16+
Больше новостей
Больше опросов

«С 2010 года Сургуту нужна была массовая застройка на 1,5 млн квадратных метров — это мы давно преодолели. А дальше нужно было строить только качественное жильё» // ВИДЕО, АУДИО, ТЕКСТ

Онлайн-конференция с экс-главой Сургута и председателем попечительского совета СурГУ Александром Сидоровым

Фото Ирины Швец
Фото Ирины Швец

12 мая в онлайн-студии siapress.ru состоялся разговор с Александром Сидоровым. Он возглавлял Сургут более 20 лет, затем защищал права человека в Югре, а теперь – баллотируется в Государственную Думу.

Почему Сидоров вернулся в «большую политику»? Как оценивает ситуацию в округе и стране? Что думает о предварительном голосовании, организованном «Единой Россией»? Какие проблемы намерен решать в случае избрания? Об этом мы поговорили с бывшим сургутским градоначальником.

Дмитрий Щеглов: Здравствуйте, уважаемые зрители, слушатели и читатели siapress.ru. Мы в нашей онлайн-студии и начинаем разговор с очень интересным гостем — Александром Леонидовичем Сидоровым. Он в настоящий момент является председателем попечительского совета СурГУ и известен тем, что 20 лет руководил Сургутом, а в настоящий момент планирует идти на выборы в Государственную думу Российской Федерации. Здравствуйте, Александр Леонидович!

Александр Сидоров: Добрый день! Но для начала, наверное, только участвовать в предварительном голосовании, если быть точным на этом этапе.

Д. Щ.: Хотелось с вами поговорить на все широкие темы, которые подразумевает ваша текущая деятельность.

А. С.: Давайте попробуем.

Д. Щ.: Первый вопрос, который, естественно, всех интересует — вы пять лет назад спокойно и достойно ушли из большой политики, оставив пост главы города и заняв пост уполномоченного по правам человека в округе. После этого ушли и с того поста, все уже решили, что эта страница вашей карьеры закрыта, но вы всё-таки решили вернуться. Вот в этой ситуации, в этот исторический момент. Скажите, что вас сподвигло вернуться именно сейчас в большую политику — это действительно всем интересно.

А. С.: Наверное, вы все слышите разговоры об увеличении пенсионного возраста, и я посчитал, что в этой тенденции или в этом тренде 60 лет с небольшим — это ещё ранний срок. Но если серьёзно, то может быть, не столько меня подвигло, сколько возникла ситуация, при которой я счёл возможным рассмотреть это предложение. А с чем связана ситуация? Прежде всего, с тем, что, наверное, вы помните, я всегда был противником выбора по партийным спискам. Формирование 100 процентов депутатов того или иного уровня, особенно если говорить об уровнях региональных — окружной думы, областной думы, и уж категорически против формирования городской думы по партийным спискам. Поскольку для меня было очевидно, что это идёт отрыв от «живого» избирателя, отрыв от жителей. И если у вас сейчас честно спросить, а кто был нашим депутатом в Государственной думе от Сургута или Ханты-Мансийского округа, вы, может, и назовёте, в силу того, что постоянно в теме. А вот рядовой житель вряд ли сможет назвать того депутата, которому он доверил представлять свои интересы в Государственной думе последнего созыва, по партийным спискам когда избирали. Когда ума хватило вернуться, а, может, почувствовали, что мы куда-то не туда загребли, выборы по одномандатным округам, с той степенью социальной ответственности депутата и возможностью иметь свой избирательный округ, выражать и отстаивать их интересы, как минимум, для меня было одним из критериев, что этим стоит заниматься. Случись этому не быть, партийные списки и прочее, или соревнования капиталов и денежных мешков тоже меня не привлекало, равно как и делало мои шансы почти нулевыми. Вот те моменты, которые я учитывал и которыми руководствовался. Плюс, сложившаяся ситуация в округе, когда по одномандатному округу нужен был кандидат, которому можно было бы, я так полагаю, и доверять, и на которого можно было надеяться, что он может быть проходным — совпадение этих обстоятельств и интересов, а в данном случае и территория, мои представления о возможностях и полномочиях депутатов от одномандатных округов, привели к такому решению.

Д. Щ.: То есть вас фактически попросили об этом представители окружной власти, чтобы закрыть этот участок?

А. С.: Давайте я скажу «да», не конкретизируя.

Д. Щ.: А скажите, не возникало у вас мысли или желания пойти на аналогичные выборы пять лет назад, когда вы только закончили быть главой города?

А. С.: Тогда безусловно такие разговоры были. И до этого были такие разговоры, когда я ещё работал главой города. Но хотелось как бы выйти из этой ситуации, побыть в другой ипостаси, повариться в другом соку. Посмотреть на ситуацию, на то, что происходит во власти и что власть из себя представляет, отстранённым взглядом, может быть чуть-чуть со стороны. Наверное, вы не дадите мне соврать, если я скажу, что я отстранился абсолютно от всех политических и неполитических процессов, которые происходят в городе, никогда не пытался вникнуть. Больше скажу, я даже переставал смотреть новости и читать прессу, дабы не сыпать соль и не пытаться во что-то вмешиваться. Не приучил никого консультироваться или советоваться, хотя никогда не отказывал тому же главе города или любому заместителю, если возникали какие-то вопросы и они обращались.

Д. Щ.: А часто обращались?

А. С.: Нет, не скажу, что часто. Но и, давайте откровенно, я был за пределами города. Ну и плюс я не приучил к этому даже будучи на должности главы города — я уехал в отпуск, и никто меня даже по сотовому телефону не дёргал. Люди знали свои функции, свои полномочия, знали меру ответственности, степень доверия, имели карт-бланш на возможную ошибку, но и знали, что и как нужно делать.

Д. Щ.: Один из наших читателей задаёт вопрос, чем вы занимались на должности омбудсмена. Как вы себя проявили на этой должности, что делали, можете ли похвастаться какими-то достижениями на этом поприще?

А. С.: Трудно какими-то достижениями хвастаться, и должность это та, на которой достижения не измеряются какими-то единицами в принципе. Она абсолютно самостоятельна и автономна. Больше скажу, когда я пришёл на эту должность, всего в 37 субъектах федерации вообще уполномоченные по правам человека были. В остальных их вовсе не было. Когда я уходил с должности, почти во всех субъектах федерации были уполномоченные по правам человека. Произошли изменения в законодательстве, где более жёсткая привязка в федеральному уполномоченному по правам человека была проговорена в законе на законодательном уровне. Мы же были абсолютно самостоятельны и ежели мы вспомним, что это всё с нуля, с чистого листа, на каких-то собственных представлениях, а в массе своей на собственном авторитете, создавался этот институт, то первое из достижений — это что этот институт в округе как таковой был создан. Что о нём узнали. Мы тренировались, что называется, на себе и на живых людях, пытаясь помочь разрешить те или иные проблемы. Ну и безусловно представление людей об этом институте, о том, что такое права человека, как они должны быть защищены. Не секрет, что мы достаточно инфантильны в части своих прав, в части того, как их надо защищать, как и какими средствами их можно защищать. Как юридически, так и социально мы в этом отношении ещё на зародышевом уровне находимся, к сожалению. И зачастую к нам обращаются, обращались и, я думаю, и сейчас продолжают, не по поводу защиты тех или иных нарушенных прав, не по поводу гражданских прав, которые попраны, как правило, органами власти или правоохранительными органами, а по чисто житейским вопросам: не удаётся получить жильё; нет места в детском саду; не делают вовремя ремонт. То есть, скорее, 70 процентов этих вопросов касалось тех же тем, которыми я занимался будучи главой города. Но тем не менее мы сформировали и опубликовали ряд докладов — говоря о правах человека. Рассматривали темы, которые на наш взгляд носили общественный характер, а не частный — у кого-то дом покосился и надо отремонтировать. Хотя и на это реагировали. Мы реагировали на все обращения, направляя человека или запросы соответствующие в государственные органы или в муниципальное образование. Что-то удалось, что-то нет, но процентов 30 вопросов нам удавалось решать.

Д. Щ.: А почему вы решили покинуть пост омбудсмена?

А. С.: Заканчивался срок. Я должен был уйти осенью, но так получилось, что мне нужно было уйти в отпуск, по определённым обстоятельствам, потом выйти на очень короткий срок, чтобы в сентябре уйти уже по-настоящему — потому что была договорённость, что я иду на один срок, в силу того что губернатор вносил мою кандидатуру на утверждение. Отработаю честно и добросовестно, но не более того. Поэтому заканчивался этот срок, я выполнил те обязательства, которые брал на себя, и никаких препятствий ни со стороны губернатора, ни со стороны окружной думы, безусловно, не было.

Д. Щ.: Но вы сформировали какие-то определённые жизненные планы на тот момент, когда вы уходили с поста уполномоченного.

А. С.: Мы сформировали принципы деятельности, аппарат, все необходимые нормативные и распорядительные документы.

Д. Щ.: Нет, я имею в виду, чем вы лично планировали заниматься, с того момента, как вы уходили с поста уполномоченного и до того момента, как вы сейчас, не так давно, определили, что вы будете заниматься политикой.

А. С.: Нет, не было у меня каких-то далеко идущих планов, сказать, чтобы я планировал в перспективе пойти в думу или в депутаты — безусловно, нет. Я планировал и, собственно, занялся плотнее и предметнее вопросами деятельности, которую я веду на общественных началах, будучи председателем попечительского совета Сургутского университета. Я стал больше уделять этому внимания, стал больше заниматься университетом, реализуя там некие свои возможности и потребности чем-то заниматься, но не более того.

Д. Щ.: Вот вы в настоящий момент живёте в Сургуте? Как часто бываете в Хантах, в Москве, путешествуете?

А. С.: В Хантах я бываю достаточно редко, в Москве чаще. У меня там дети, внуки, в отпуск как правило через Москву езжу.

Д. Щ.: То есть переезд в Москву в качестве депутата Госдумы для вас будет позитивным изменением?

А. С.: Мне и сейчас ничто не мешает переехать, никаких противопоказаний нет. Но если это явочным путём придётся сделать, возможно, наконец-то сподвигнусь на это. Хотя, я подчёркиваю, этот одномандатный округ — половина работы происходит на территории. Что меня и прельщает.

Д. Щ.: Ещё один вопрос, который касается вашей предыдущей работы — его задали в комментариях. Прежде, чем мы перейдём к блоку обсуждения Госдумы. Пишет одна из читателей, что вы стояли у истоков основания чекового инвестфонда социальной защиты и развития малочисленных народов Севера «Титул», а сейчас с ним происходит какой-то скандал. Что можете по этому поводу сказать?

А. С.: По поводу этого могу сказать несколько вещей. Первое — никогда у истоков создания этого фонда я не стоял, и ни инициатором не являлся, ни человеком, который бы каким-то образом занимался созданием этого фонда, а некоторые даже умудряются сказать, что я ваучеры какие-то помогал кому-то собирать или сдавать. Безусловно, нет. Я пришёл на должность председателя совета фонда после Валерия Андреевича Чурилова, который был таковым и по чьей инициативе и инициативе Александра Васильевича Филипенко этот фонд создавался действительно как фонд защиты малочисленных народов. Фонд выделял определённое количество на каждого зарегистрированного из хантов и манси на территории округа. Когда фонд уже был создан, все ваучеры и распределение акций состоялось, он уже работал некоторое время — это первое. Второе — фонд сегодня существует, не скажу, что процветает и приносит огромные дивиденды, но в ряду огромного количества фондов, которые были в тот период созданы, он один из немногих, если не единственный, который сегодня ещё жив и здоров. За это время увеличилось и количество акций, которыми владеют акционеры фонда, и стоимость этих акций, за счёт того, что дивиденды начисляются не перечислением средств, потому что это было бы дороже — перечислять огромному количеству акционеров средства, платя соответствующие почтовые расходы, а корректировкой стоимости или количества акций, которые принадлежат акционерам фонда. Поэтому у тех, кто эти акции не продал, этих акций гораздо больше, чем было ранее. В принципе, у меня есть информация и я могу её предоставить, чтобы вы её опубликовали, полностью по всем вопросам, чтобы не засорять цифрами наш эфир. И цена этих акций сегодня совершенно другая. Да, постоянно велись попытки захвата фонда путём скупки какого-то количества акций, а потом — по классической схеме — организация собрания, принятие решения и так далее. Две такие попытки удалось отбить, одну — благодаря деятельности или с помощью соответствующих защитных структур и механизмов государственной власти, а другую — выкупом какого-то количества акций у тех, кто пытался это сделать. Сегодня, очевидно, организуется третья волна попыток приобретения акций этого фонда. До этого к самому фонду обращались с предложением выкупить акции, но выкупить по смешным ценам. Безусловно, на это ни руководство фонда, ни совет фонда не идёт, поэтому будет попытка скупки акций. Пользуясь случаем, я бы хотел сказать акционерам фонда «Титул» — не поддавайтесь на провокации, не продавайте свои акции по тем ценам, которые вам сегодня предлагают, даже за объявленные сегодня официально цены, потому что они могут быть гораздо выше оценены. И тот, кто сегодня это сделает, он просто потеряет. Да, прельщать может то, что быстро и наличными, чем с заявлением. Фонд ни одного года не прекращал выкуп своих акций у всех желающих. Он и впредь будет это делать, но уже совсем по другим ценам.

Д. Щ.: Вы совершенно не выглядите человеком, который пять лет не смотрел новости и не погружался в процесс, прекрасно владеете ситуацией.

А. С.: Вы же понимаете, что я сегодня здесь, в мире информации, ну и плюс, я не сторонний наблюдатель. Если мы говорим о фонде «Титул», я безусловно владею предметом. И все эти провокации, которые постоянно происходят. Вопрос простой возникает — если он такой плохой и нехороший, почему столько попыток его перетянуть, захватить? Он, пожалуй, единственный, который выжил в этой ситуации. Где сегодня «Хопёр-инвест», «Родина» и прочие, которые тоже собрали ваучеры и многое обещали?

Д. Щ.: Предположим, ситуация, что вы сейчас побеждаете на предварительном голосовании, «Единая Россия» вас выдвигает, и вы побеждаете на основном голосовании и становитесь депутатом Госдумы.

А. С.: Хорошо бы оказаться сразу в 19 сентября, но до этого ещё столько предстоит крови попортить.

Д. Щ.: Предположим, проснулись вы 19 сентября, вы депутат Госдумы. Всё-таки, с каким планом, в какой задумкой вы идёте на эти выборы? Что вы хотите сделать такого, чего, может быть, не сделают другие депутаты?

А. С.: Мне бы хотелось здесь с одной стороны, что называется, успокоить, а с другой стороны, разочаровать, тех, кто завтра собирается идти на выборы, может быть даже в ущерб себе. Никаких программ революционных быть не может, и вы прекрасно это понимаете, что 450 депутатов. С какой бы программой я или кто-то иной ни пришёл: «налоги уменьшу, бюджет увеличу, социальные выплаты и льготы кратно расширю» — безусловно, нет. В моём представлении, депутат Госдумы — это тот, кто несёт заказ, повестку, которую ему формулируют на местах избиратели. Что сегодня для них важно? Под избирателями я подразумеваю и тех жителей, которые сегодня голосуют или не голосуют, и те предприятия, организации и отрасли промышленности, которые приносят доход территории и формируют её бюджет. И насколько депутат в силах донести эту позицию и отстоять её — сформировать какой-то круг единомышленников, работая в своём комитете, в своей фракции, внося в эту повестку те вопросы, которыми его нагрузили на территории, насколько он в состоянии отстоять это и насколько имеет политическую волю и политический вес — вот настолько депутат будет эффективен и силён. А если я сейчас сформулирую красивую программу, изложу её сейчас вам тут и избирателям, а потом приеду в Думу и не в состоянии буду вокруг этой повестки или программы сформировать единомышленников, найти поддержку, обеспечить, чтобы те или иные вопросы проходили в заседание Думы, чтобы они принимались — смысла такого вообще нет. А если говорить о тематике, то, безусловно, мне ближе тематика местного самоуправления. Наверное, вы не будете отрицать, если я скажу, что проработав 20 с лишним лет главой города, что-то в этом деле понимаю. И насколько сегодня это местное самоуправление, по сути, занулено постоянными «совершенствованиями» 131 ФЗ, насколько рассогласованы те вопросы и та ответственность, которая к органам местного самоуправления отнесена этим же законом, и те возможности финансовые и политические или социальные, настолько сегодня это местное самоуправление и слабо. Поэтому, безусловно, я вижу свою основную деятельность или деятельность профессиональную, если говорить о работах в комитетах или комиссиях, то это комитеты или комиссии, которые занимаются вопросами местного самоуправления. Безусловно, мне понятны и я в состоянии на одном языке говорить и с нефтяниками, и с энергетиками, и с представителями Газпрома, Газпром переработки, Газпром трансгаза, по тем вопросам, которые они вынуждены решать через законодательные инициативы. Ну, и не секрет, что тот язык, те отношения, которые сформировались здесь, на территориях, с руководителями предприятий, с руководителями всех отраслей, которые здесь представлены, то же строительство, для меня тоже не ново и я в состоянии достаточно просто и быстро понять, каковы их запросы к законодательству и какую позицию надо занимать в их представлении в тех же комитетах думских или при рассмотрении каких-то вопросов на комиссиях, по тем или иным вопросам. А дальше, как я уже подчеркнул, политическая воля — в состоянии я сказать своё «фе» в этой обстановке, или легче сидеть и помалкивать? Так смысла нет идти.

Д. Щ.: То есть вы, если попадаете в Госдуму, будете выступать за усиление местной власти, правильно?

А. С.: Местного самоуправления. Безусловно. Не за усиление как таковое, а за создание условий для эффективного самоуправления, чтобы с него можно было и спрашивать, и дать ему возможность на этот спрос реагировать соответствующим образом.

Д. Щ.: А пока только спрашивают?

А. С.: К сожалению, тренд, как модно сейчас говорить, таков. Как только что-то не получается у федералов, они моментально на субъект, а как только у субъекта проблемы, им говорят — а это органы местного самоуправления. И как только какая-то проблема и подвижки — «это мы», а как только какие-то проблемы и неудачи — «это там, у нас на местах органы местного самоуправления». Ну и совсем уж ненормальная ситуация, когда тот или иной руководитель, начальник приезжает на территорию, и ничего лучше не находит, как публично «отстегать» или оттоптаться на руководителях местного самоуправления. Это такая дешёвая, самая простая позиция. «Я вот большой и грамотный и всё понимаю, а вот здесь…» Так давайте начнём с того, что вы сами и назначили — ведь сегодня если говорить о выборах, то можно и чисто в кавычках говорить.

Д. Щ.: Как раз один из вопросов, который много обсуждался в этой студии с депутатами Госдумы: «Как вы относитесь к новой системе выборов глав муниципалитетов?» Уже, с тех пор как вы ушли, получается дважды новые. Сначала были сити-менеджеры и глава, а сейчас уже глава, но который выбирается думой. Как вы считаете?

А. С.: Во-первых, не оправдала себя двуглавая система — наверное, это очевидно всем, причём давно. В некоторых субъектах федерации это было очевидно и ранее, поэтому наш энтузиазм и усилия, которые мы приложили, чтобы внедрить эту систему у себя, мягко говоря, был уже непонятен. Непонятно, почему мы даже извините не сказали, когда признали, что это неэффективно и надо уходить от этого. Ну и, на мой взгляд, было бы понятнее и эффективнее, если бы руководителя города избирало бы население. И степень ответственности, и спрос в этом случае совершенно иной. А второе — некая его уверенность и крепость тылов — его же выбрало население — несколько позволяли бы ему решительнее и ответственнее вести себя, допустим, в отношениях с тем же субъектом федерации, а не быть безропотным «чего изволите», потому что «я начальник», и если вы завтра начнёте рассказывать что-то не в строку, не по шерсти, то с вами будут по-другому разговаривать. На мой взгляд, это тоже один из ущербных моментов местного самоуправления — непрямая выбранность главы поселения.

Д. Щ.: Если говорить про взаимоотношения города и региона — мы помним ваш опыт, когда говорили, что Сургут находится «в контрах» с Ханты-Мансийском. Можете сейчас вспомнить и с вершины своего опыта сказать — всё-таки, отношения между главой города, крупного или малого, с главой региона — это что-то профессиональное или способность лично наладить контакт, и в таком случае будет больше субсидий, субвенций и так далее? Что здесь важнее, какая сторона медали?

А. С.: Тут важнее, наверное, и то и другое, если можно так выразиться. Безусловно, хотелось бы сохранять нормальные, тёплые или дружеские отношения, насколько это возможно, с руководителями региона. У меня, кстати, были и остаются прекрасные отношения с Александром Васильевичем Филипенко. При этом глава города, если он ответственно относится к своей должности, своим обязанностям, к населению, которое он представляет, и жизнедеятельность которого должен обеспечить на нормальном уровне в том или ином муниципальном образовании, безусловно, по определению требует некоего принципиального подхода в формировании того же бюджета, при принятии тех или иных региональных программ, при финансировании этих программ, и другого здесь не дано. Я до сих пор уверен, что не все решения, которые были приняты в своё время губернатором, были верны. Они зачастую тормозили развитие городов и муниципальных образований на территории округа, что могло бы быть гораздо интенсивнее и эффективнее, если бы решения принимались не с позиции «Ханты-Мансийск и остальное», а с позиции «Ханты-Мансийский округ — это субъект федерации, который должен развиваться одновременно и быть сильным субъектом федерации». Безропотное отношение к тому, что делается, сохранение отношений, непротивление — это очень дорогая цена для муниципального образования. Тут, что называется, все средства, кроме уголовных, хороши. Ты руководитель, так будь добр, добейся того, что тебе поручили. Будешь ты при этом лоялен и добр, будешь ты ершист и неудобен — это никого не волнует, в принципе. Раскрутка, кто как к кому относится — это на личном уровне, от этого никуда не денешься, но это не самое важное.

Д. Щ.: Кстати говоря, вы сами не думали или не думаете сейчас о том, чтобы пойти на пост губернатора?

А. С.: Нет, наверное. Всему должно быть своё время. Если честно говорить, был период, когда я мог это сделать, а был период и ситуация, когда это и предлагалось стать губернатором Тюменской области, после того как Шафраник уходил. Был период, когда предлагали идти в Совет федерации первым заместителем губернатора, ещё в те дальние времена. Сегодня уже не тот опыт, и время, и возраст. Если для депутатской деятельности, я считаю, это ещё вполне приемлемо, и как раз та ситуация, которая позволяет трансформировать и тот опыт, и политическую волю, и накопленную информацию и знания, плюс некий авторитет. Я не скрываю этого — на последней должности, в силу того, что она по полномочиям и правам, была никакая, нигде не прописанная, там всё делалось на личных отношениях, на авторитете, на уважении, которое априори существовало между людьми, с которыми мне приходилось работать. Вот это уместно. А так, всему время.

Д. Щ.: А какие окружные и городские проблемы наиболее острые вы сейчас можете выделить, на которые вы сможете теоретически и практически повлиять в ранге и статусе и с полномочиями депутата Государственно думы?

А. С.: Первое, что хотелось бы, я уже говорил, местное самоуправление. Как продолжение этого разговора, если бы мы дали больше возможности и субъектам федерации, и местному самоуправлению самим определять свои приоритеты, своими решениями, своей волей и властью распределять те бюджетные средства, которыми бы эти приоритеты подтверждались. Вот, на мой взгляд, это было бы верно. Поскольку 30 тысяч муниципальных образований на территории огромной страны, совершенно разных и по климату, и по экономическим возможностям, и прочее, определять государственными программами, где что важнее… Сказал президент «детские сады», и все подхватили. А может, где-то не детские сады сегодня важны и надо финансировать, а школы; а где-то коммунальные сети и инженерные сооружения надо приводить в состояние, которое способно обеспечить нормальную жизнь, гарантировать нормальное жизнеобеспечение тех или иных муниципальных образований. Это то что необходимо делать. А так федеральная программа берёт субъект под свой козырёк, даёт финансы, а муниципалам деваться некуда, они вынуждены софинансировать эту программу, причём зачастую большим рублём, чем дают те два уровня, и забыть всё остальное, поскольку денег на распределение уже не осталось. Они закрыли только защищённые статьи: заработную плату и начисление, и текущие расходы те или иные, плюс налоги, и софинансирование. И осталось у них свободных три рубля, а им говорят: «А вот на остальное вы тут саморегулируйтесь, сами решайте и самофинансируйтесь». Это категорически не годится для такой огромной страны, в таком разрозненном состоянии городского и муниципального хозяйства и разнице субъектов федерации.

Д. Щ.: Хорошо, этот вопрос большой и принципиальный. Но вы, как потенциальный депутат именно от Сургута, от нашей части округа, именно сургутские проблемы, которыми, как вы говорили, «вас могут зарядить жители», какие предполагаете?

А. С.: Это ещё, безусловно, мне предстоит услышать. Неспроста мы говорили, что сегодня ещё не 19 сентября, а до него ещё надо встречаться, говорить и слышать. Но что-то очевидно. Те же дороги, ниже которых мы пятиться уже не можем. То же временное жильё, жильё аварийное. Тут ничего нового не придумать, к этому надо соответствующим образом относиться и соответствующим образом реагировать, выделять больше средств на эти цели и давать возможность муниципалам определять, что сегодня для них важнее. Школы. Сегодня уже этот вопрос стоит ребром. Сегодня нам очевидно придётся говорить о какой-то федеральной программе либо каком-то федеральном решении, которые дают возможность территориям больше средств и больше внимания уделять этим вопросам. Это то, что лежит на поверхности.

Д. Щ.: А один вопрос, который тоже очень любят депутаты Госдумы. Кто-то в прямом смысле, кто-то в кавычках. Это вопрос о капремонтах, взносы на капитальный ремонт. Некоторые депутаты, которые сидят у нас в этой студии, говорят, что его нужно отменить, некоторые — что его нужно снизить до одного рубля, и так далее. Ваше мнение по этому поводу — что с этой проблемой делать, которая людей раздражает, но как-то её надо решать.

А. С.: Первое — то, что капремонт нужно делать, это совершенно однозначно, потому что дома 35-40-летней давности постройки, конечно же, «убиты», плюс качество постройки, которое тогда смогли обеспечить при массовом строительстве этих домов, оставляло желать много лучшего, и сегодня это сказывается. На мой взгляд, была верна федеральная программа, которая предполагала выделение средств на этот капремонт из четырёх уровней: федеральный бюджет, бюджет региональный, бюджет муниципальный и средства собственников. Давайте ещё раз скажем спасибо городу Сургуту, нашему времени и нашей власти, которые по сути, все средства, которые выделялись федерацией по этой программе, подтянули в город. Более 400 домов по этой программе отремонтировано. Наверное, было бы честно, по отношению к проживающим в этих домах, к собственникам, если бы провели какую-то границу, допустим, постройки домов до 80-х годов, и сказали, что эти дома государство будет продолжать ремонтировать так, как ремонтировало, с участием бюджета не говорю федерального, потому что та схема, о которой я говорил, вполне могла бы быть применена. А вот дома, допустим, более поздней постройки, после 2000, например, которые строились уже за деньги частных инвесторов, за деньги граждан, это зона ответственности проживающих в них, и давайте мы будем формировать фонды на будущий капитальный ремонт этих домов и придомовых территорий уже по новой схеме. Тогда людям было бы понятно. Ну, и безусловно, я абсолютно согласен с тем, что формирование этого фонда нужно сделать адресным. Я живу в таком-то доме, я на него формирую и фонд капитального ремонта. Когда и на какие цели он будет задействован, это вопрос как раз тех жителей, которые формируют этот фонд. А когда он безлик, когда появляются такие примеры, когда управляющая компания ещё ни одного дома не отремонтировала, а заработная плата у руководителя уже за миллион, то ясно, что при таком подходе и при таком распределении этих средств кого мы можем убедить, что это правильно?

Д. Щ.: Кстати, тоже, пользуясь случаем. А как вы относитесь к тому формату застройки города, который у нас на настоящий момент, с 2010 года, когда вы ушли, вот эти массовые спальные районы?

А. С.: Я к этому отношусь очень плохо. Ещё работая, в 2008, 2009 году, мы сформулировали тот объём необходимых городу квадратных метров, которые необходимо построить — это где-то 1,5 миллиона квадратных метров — уже давно эта цифра преодолена, — которая устраивает город Сургут, если говорить о массовой застройке. Застройке, которая позволила бы более менее распределить тех, кто живёт в старом, ветхом, аварийном жилье, минимизировать очередь на социальное жильё. Всё остальное надо, безусловно, было бы застраивать иными домами и иными квартирами, а не этими огромными массивами, где более тысячи в одном доме, весь микрорайон с энным количеством тысяч, проблема очередная со стоянкой и скученность, плюс однотипность этого жилья. Я не знаю, каким образом удалось застройщикам после того, как в 2010 году я ушёл, добиться того, чтобы эти микрорайоны стали и выше, и плотнее. Мы не позволяли этого делать — есть нормы застройки. Это уже не та застройка, которая городу Сургуту нужна. Сургуту нужна индивидуальная застройка, застройка таунхаусами, застройка малоэтажная, застройка совсем с иной планировкой и с включение объектов социальных. Совершенно иной инфраструктурой, если говорить о дорожно-транспортной сети. Ну и плюс, давайте скажем откровенно, за эти годы построили только улицу Университетскую, которая была тогда заложена, больше ничего. Это нас моментально приведёт к коллапсу дорожного движения, если мы не двинемся в этом направлении. Мы говорим о ремонте дорог, о жилье. Это хорошо, что мы успели в своё время обеспечить огромный ресурс города по всем инженерным делам: по воде сегодня можно сколько угодно подключать, у нас есть достаточное количество водозаборных узлов, и надлежащая чистка воды; по водостокам — у нас кондиционные очистные сооружения осуществляют качественную чистку и готовы принять ещё достаточно большое количество стоков; по энергетическим объектам, которые распределяют вырабатываемую электроэнергию. А по дорогам-то нет. По дорогам этого задела к 2010 году уже не было, денег на этот задел не было. Что бы мы сегодня построили в 39-м, в 40-м микрорайоне? Если вы помните, в своё время нас «долбили», куда мы улицу Билецкого строим, в лес, там ничего нет? Вот если бы мы эту улицу «в лес» не построили, что бы там сегодня было?

Д. Щ.: Я сам лично согласен с вашим утверждением, что нам нужны таунхаусы, малоэтажная застройка, нормальное комфортное качественное жильё. Нам всегда отвечают, у нас: а) не хватает земли; б) не хватает инженерных сетей. Земля есть только чтобы строить огромные дома, а вести инженерные сети, чтобы ставить такие домики, это очень дорого и никому не будет интересно. Вот только так и отвечают.

А. С.: От лукавого это. Нужна просто политическая воля, и того же застройщика можно заставить строить и инженерные сети, обеспечивая то жильё, которое строится; и иное жильё. Ведь самое обидное: ну хорошо, построили 300 тысяч квадратных метров жилья, сдали, в том же 2014 году, а город на миллиард рублей не смог купить у застройщика жилья, чтобы отдать его под отселение из аварийного, под очереди и под социальщиков. Разве такое возможно, даже чисто теоретически? Чтобы 300 тысяч построить и не купить на миллиард выделенных? Я как сейчас помню радостные лица моих коллег и тех, кто пришли позже, из других территорий, когда перераспределяли сургутский миллиард неиспользованный.

Д. Щ.: А вы сейчас можете выделить в сургутской администрации наиболее перспективных, скажем так, руководителей, которые вам нравятся. С которыми вам ещё так или иначе придётся работать, если вы станете депутатом Госдумы. Чья работа вам нравится?

А. С.: Я бы положительно отозвался о работе Вадима Владимировича Кочеткова из департамента городского хозяйства. Молодой парень, которого мы брали в своё время ещё с Афониным на должность некоего консультанта, имея в виду «поднатаскать» человека, чтобы он смог работать в последствии хотя бы на должности заместителя. Вы видите, как стабильно и надёжно в общем-то работает городское хозяйство: зима, лето, весна, осень. Безусловно, мы об этом постоянно говорим, одно, другое, дороги, но вот эта система жизнеобеспечения, надёжно заложенная и эксплуатируемая достаточно эффективно, она сегодня работает надёжно. Это база, на которой может быть всё остальное, потому что если системы жизнеобеспечения не срабатывают, то дальше мы можем заниматься чем угодно, любой политикой, любыми вопросами жизни, но нет тепла, нет воды, нет электроэнергии — дальше разговор вряд ли пойдёт. Базаров, на мой взгляд, неплохо продолжает работать, вписался и пройдя уже должности руководителя департамента городского хозяйства, сегодня уже работает заместителем. Тут другое дело. А сколько сегодня им доверено решать вопросов, какова степень их самостоятельности? Если помните, последние годы моей работы «фишка» была: «А вот, уже Сидоров сам уже не хочет работать, у него заместители пашут: Новицкий, Браташов, Иванов, Кошелева, Черняк и так далее». Ради бога, я на это даже не обижался. Моя задача была — найти тех, кто будет это делать профессионально. Я не пытаюсь стать большим профессионалом в коммуналке, чем Новицкий был. Я не пытаюсь стать большим профессионалов в культуре, чем являлся Черняк. Это невозможно да и не к чему. Но дать ему возможность принимать решения под свою ответственность, обеспечить ему тот перечень вопросов, которые он должен решать, тот функционал, который он должен исполнять, дать ему возможность назначать руководителей предприятий, учреждений и работать с ними — вот задача руководителя. Вот насколько сегодня они самостоятельны? На мой взгляд, тут, к сожалению, начинаем терять. А как следствие, начинает вырастать целый круг инфантильных руководителей, которые работают по принципу «чего изволите»: «Вы сказали, я сделал». А задуматься, что сделать, предложить, что сделать и как надо сделать.

Д. Щ.: Вы сейчас имеет в виду распределение именно по нашему 131 закону или внутри администрации?

А. С.: В принципе во всём самоуправлении, и мы в этом случае не исключение. Полагать, что там кто-то обладает большой политической волей или весом и мог бы работать, руководить, сказать «идите, не мешайте, я сам знаю что делать» — наверное, сегодня уже нет. Хорошо. А завтра кого поставим? Дума которого рекомендовала, который в Ленинградской области работает и люди не нарадуются? А нам не надо.

Д. Щ.: Наше время подходит к концу. Если вы хотите сказать что-то нашей аудитории в преддверии предварительного голосования, которое будет 22 мая, мы вам дадим эту возможность.

А. С.: Пользуясь случаем, скажу, если позволите. Во-первых, я бы хотел о самом предварительном народном голосовании всенародном. Не все понимают, и не секрет, что мы и сами с трудом доходим, а что, собственно, 22-го надо пойти, а потом ещё в сентябре всё равно пойти? Это как раз тот случай, когда — вернёмся в начало нашего разговора — когда: а) по одномандатным округам половина депутатов будет избираться — то что и меня прельстило, и, на мой взгляд, совершенно верно мы «спятились» к этой позиции; б) то, что сегодня партия «Единая Россия» не пошла по пути «пусть начальник, Великий Бонза, сядет и определит, кто будет кандидатом, а потом будет убиваться, чтобы он прошёл в депутаты от этой партии». Не тройка или политбюро скажет: «давайте этого и этого, и потом на них ставку будем делать, и пусть народ их выберет». А пошли по пути предварительного голосования. То есть энное количество кандидатов сказало, что они согласились и пошли бы, если бы им люди доверили и это доверие 22 мая подтвердят на предварительном голосовании. Причём «калитку открыли» не только членам партии «Единая Россия», но и беспартийным, и членам других партий, если они изъявят желание: «Приходи, оцените на избирательской аудитории, что вы из себя представляете». А мы посмотрим, кто из вас что стоит в глазах избирателей, и тогда уже объявим кандидатов на выборы 18 сентября. На мой взгляд, это очень важно. И этот блок коммунистов и «беспартийных», чтобы не было повторения старой песни, что надо оценивать не только членов партии «Единая Россия», но и всех прочих, кто хотел бы проверить свою состоятельность на этом этапе. И тогда уже определимся, на кого будем ставить и кого от партии выдвигать на выборы. На мой взгляд, 22 мая надо прийти и проголосовать, чтобы потом не задавать вопрос, откуда этот кандидат взялся, кто его придумал и кто его сюда рекомендовал. А чтобы знать, что это то предварительное голосование, которое состоялось 22-го, как раз и позволило этому кандидату сказать, что он вправе на что-то рассчитывать.

Д. Щ.: Спасибо. У нас в гостях был Александр Леонидович Сидоров, председатель попечительского совета СурГУ и бывший глава города Сургута. Смотрите запись этой онлайн-конференции, слушайте аудиозапись, читайте расшифровку в скором времени, в том числе и в «Новом Городе». До новых встреч в этой студии, до свидания!



10 мая 2016 в 10:30, просмотров: 4936, комментариев: 11


Комментарии:
Таня Власова
1. Правда ли, что Вы досрочно ушли в отставку с поста уполномоченного по правам человека в ХМАО в связи с тем, что за последние несколько месяцев до этого в адрес окружных депутатов и в прессу поступали письма от анонимных источников с информацией о якобы имевших место Ваших и Вашего сына коррупционных связях?

2. По моим наблюдениям, за время своей работы на должности омбудсмена Вы никак не проявили себя. Можете похвастаться хоть какими-то достижениями на этом посту?

3. Ваши знакомые рассказывают в СМИ, что Вы не хотели участвовать в этих выборах. Даже не думали о том, что Вас как-либо могут привлечь. Якобы у Вас со здоровьем проблемы. Да и забот домашних куча. Но губернатор не оставила Вам выбора. Как именно Наталья Комарова убедила Вас не отказываться от ее предложения, ведь с Ваших же слов после ухода с поста уполномоченного по правам человека в ХМАО Вы планировали возглавить попечительский совет Сургутского госуниверситета?

4. Вы стояли у истоков основания чекового инвестиционного фонда (ЧИФ) социальной защиты и развития малочисленных народов Севера "Титул" в Сургуте (позже преобразованного в ПАО Инвестиционная компания социальной защиты и развития малочисленных народов Севера "ТИТУЛ"). На сегодняшний день число акционеров "Титула" равно 138 тысячам человек. Это те, кто за все эти годы снес в компанию свои ваучеры, покупал акции. На начало 2016 г. стоимость чистых активов "Титула" составила всего 217 миллионов рублей. Для компании, которая на заре чековой приватизации участвовала в скупке монстров нефтяной промышленности России, это сущая мелочь, копейки. За десятки лет капитализация российской "нефтянки" стала измеряться далеко не миллионами – речь идет о десятках, если не сотнях, миллиардов долларов. А на официальном сайте "Титула" в видах деятельности значится только работа на рынке недвижимости и управление производственными предприятиями. Куда делась инвестиционная деятельность "Титула"? Куда делись акции крупнейших российских предприятий нефтегазовой промышленности стоимостью в те самые искомые миллиарды? Как решаются (и решаются ли) вопросы со считающими себя обманутыми вкладчиками "Титула"?

Vasilion
Таня, в точку!!!
Tatyana Malinina
Считаю, что надо уметь уходить на заслуженный отдых, а не мельтешить то там, то сям. Это мое мнение.
Швондер
Комментарий удален модератором из-за нарушений правил сайта.
Иван Иванов
Ну молодцы, молодцы, накинулись на человека, метафоры сразу пошли)) Думаю, что он даже старый, гальванизированнный, лучше, чем все новые
В случае вашего избрания депутатом ГД при голосовании о распространении повышения пенсионного возраста на всех граждан-как вы будете голосовать? За или против? Будете голосовать по указке выдвинувшей вас партии?
Таня Власова
А где обещанный онлайн в 11:00?
Таня Власова
Неужели Александр Леонидович настолько испугался острых вопросов своих потенциальных избирателей, что решил проигнорировать онлайн с ними? Или у него есть дела поважнее онлайна со своими потенциальными избирателями? Хотя какие могут быть дела у безработного? Может здоровье подвело? Ну тогда зачем вообще идти в депутаты? Ещё не депутат, а уже такое пренебрежение к своим будущим избирателям.
Таня Власова
Записывается??? А как же онлайн без монтажа и вырезок??? Глаза в глаза???
Таня Власова
У меня нет причин Вам не доверять, но складывается впечатление, что будущий кандидат в депутаты Госдумы даже в прямом эфире выступить не смог. А по поводу онлайна Раисы Журавлевой, при всём уважении к ней, эта не та фигура для сравнения с онлайном Александра Сидорова.
Жучка
"Сургуту нужна была массовая застройка на 1,5 млн квадратных метров — это мы давно преодолели. А дальше нужно было строить только качественное жильё".

Авоськин подход в управлении. В начале строили много некачественного жилья без развития инфраструктуры, а потом не смогли избавиться от привычки. Теперь, на бесчисленное количество домов по одной школе, больнице, детскому саду. Но это теперь не его проблемы. Не так ли?
Сидоров сегодня это вершина коррумпированной преступной группировки, сформировавшейся в беззаконные 90-е, подмявшие под себя местную ячейку ЕР и за счет криминального избирательного бюджета стремящегося проникнуть во все уровни власти.
Показать все комментарии (12)

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.

Вы можете войти на сайт или зарегистрироваться


Топ 10

  1. ​Началось! «Русские витязи» показывают шоу вартовчанам, на очереди – Сургут // ПРЯМОЙ ЭФИР 2465
  2. ​Это праздник! Сургутские элиты приходят на избирательные участки с семьями 632
  3. ​Назван самый голосующий муниципалитет Югры по итогам первого дня. Это не Сургут 617
  4. ​Погода не позволила «Русским витязям» показать свою мощь в Сургуте 610
  5. ​Аэропорт Сургута принял два незапланированных рейса 586
  6. Сургутянин и вартовчанка выиграли по машине Lada Vesta на викторине «Энергия развития Югры» 581
  7. ​Глава Сургутского района проголосовал вместе с мамой 576
  8. ​В «Вавилоне» посетители подрались с охранником // ВИДЕО 554
  9. ​Избирком Югры получил четыре жалобы за первый день голосования 506
  10. ​Дуров объяснил, почему заблокировал бота «Умное голосование» 504
  1. ​«Русские витязи» – в Сургуте // ЭКСКЛЮЗИВНОЕ ВИДЕО 4356
  2. На мосту «Бегущая лань» обновят граффити до 15 сентября 4183
  3. В Нижневартовске открылся Литературный сквер 4139
  4. В Нефтеюганске займутся недостроем в микрорайоне 16А 4132
  5. ​Когда «Русские витязи» выступят в Сургуте: точное время и схема перекрытия 3714
  6. ​Сургутский театр: взгляд изнутри. Владимир Матийченко 3547
  7. Накануне в Сургуте столкнулись две иномарки: никто не погиб 2880
  8. Война расклейщиков и фальшивые листовки: отношения между кандидатами в думу Сургута накаляются 2870
  9. ​В Сургуте сложилась огромная диспропорция между развитием экономики и инфраструктурой. И она всех устраивает 2678
  10. Сургутский ветеран ВОВ празднует свое 95-летие 2564
  1. ​Замглавы Нефтеюганска ушла в отставку после 30 лет работы в мэрии 9537
  2. ​Поющий Герман из Нефтеюганска покоряет социальные сети 9362
  3. ​В думу Нефтеюганска стремится Люцифер 9345
  4. Нефтеюганец скрывался от правосудия в Марокко 9334
  5. ​Житель Северной столицы приехал в Югру торговать наркотиками, но его задержали 9014
  6. ​Работал в милиции, был бизнесменом, вырастил дочь 9000
  7. В Нефтеюганске продолжается борьба с автохламом 8995
  8. Одно из югорских лесничеств пострадало от незаконной вырубки: ущерб оценивается миллионами 8967
  9. ​В Сургуте построят металлургический завод. Это будет прямо настоящий завод? В черте города? 8791
  10. ​Как отметят День нефтяника в Сургуте: утвержденная программа Сургутнефтегаза 8482