до поставки Украине серьезного летального оружия (управляемых бомб и т.д.). Я сейчас не оправдываю и не обвиняю Путина. Я вам рассказываю, какие решения он был вынужден принимать. Представлять украинский кризис просто, как злую волю отмороженного деспота или группы деспотов, которые захотели захватить Крым – это неправильно.

У России чудовищная проблема с внутренней элитой и управляемостью. Внутренняя элита России особенно в регионах коррумпирована, она должна быть полностью заменена.На смену их должна прийти новые люди, которые доказали свою состоятельность за эти годы, которые занимались бизнесом в этой криминальной войне, которая тут шла, войне с конкурентами, которых поддерживали чиновники, крышевали силовые структуры, должна пройти смена элит. Сейчас эти выборы нам показывают, что старая элита, прячась под брендами «Единой России» хочет, чтобы был статус-кво под которым они подразумевают сохранение своей власти. Они думают еще пять лет хотя бы просидеть, накачаться бабками, а потом уже что-нибудь рассосется за это время. Они понимают, что через пять лет те кто сейчас пробуют свои силы «Родина» например, те кого снимают с выборов, или партия «Народ против коррупции» в Дагестане, которую просто вытолкнули в выборов, причем была опубликована скандальная аудиозапись в интернете, на которой голоса людей удивительно похожи на голоса руководителя администрации Адбулатипова Алексея Гасанова, например и представителя парламентаХизри Шихсаидова– лидеров «Единой России», говорят: «Любыми способами, шантаж, запугивание , угрозы, подкуп – снимайте с выборов оппозицию «Родину» и НПК». В Дагестане это отмороженная территории, где убить и не расследовать – нормально. Где можно любого человека убить и сказать что он террорист, бандит и т.д. В других регионах так легко это не сделаешь, как на Кавказе. Но ситуация примерно одна и та же, давление на оппозицию чудовищная. Я проехал по Сургуту, и вообще нет плакатов оппозиции. Где плакаты «Родины»? У вас главный кандидат Александр Петерман, где его плакаты в Сургуте? Значить сознательно препятствуют. Это сознательное нарушение местной правящей элиты, слившись с «Единой России» закона о выборах. Почему все плакаты «Единой Росси», это что равномерность выборов? Получается, что богатеи имеющие отношения к чиновникам имеют заведомое преимущество, остальные должны доказывать , что они не верблюды. Я не считаю, что это так. Я считаю, что заместитель руководителя Союза десантников России – человек, которого уважают. Я был на дне рождении недавно, на Северном Кавказе одного из руководителей центра социальных пиратств ФСБ, это люди, которые в Беслан входили, жертвуют своими жизнями. Я видел друзей Александра Анатольевича, это 20 или 30 героев России, которые к нему относятся как к брату, это все люди опаленные огнем, шрамами. Это небогатые люди, потому что офицеры, которые воюют, это не те тыловые крысы, которые сидят в тылу и с помощью разных махинаций хапают народное добро, а потом рассказывают, что они слуги народа. Я думаю, что это ситуация беспредельная, член совета по правам человека, я не считаю что это выборы конкурентные и прозрачные, как об этом говорил президент. Я вижу, что во многих регионах местные элиты ради отчетности о цифрах своей партии, за которую мало кто хочет голосовать естественно, идут на силовое давление, идут на нарушение закона о выборах, мешают оппозиции пропагандировать, мешают оппозиционерам из партии «Родина» например, встречаться с людьми. Мне поступает информация, о том, что залы, которые пытаются снять для встречи с избирателями, идут звонки, что если они сдадут зал такому-то, допустим, то у них будут проблемы, если на автобусах Сургута повесят плакат Петермана, то у них будут проблема. То есть это угроза, шантаж и запугивание. Я через вас призову всех жителей Сургута, которые сталкиваются с подобной ситуацией, ничего не бояться, записывать на аудио подобные разговоры чиновников от власти, и потом публиковать в интернете. Если мы сами не будем бороться за свою свободу, если мы сами не будем бороться за демократию и соблюдение конституции, нам эту конституцию, демократию и свободу никто не обеспечит. Их у нас будут просто отнимать, как отнимали все эти годы.

Д.Щ.: Из того что вы говорите, я делаю совершенно неутешительный вывод о том, что в нашей стране все будет только хуже и хуже…

М.Ш.:Если население будет инертно как хомяки, которые будут думать «моя хата с краю, я ничего не знаю, на выборы не пойду», то тогда да, все будет хуже и хуже. Допустим, в Дагестане на выборах традиционно в силу недоверия к власти ходят 14 процентов. Власти рапортуют о 80 процентах тех, кто пришел на выборы. Условно говоря, из 14 процентов минус чиновники, которые хотят показать, что они правильно голосуют и еще объявляют об этом, и на айфоны часто снимают как они голосуют за «Единую Россию». Остальные голосуют против «Единой России» –13 процентов. Но так как пришли 13 процентов, они дали цифру подделанным протоколом в ТИКах, что пришло процентов 70 избирателей, а все оставшиеся цифры будут распределены между партиями, львиная доля за «Единую Россию», остальные партии консенсусом. Образовалась оппозиция партия «ПАРНАС», в Дагестане например это Юлия Юзик – журналистка, которая поддерживала в годы Донецкой войны, которая поддерживала уничтожение Донбасса, которая открыто агитировала за истребление жителей Донбасса, поддерживала киевскую агрессию на Донбасс, сейчас она находится просто в полном консенсусе свластью. Абдулатипов дал приказ, чтобы ее сопровождали чиновники, открыто это в интервью не постеснялся сказать, я даю приказ, чтобы ее возили на машине. Зачем это надо?Потому что эти клоуны из Донбасса служат «Единой России» для показания того, что у нас есть демократия.Потому что никому не угрожают, их микроскопическая доля процентов, в таких регионах как Дагестан или Сургут, я ничего не говорю, в центре Москвы они пять процентов могут набрать. Микроскопичные тысячные доли процентов вообще ни на что не влияет, но власть с них пылинки будет сдувать, говорить: «Это наша оппозиция. Смотрите, у нас демократия!».

Д.Щ.: Ну вроде Киселев мочил ПАРНАС в своем последнем выпуске…

М.Ш.:«Мочил ПОРНАС» – это правильно, потому что это оппозиция. Но их никто не трогает! А «Родину» трогают, «Народ против коррупции» трогают, независимых кандидатов, которые критикуют власть – трогают. Тех кто реально угрожает взять проценты, те кто популярен, как Александр Петерман например, тех трогают , тех атакуют, тем не дают дышать. Тех пытаются любой ценой, путем провокации убрать с выборов. А эта клоунада из ПАРНАС обеспечивает консенсус, легитимность и прозрачность.

Д.Щ.: Так как вы уже несколько раз сказали про Петермана, я уже не могу не задать вопрос.

М.Ш.:Это мой близкий друг, я ничего не могу скрыть. Это человек, которого я очень уважаю, я уважаю его друзей, это герои России, это офицеры, например генерал-полковник Востротин – это легендарный десантник. Те десантники, которые нас смотрят, вы знаете кто такой Востротин, это Ланселот десантных войск. Места живого на его теле нет, шрамы. Человек невероятного обаяния. Поэтому я могу сказать, что эти люди должны уже идти к власти, люди, вокруг которых собираются, которые держат свое слово, которые дали руку пожали руку и держат эту руку и исполняют то, что они сказали при рукопожатии. Давайте ваш вопрос.

Д.Щ.: Собственно я и хотел узнать, как вы с ним связаны и почему вы сейчас за него фактически агитируете, хотя у нас не агитационный эфир совершенно, а мы просто разговариваем.

М.Ш.:Я имею право разговаривать, я не являюсь кандидатом. Потому что я познакомился с ним несколько лет назад, лет шесть назад. Мне говорили, что он криминальный…

Д.Щ.: Да, были разговоры на эту тему.

М.Ш.:Я посмотрел своими глазами, и еще раз говорю, что такое количество близких друзей Александра Анатольевича, офицеры, генералы, которые являются героями нашей страны, которые ведут борьбу с терроризмом, его окружение многонационально: кавказцы, русские, евреи и т.д. Он казахский немец, его пытаются евреем представить. Власть, пропагандируя против Петермана, раскачивая антисемитизм, омерзительное явление, говорят он еврей. Дай бог здоровья всем евреям, я приветствую всех зрителей еврейской национальности, вы замечательные люди, но он казахский немец, то есть русский немец. Из Казахстана, урожденный житель Нижневартовска, по-моему, ребенком приехал в Нижневартовск, когда там были бараки и избы. Многие из тех, кто сейчас пытается всем показать, что он не жил тут, когда он тут уже жил. Когда я увидел своими глазами людей, которые его ценят, любят и с ним разговаривают, у меня отпали все иллюзии. Потому что это достойнейшие люди нашей страны, награжденные высочайшими орденами и наградами. Я не могу имена некоторых назвать, потому что это действующие военнослужащие, офицеры антитеррористических подразделений. Поэтому не верьте лжи, которую вам рассказывают про Александра Петермана, он благородный и достойный человек. Мы с ним познакомились, когда возник вопрос о противодействии радикальному экстремизму. У вас же очень много мусульман.

Д.Щ.: Об этом тоже хочется поговорить, именно про радикальный экстремизм на нашей территории.

М.Ш.:Меня как эксперта пригласили тогда. Я всегда выступал и выступаю за свободу совести, за межнациональные отношения свободы, за то, чтобы каждый человек любой национальности и вероисповедания чувствовал себя в любой точки нашей страны гражданином. Я считаю, что мы должны идти именно к демократическому исполнению нашей конституции. Где не указывается, что допустим русский на Кавказе должен быть человеком второго сорта, а кавказец в русских регионах второго сорта – это абсурдная идея, к которой я противостою. Я всегда за права русских на Кавказе, за права кавказцев в других регионах, за мир, согласие, права человека. Когда я увидел, каким авторитетом Александр Анатольевич пользуется у людей, скажем так, выходцев из разных регионов нашей страны, вследствие того, что он справедливый человек. Он верующий православный христианин, но при этом разбирает по справедливости и это людей притягивает, и меня очень к нему расположило, хотя я бы очень насторожен сначала.

Д.Щ.: Насколько я знаю, Петерман хочет нам дать интервью.

М.Ш.:Вы его поспрашивайте пожестче. Но то, что блокируют его избирательную кампанию, я считаю преступлением и нарушением закона о выборах. Я об этом обязательно доложу Элле Александровне Панфиловой, я являюсь членом мониторинговой группы совета по правам человека по выборам. Мне это очень любопытно, я практически не видел в Сургуте его плакатов. У меня есть информация, о том, что сознательно запрещают вешать плакаты оппозиции, в том числе депутатам от партии «Родина».

Д.Щ.: У нас немного времени осталось. Хочется поговорить про межнациональные отношения, потому что вы большой эксперт в этой области.

М.Ш.:Я маленький эксперт.

Д.Щ.: Тем не менее, зато как минимум очень заметный. Насколько я знаю, нам рассказывали знакомые из силовых структур, что есть три красные точки на карте России, в которых подчеркивается опасность экстремистских террористических движений – это Москва, Дагестан и наш округ Югра. Может вы обладаете информацией о том, как развивается ситуация, как это все делается, то есть насколько опасны последние это страшилки или действительно есть большая опасность (вербовка жителей нашего округа, в том числе в ИГИЛ террористическая организация, запрещенная на территории Российской Федерации). Может быть, какой-то опыт есть, который вы можете представить.

М.Ш.:Во-первых, начнем с того, что кореным населением Югры являются коренные народы Сибири…

Д.Щ.: Ну да, это понятно. Ханты и манси.

М.Ш.:И русский народ, который сюда пришел в 16- 17 веке. Все остальные народы стали тут появляться в конце 19 в начале 20 века, причем сначала это было место ссылки, сюда ссылали участников Кавказской войны, поэтому для кавказцев это не чужое место. Здесь были в ссылке члены движения имама Шамиляи многие кавказцы. Поэтому для кавказцев эти места тоже являются достаточно знаковыми. Плюс к этому, за счет нефти и газа, которые принадлежат всей стране, многие народы Кавказа работают вахтовым методом, и кто скажет, что это неправильно, это честные и порядочные люди, которые работают и занимаются тяжелым трудом в условиях севера, я бы не решился. Там где они живут, нет работы, например в Эркин-Шахарском, в Карачаево-Черкесии. Сахарный завод, который три месяца в год работает, а все остальное время – малорентабельное сельское хозяйство. Поэтому работа на Севере обеспечивает жизнь деньгами большое количество людей, сохраняя многонациональную природу нашей страны, позволяю этим небольшим народам жить и развиваться. Поэтому спасибо северу, спасибо тем компаниям, которые берут к себе на работу в большом количестве порядочных и достойных людей, мусульман, кавказцев.Национального этнического квотирования здесь быть не должно.Здесь у вас на севере люди ценятся по принципу честности и порядочности, если он выполняет свою работу и на него можно положиться в тяжелейших условиях зимы, да и летом такая мошка тут поднимается. То значит этот человек достойный. Но там где концентрируются люди, скажем так, одной религиозной национальной принадлежности, где они находятся в достаточно замкнутой среде, город, как я уже сказал – это все таки замкнутые среды где, безусловно, появляться явление, которое я называю социальной шизофренией. Отсутствие адекватного обмена с внешней средой, свободной дискуссией, полемикой, возможности обсудить вопрос, приводит неизбежно (это психологическая особенность человека, хоть в исламе хоть в христианстве, хоть в чем угодно) к появлению сект, замкнутых пространств, члены которых полагают, что именно они правы, а остальные все не правы. Не верьте тем, кто вам скажет, что это радикальный ислам такой, и радикальное христианство такое же, и православные секты такие, и протестантские секты в Америке – это все универсальные свойства коллективного создания. Каждая группа людей, среди которой есть лидеры или группы лидеров, будут продвигать идеологию: «Мы с вами особенные, мы знаем, как и что устроено, а остальные хуже нас. Мы люди первого сорта, а они люди второго сорта». Начинается отсечение критической литературы. Например, эти книги не читать, а эти читать. «Одни книги – грех, их нельзя даже обсуждать, а это как мы сказали».Я считаю, что в таких сектах, безусловно, возможность появления террористических идей очень высока. Это специфика закрытых северных районов.Как быть? Постоянно заниматься войной? Да, в каких-то ситуациях, когда люди невменяемые, когда люди неспособны слышать, не способны вступать в диалог, когда люди делают ставки на войну на террор, они должны понимать, что пули летят в обе стороны. И что если ты стреляешь, то и в тебя стреляют. Поэтому я считаю, что непримиримые, которые после предложения о сдачи отказываются, тогда как на войне, они уничтожаются. Если же люди заблуждаются, я противник того, чтобы их арестовывать, сажать, мучить устраивать процессы, заводить следственные дела. Я считаю, что надо уметь разговаривать ними, я готов помогать создавать систему гражданское противодействия экстремизму и терроризму. Я считаю, что люди в погонах должны вмешиваться уже в крайнем случае, когда человек уже совершил в преступлении, профилактика должна оставаться за гражданскими структурами.

Д.Щ.: Как это должно происходить?

М.Ш.:Дайте нам возможность разговаривать с мусульманами. Дайте нам возможность вести открытые встречи, дискуссии.

Д.Щ.: А кто не дает?

М.Ш.:Нужна возможность высказывать ошибочные мнения. Мусульманин высказал что-нибудь в интернете, сразу дело – 282 статья. Этот молодой человек сомневается, например, говорит: « Я считаю, что Халифат – это хорошо». Каждый мусульманин, и Равиль Гаунудтинов, и Талгат Таджуддин, считает, что Халифат – это хорошо. Также как мы христиане считаем, что царствие небесное – это хорошо. А у части православных есть такая поговорка: «Демократия в аду, монархия на небесах». В православной церкви. И это ИГИЛ? По крайней мере, это точно отрицание конституционных ценностей нашей страны, в православной церкви царь почитается, а вовсе не президент. Икон президентов я не встречал.

Д.Щ.: Иконы Путину уже появляются.

М.Ш.:Я не видел. А вот культ монархизма, которой возникает в православной церкви, это не вполне соответствует конституции РФ, в которой сказано, что социально-демократическое государство, где держателем власти является многонациональный народ. Никакого государя там нет, который был бы хозяином земли русской. Это нормально, что внутри любой религии есть свой культ, есть свои святые, миссии.

Надо давать людям возможность высказываться, если вы запугиваете людей, и люди не высказывают ошибочные мнения про ИГИЛ. Какой-нибудь человек скажет: «Знаете, мне кажется, что них есть какая-то правда». Я считаю, что это террористическая организация. Я считаю, что у них правды нет, но молодой мусульманин находится под давлением пропаганды «Ага! Он это сказал!», и начинают его прессовать. Что будет? Человек испугается это сказать вслух, стало быть, если он это не выскажет, то такие люди, которые способны аргументировано поменять его точку зрения, не могут прийти ему на помощь. Мусульмане более зрелые, образованные, чем он, он будет молчать, в нем эти идеи будут зреть, как в Раскольникове. И идеи проверить себя. Ведь Федор Михайлович Достоевский описал возникновение террористического сознания.Это не мусульманин описывается, а Петербургский студент, который прочитав Ницше, написал статью о сверхчеловеке, и решил он проверить, «тварь ли он дрожащий или право имеет?».В «Бесах» Федор Михайлович тоже описал возникновении террористической группы: закрытая среда, лидер, идеология, сверхчеловеческая идеология, и «тут-то мы пустим Ивана Царевича». Помните? Разговор Верховенского со Ставрогиным. Русская литература все это описала, но наши органы действуют против русской литературы, русской культуры – будто ее и не было. Будто не было ни «Преступлений и наказания», ни «Бесов», ни Русской революции, ни Софьи Перовской, дочери губернатора (русской девочки, которая пошла под влиянием любви к Жилябову, и идеологии освобождении народов, и потом была повешена). Варя Караулова – это же Совья Перовская наших дней, это тоже дочь сотрудника ФСБ, который приехал за ней в Турцию и привез ее суда, для того, чтобы теперь его девочка получила десять лет тюрьмы. Когда этот молодой человек, Раскольников не высказывает вслух свои мысли, когда ему не с кем их обсудить, или он боится, он непременно попадет в руки террористам, и вероятность этого 80 процентов. Любая свободная дискуссия, реакция, не под контролем сотрудников ФСБ публичные семинары на тему противодействуй террористам, не лагеря «Единой России» или другие молодежные идиотские лагеря, куда приезжают активисты, где слово не так скажешь слово и тебя уже оттуда выгоняют. Должны быть реально свободные дискуссии надо спорить с людьми, в ходе свободного спора могут доказать что молодой человек не прав, что возможны другие точки зрения. Это будет эффективнейшим противодействием пропаганде терроризма. Я считаю, что репрессии, и тем более, репрессии подобные противозаконному профилактическому учету, когда десятки тысяч мусульман в России поставлены, по сути, на оперативный учет, который без санкций суда, без каких-либо санкций прокурора лишает их гражданских прав. Когда у человека берут отпечатки пальцев, биоматериал и он с удивлением узнает, что он не может ездить свободно по стране, что не может выезжать за границу, что не может поступить на учебу, ему могут отказать, заглянув в его личное дело, не может быть принят на работу.Почему? Он не член террористической организации, он не пособник, у него нет близких родственников, за которых он хотел бы мстить, которые были убиты в спецоперациях или сидят в тюрьмах. За что его лишают гражданских прав?Какой суд это решил? Никакой суд это не решал. Это просто евреи в нацистской Германии, которые были виновны, потому что они евреи. Многие мусульмане сегодня виновны в России, потому что они мусульмане. Мне отвратительно, что моя страна уподобляется нацисткой Германии по отношению ко многим мусульманам. Я считаю, что с людьми надо разговаривать. Негативные террористические взгляды надо уметь опровергать. С теми невменяемыми, кто уже встал на путь войны, с ними надо воевать. А на войне как на войне, тут выбора нет. Но массовые репрессии загоняют проблему в закрытой ситуации. Органы, совершая эти примитивные меры, по борьбе с экстремизмом, уподобляются корке кровяной, которую как бы сверху зеленкой помазали, и возникла корочка, а под ней гангрена развивается, зеленка – не панацея. Ваши антитеррористические, антиэкстремистские методы – это зеленка, которой вы замазываете глубокий трагический процесс. В исламском мире происходят серьезные перемены, война в Сирии скоро закончится, она закончится не победой Асада, это уже очевидно даже слепому. Его армия распадается, два тяжелейших поражения он потерпел: под Пальмирой и под Халебом. Если бы не «Хезболла» и иранцы, которые сейчас воюют фактически за него и вместо него, то не было бы уже этого режима. А вы представьте себе, что завтра сунидская оппозиция договорится с Ираном, а это гораздо проще, чем договориться с Асадом. У Ирана с Турцией складываются отношения, тут Эрдоган, тут Руханидоговариваются. Тоже самое «Джабхад ан-Нусра», или другиедесятитысячные огромные группировки, которые в Сирии воют против Асада вдруг договорятся с «Хезболлой», и что дальше будет? В Сирии установится правительство, которое будет состоять из полевых командиров, которые прошли шестилетнюю войну, которые поставлены к власти не королями, не западными правительствами, ни правительством России, а своими товарищами, которые сражаются на поле боя. И дальше вы начнете новый вал репрессий против мусульман?Вы что не понимаете, что в течение 10-15 лет в исламском мире произойдут огромные перемены, все эти королевства и все эти тиранические государства, которые были созданы Великобританией и США для того, чтобы дешевую нефть и дешевые деньги поставлять на Запад, практически колониальные государства, - весь этот раздел исламского мира закончится глобальными серьезными событиями?В этой ситуации Россия хочет остаться врагом сунидского мира или Россия начнет выстраивать отношения с исламским сообществом, самыми демократическими способами, в том числе, давать голос исламскому сообществу, делая 20 миллионов мусульман России посредниками и проводниками, не с королями и эмирами, для них достаточно полета олигарха в Дубаи. А с той исламской улицы, которая в ночь Путча в Турцией поставила президента. Мало кто понял, что случилось в Турции – изменилась история. Впервые за долгие века главу одной крупнейших стран, обладающих могучей армией, многодесятимиллионным населением к власти поставили люди, мусульмане из Джумала и Стумбула, которые вышли на танки и легли под эти танки и сказали Эрдогану: «Мы тебя возвращаем к власти». Я сейчас скажу парадоксальную вещь, но вы ее поймете чуть позже. Эрдоган – это практически и есть Халиф, он поставлен мусульманами, а Турция современная – это либеральный Халифат, это и есть главный антиИГИЛ в исламском мире. Процедуры не имеют значения, это неизбежные процессы. Система неоколониализма, которая выстраивалась десятилетиями, будет разрушаться. «Арабская весна» – наивная революционное движение, которое делалось «Братьями-мусульманами», демократической исламской организацией, пусть и запрещенная в России, но не устану говорить, что это демократическая исламская организация, никакая не террористическая. Они в силу своей наивности потерпели поражение. У них в доктрине не было войны, не было джихада, не было никакого терроризма и не будет, они делали ставку на социальное развитие, они были необычайно популярны в народе. Президент Мурси показал, что он как ребенок у власти. Но следующий этап, который будет в течение десяти лет, который сметет Саудовскую Аравию, королевскую династию, которые сметет эмирские семьи Ближнего Востока. Он будет совсем иной. Я выступаю за то, чтобы Россия была готова к этим серьезным переменам. Поэтому надо своих мусульман делать друзьями и партнерами, а не подозревать их в том, что они пятая колонна, которых можно безнаказанно мучить, прессовать и т.д. Я патриот страны, я хочу, чтобы моя многонациональная родина была сильной.Я не хочу ни Византийской империи, ни исламского Халифата, я не хочу распада страны, я не хочу восстановления Советского Союза, меня устраивает моя российская Конституция, она хорошая, я хочу, чтобы чиновники, силовики, люди ее исполняли.Я считаю, что демократические выборы для России – это лучший выбор, который только возможен, когда мы взрослые самостоятельные люди можем договориться, у нас у всех разные жизненные пути, но мы всегда можем найти общий язык. Здесь должно быть общество договора, а не общество управления с непонятными стратегическими решениями. Я считаю, что Югра имеет к этому прямое отношение. Как я уже сказал: с теми, кто невменяем надо разговаривать как с невменяемыми, а с тем, кто заблуждается, надо разговаривать как с заблуждающимися, а не бросать их тюрьмы, делая из них тоже невменяемых.

Д.Щ.: Обсуждается и можно ли обсуждать такие наивные в данной ситуации социальные методы как ассимиляция?

М.Ш.:А почему они должна ассимилироваться? Они должны в ханты и манси ассимилироваться?

Д.Щ.: Нет, погодите.

М.Ш.:А куда кавказцы должны ассимилироваться?

Д.Щ.: Во-первых, у нас светское государство…

М.Ш.:Секундочку. Кто знает, что такое светское государство. Светское государство – это всего на всего государство, в котором главный закон не имеет теологического происхождения. Это не значит, что это государство, в котором запрещена религия. Это не значит, что можно мучить маленьких девочек, которые приходят в школу в платке. То, что юным мусульманкам не разрешают приходить в платке в школу, говорит о том, что учителя не сторонники светского государства. Они сторонники государства какого-то странного сектантского, в котором платок на голове девочки считается угрозой. Коммунизм был такой же религией, и Советский Союз квазирелигиозным государством, он не был светским, он не был никогда атеистическим. Это было фанатическое сектантское государство, это была другая религия. Поэтому светское государство – это государство, которое не вмешивается в жизни граждан с точки зрения религии, которое не позволяет никакой религии доминировать при принятии решения. Но общество договора – это общество, в котором я не лезу к моему другу и не говорю ему: «Почему твоя жена ходит в хиджабе?», они сами между собой решат отношения, я не указывают чужим женщинам как им ходить. Я сам со своей женой разберусь, со всей дочерью, пусть и он разбирается. Если он будет бить жену, то надо ее защитить, или если жена его будет бить, всякое бывает. А как она будет одеваться, это их дело. Мы не должны допускать безнравственность в отношении детей, мы не должны допускать, чтобы дети участвовали в детских конкурсах красоты.Мы должны защитить наших детей от провоцирования раннего эроса, а чиновники их защищают от платков, от строгости и дисциплины.

Д.Щ.: Я про другое. Вы сказали, что закрытые этнические культурные группы со времени превращаются…

М.Ш.:Не все, но вероятность велика.

Д.Щ.: А если сюда приезжают кавказцы, они общаются с русскими, адыгейцами, хантами, белорусами и т.д., они не формируют здесь анклавы, а являются органичной частью общества, которое не закрывается. Это обсуждаемый вопрос?

М.Ш.:Это обсуждаемый вопрос. Я считаю , что анклавы – неотъемлемая часть северной жизни, я никакой проблемы в анклавах не вижу. В Нью-Йорке сплошные анклавы, есть анклав еврейский, греческий, румынский, русский и т.д. Понимаете? Проблемы никакой нет. Человек тянется к себе подобным, и почему мы должны лишать его этой возможности. Насильственная ассимиляция – нацистская концепция, враждебная человеку. Вы запрещаете человеку дружить с тем, кто ему наиболее понятен и кто ему наиболее близок.

Д.Щ.: Наверно все-таки не об этом речь…

М.Ш.:Человек, который говорит с ним на одном языке, мыслит примерно так же как он, там происходит из тех мест, которые являются для него символом чего-то хорошего, теплого. Люди будут группироваться, я против ассимиляции.

Д.Щ.: Я не об этом. Может быть, мы с вами по-разному понимаем слово ассимиляция в данной ситуации…

М.Ш.:Я считаю, что это решение человека возможность быть собой и принуждении к тому, чтобы он стал каким-то выдуманным человеком…

Д.Щ.: Давайте я попробую привести пример для того, чтобы было более наглядно. У дагестанцев есть свои определенные обычаи, определенные устои, уклады, они мыслят определенным образом. Приезжая сюда, они должны понять, как здесь живут люди и не навязывая, свои устои другим с этими людьми общаться. То есть они должны понимать, что здесь правила такие, и они должны жить по этим правилам.

М.Ш.:Это не ассимиляция, это договор.

Д.Щ.: Хорошо, пусть это будет договором.

М.Ш.:Договор противоречит ассимиляции. Договор – это когда ты говоришь человеку: «Ты знаешь, это моя земля, а это твоя земля, не лезь на мою землю. У нас есть общие законы, давай договоримся, какие законы у нас будут общие: финансовые, безопасность, здравоохранение и т.д.». Я же не лезу к мусульманину, что у него две жены, я не кричу, что это нарушение российского закона. У многих моих друзей по две жены, у некоторых три жены, и эти женщины не насильно являются их женами, а рады были. Это достойные люди, которые обеспечивают своих жен, своих детей, женщины, считают за честь родить от них детей. Я не лезу в чужую жизнь, для меня это договор, но я тоже говорю: «Не лезьте в мою жизнь, я русский православный человек, это моя жизнь и мои правила. Мы можем дискутировать о христианстве, об исламе, конституции и т.д. Но это пространство договора достаточно существенна: моя личная жизнь, жизнь моей группы, дальше твоя жизнь, жизнь твоей группы. Это связано с землей. Я точно знаю, где находится исконно русская земля – Москва, Московская область, Курская области, Тульская область, Воронежская область и т.д. И я знаю, где она кончается, я знаю, что Чечня – это не русская земля, это чеченская земля. Или возьмем более сложный Ставропольский край, село Александровское, например, где у людей землю отбирают, что 25 тысяч человек выкидывают просто из жизни, а рядом есть ногайское село – это ногайская земля.Этот договор крайне важен для понимания, что мое, а что чужое и уважение к праву другого жить на своей земле.Я знаю, где абазинская земля, аварская, кумыкская, даргинская и т.д., никто не путается в Дагестане. А как нам скот гонять в Дагестане? Это главная проблема, там отгонное животноводство. В советское время все было просто: колхоз заключали соглашение, из горных районов вгоняли миллионные стада скота, а сейчас все хозяева, цены выросли, на рынке цены какие угодно ставят. Это ад для жителей горных районов, которые живут горным скотоводством, для которых скот это не источник заработка, а источник жизни. Потому что если ты не заготовишь на зиму сушеного мяса, то ты просто не проживешь в этих горных аулах, где люди по-прежнему, несмотря на 2016 год и космические корабли, и всякие российские достижения в микроэлектронике топят дома дровами, во многих селах нет газа, где электричество подается с пониженным уровнем напряжения. То есть люди не могут поставить электрические обогреватели, например в Шамильском районе, где с вечера надо натопить дом дровами, дети утром собираются под одно одеяло, чтобы не замерзнуть, потому что к утру температура минусовая, дом-то остывает. Люди живут, как жили тысячелетиями. Как будто мы не живем в стране, где у нас рапортует президент достижениями в сфере высоких технологий. Я своими глазами это вижу. Поэтому я считаю, что только договор и никакой ассимиляции, я враг ассимиляции.

Д.Щ.: Хорошо, мы имели в виду одно и то же, просто я назвал это другим словом.

М.Ш.:Я не просто противник, я политический враг концепции ассимиляции. Мы живем в государстве 190 с лишним народов, ассимиляция – уничтожение народов. Малые народы слышат слово ассимиляция, как уничтожение народа. Нас русских 110 миллионов, из них, на мой взгляд, 30 миллионов украинцев. Мой отец украинец, у него в паспорте написано украинец, у меня в паспорте – русский. Я считаю, что я обрусевший украинец. Я всю жизнь прожил в Москве и мой папа тоже москвич. Нас 110 миллионов, мы просто должны понять и услышать других. Самый большой северный народ Кавказа – чеченцы, их миллион 300 тысяч, остальные по 600-500, а есть народы по 50-60 тысяч, и они слышат ассимиляцию как растворение, уничтожение.А для малых народов этничность – часть личности, то есть «Я не имею смысла, если моего народа нет».Вот так они видят мир. Многообразие мира даровано Богом, это и в Библии сказано, и в Коране сказано «Мы сотворили вас племенами и народами, дабы вы познавали друг друга». Многообразие сотворено Господом и слово «ассимиляция» – это сатанинская идея, противоречащая идеи Господа, который создал нас многими. Ассимиляция есть и у террористических исламских сект, и у христианских сект, ассимиляция и у коммунистов была (когда товарищ Сталин по своему создавал нации и народы исходя из экономических предпосылок). А народы по-другому возникают – это ценность, и маленькие айны, живущие на Севере Сахалина – ценность; 110 миллионов русских – ценность; 60 тысяч абазин – ценность; 600 тысяч аварцев – бесконечная ценность (как и аварцы, даргинцы и многие другие народы Дагестана). У каждого народа своя история, своя боль, особенно у народов Кавказа или Поволжья, своя историческая помять. И вам лгут, когда на официальных мероприятиях говорят, что в России всегда был опыт мирного существования народов, все кивают и говорят, что согласны. Но каждый про себя знают. Никто не забыл ни Кавказской войны, ни то, что генерал фон Засс,из черепов адыгов,подобно игиловцу, делал сувениры для себя, хранил под кроватью, это описано офицерами. Офицеры заходят к нему к командующему кавказской армией и говорят: «Что это у вас так воняет в палатке?». А он показывает отрезанные головы, и говорит: «Да вот интересный антропологический материал, вывариваю, снимаю кожу, посылаю антропологам в Берлин для исследования». Голова Хаджи-Мурата , которая хратнится в Петербурге в кунсткамере, как будто жители Петербурга и мы – какие-то игиловцы, варвары, которые храним голову; кожа лидера Киргизского восстания против китайского господства тоже хранится в кунсткамере в Петербурге, понимаете, соленая человеческая кожа. Это нормально? Это не нормально! Если мы не увидим, что Российская империя была кровавой империей, которая шла по народам, просто втаптывая их в землю, и советская империя, которая позволяла себе народы снимать с мест и перекидывать из куда-то в Сибирь, потому что так было удобно товарищу Сталину, если мы не откажется от этого жуткого наследия (вот это была ассимиляция, я считаю, что этот курс привел к гибели и царскую империю и советскую), если мы не будем строить демократическое общество уважения друг друга, понимания право другого на то, чтобы быть собой и жизнь с собой, то мы опять погибнем. У нас нет выбора, поэтому мы должны защищать нашу Родину, для меня борьба против ассимиляции за демократическое общество договора – это борьба за Родину.

Д.Щ.: В общем, мы дошли до вывода, что договор – это взаимное уважение.

М.Ш.:Не ассимиляция, а только договор.

Д.Щ.: Я просто по-другому это сказал, но имел в виду именно договор. Мы даже немного перебрали нашего эфирного времени, но я думаю, наши зрители не обиделись. У нас в гостях был Максим Шевченко – журналист, член совета президента по правам человека развитию гражданского общества…

М.Ш.:И межнациональным отношениям тоже совета.

Д.Щ.: И межнациональным отношениям. Вы сможете посмотреть это видео у нас на канале на YouTube на siapress.ruпрочитать, послушать в аудиоформате. До новых встреч в этой студии, до свидания.



08 сентября 2016 в 17:00, просмотров: 11581, комментариев: 17



Топ 10

  1. ​В любом амбициозном городе архитектурой должен заведовать человек с профильным образованием и бэкграундом 698
  2. ​Куда делись кольца-качели с «голубого бульвара»? 414
  3. В Сургуте снесли заброшенный пристрой, в котором селились бомжи 398
  4. ​СМИ: Прямые выборы губернаторов в России сохранятся 366
  5. ​Сургут ждет ветреная пятница 349
  6. ​Югорчане высказались против самокатов 331
  7. В Югре разрешили проведение крупных массовых мероприятий 329
  8. Санкционный обед // ОБЗОР СИА-ПРЕСС 312
  9. ​Бизнесу в Сургутском районе хорошо, подтвердил Минпромторг 262
  10. Россияне сильнее остальных беспокоятся о своем финансовом будущем 241
  1. В Сургуте разбился мужчина, выпавший из окна многоэтажки 2912
  2. Должность главного архитектора Сургута занял бывший юрист 2642
  3. ​Подросток угодил под колеса иномарки в Сургуте 2576
  4. ​Из адидаса в абибас 2124
  5. ​Проверочная мания 2009
  6. Три участка дорог в Сургуте перекрыли из-за ремонта до 1 июня 1999
  7. Роскошь и только // ОБЗОР СИА-ПРЕСС 1801
  8. Двух человек арестовали за поджог военкомата в Нижневартовске, узнали журналисты 1640
  9. ​Самые частые жалобы югорчан в Банк России // Обзор СИА-ПРЕСС 1510
  10. Синоптики предупредили сургутян о жаре с дождем 1474
  1. Имя им — легион 8385
  2. «Самая большая трагедия — расчеловечивание человека, приведение его в состояние злобного зверя, способного всех изничтожить» 8375
  3. Дедушка Атанас 7514
  4. «Мне хочется, чтобы искусство попало в Вечность, а не в какую-то конкретную действительность» 5228
  5. В Нижневартовске ночью загорелся военкомат - на месте нашли «коктейли Молотова» 4938
  6. ​Остановить вечный двигатель 4748
  7. ​Ледоход в Сургуте начался 4241
  8. ​Совесть Атанаса 4224
  9. Как и зачем голосовать за благоустройство — замдиректора ДАиГ Сургута Алексей Усов 4039
  10. ​Арктика: вахта человеческих судеб 3416