16+
Больше новостей
Больше опросов

«Это не малая авиация. Это большая авиация, которая… еще не родилась» // АУДИО, ВИДЕО, ТЕКСТ

Онлайн-конференция с Евгением Барсовым

В студии siapress.ru впервые появился Евгений Барсов – пожалуй, самый известный во всей Югре энтузиаст малой авиации. Мы поговорили с Евгением Вячеславовичем об авиа-музее с уникальными экспонатами и единственной в мире женской пилотажной группе «Барсы».

Юрий Нуреев: Добрый день, уважаемые пользователи сайта siapress.ru. Сегодня на онлайн-конференции поговорим о высоком в самом прямом смысле этого слова – об авиации. Но не о большой – лайнерах, огромных самолётах, а о малой. У нас сегодня в гостях Евгений Барсов. Он является, если можно так выразиться, энтузиастом малой авиации. Здравствуйте, Евгений Вячеславович.

Евгений Барсов: Здравствуйте.

Ю. Н.: Собственно, о малой авиации в Сургуте и пойдёт сегодня речь. Поскольку вы известны как один из достаточно опытных лётчиков…

Е. Б.: Активных, наверное (смеется).

Ю. Н.: Активных, да, и «продвигателей» этого дела, будет несколько вопросов по этой теме. Давайте начнём с самого начала — с чего, собственно, началась в Сургуте малая авиация? Насколько я понимаю, она началась с вашего желания?

Е. Б.: Сначала надо понять, что такое «малая авиация». Потому что малая авиация в Сургуте в принципе началась с первых дней зарождения города, когда он ещё не был городом. Летали Ан-2, летали небольшие самолёты, Як-12. У нас сегодня есть и Ан-2, и Як-12, и спортивные самолёты: Як-52, Як-18Т, учебно-тренировочный. Поэтому можно сказать, что авиация с самого начала присутствовала тут, в Сургуте. Потом она исчезла. У нас и большая авиация сейчас потихоньку исчезает. Вы же замечаете, что с Ханты-Мансийска самолёты сюда не летают, с Нижневартовска не летают. У нас большая авиация тоже на сегодняшний день в таком состоянии, что её практически нет. И я так думаю, что с помощью этой малой авиации, которую вы подразумеваете, говоря «малая авиация», и будет решаться этот вопрос.

Ю. Н.: Хорошо, тогда, скажем, «второе пришествие», в нынешнем виде – оно когда началось?

Е. Б.: Знаете, вы сейчас говорите «малая авиация», а я бы и не сказал, что это малая авиация. Почему? Потому что мы же не можем сказать «малая автомобильная промышленность» или «эксплуатация». Есть большая автомобильная система перевозок и малая автомобильная система перевозок. Мы можем сказать, что грузовики – это большая, а весь легковой транспорт – малая. Тут то же самое, это не «малая авиация», это, можно сказать, «большая авиация, которая ещё не родилась». Вот она появилась у нас на аэродроме, на частном аэродроме. Появились мелкие самолёты, которых в перспективе будет большинство, как у каждого свой автомобиль. Потому что зачем нам дороги в принципе, если у нас есть самолёты? Правильно? Мы едем по дорогам, бьёмся, кругом всякие проблемы, милиция, ГАИ. А тут взлетел, прилетел – всё нормально. Я думаю, что так будет. Я думаю, что это не малая авиация, а зарождение большой, в перспективе. Потому что если каждый сядет на свой самолёт, то и боинги не нужны будут. И вообще, боинг – это непатриотично. Мы должны на «илах» летать, на «туполевых» и на «яках».

Ю. Н.: Ну, пока это звучит достаточно фантастически на самом деле.

Е. Б.: Это не фантастически. Понимаете, в чём дело. Если вы придёте на наш аэродром. Вы говорите – из чего зарождается? На сегодня получается, что авиация зарождается в аэродрома. Как говорится, будет аэродром – самолёты прилетят. Прилетят отовсюду. Вот мы сейчас построили аэродром, куда можно прилететь. Со всей страны летят. И с Омска, и с Новосибирска, из Москвы. Все прилетают к нам – просто посмотреть, просто увидеть. И собираются полететь на Северный полюс. Представляете? Казалось бы, зачем человеку на Северный полюс? Но летят. Я бы вообще с удовольствием в космос слетал на собственном самолёте. Понятно, что не долетит. Но ведь придумают же, наверное!

Ю. Н.: А вот вы как, собственно, пришли к этому?

Е. Б.: Хотелось летать. Я вот знаю, что есть компьютерная игра в танки, сам ни разу не играл – не попадалась. А так же играют в самолёты. Но одно дело играть, а другое – прийти, увидеть и полететь. Просто реально увидеть самолёт. Вы представляете, сейчас люди родились такие, которые самолётов не видели вживую. Видят их только по телевизору и на картинках. Когда они перелетают, они тоже всё это видят где-то там в окошке, как в телевизоре. Никто не может подойти и потрогать его за крыло, за шасси. А у нас могут прийти.

Ю. Н.: А симуляторы? Шлем виртуальной реальности. Надеваешь, садишься – и всё, полетел.

Е. Б.: И не боишься, что убьёшься.

Ю. Н.: Кстати, да. Это не угроза мечте людей, которые при других обстоятельствах пришли бы на аэродром, а так они просто сели, «прокатились» в виртуальной реальности, и всё.

Е. Б.: Зачем жить-то тогда? Можно вообще и не просыпаться, провести всю жизнь во сне – не есть, не пить и не летать.

Ю. Н.: Мы к этому и идём, кстати говоря.

Е. Б.: А я от этого отхожу. У нас и парашютисты прыгают? Зачем? Ещё и деньги платят. – А чтобы прыгнуть! Наверное, это в симуляторе не ощутишь. Наверное, поэтому и идут туда – за чувствами, за эмоциями. За настоящей, реальной жизнью. Чтобы дождик на тебя накапал, чтобы ты в снег провалился.

Ю. Н.: Насколько мне известно, медики вам сначала не разрешали становиться профессиональным пилотом?

Е. Б.: Нет, это не медики. Это у нас при советской власти как было? Если зрение у тебя чуть-чуть не так, то ты уже 100 процентов не подходил. Идеальное здоровье было надо, чтобы попасть в авиацию, к пилотам. А сейчас разрешили и на больших самолётах в очках летать. И вообще, пошли к тому, что важнее то, что человек приобрёл. Риск стал минимальным, если у человека какие-то отклонения по зрению или по слуху. Я на сегодняшний день прохожу ВЛЭК – лётную медицинскую комиссию, которая достаточно строга, но в то же время делает для пилотов-любителей «резервы» здоровья, при которых можно летать, и мы вполне легально летаем сейчас. Мне повезло, что я успел к этому.

Ю. Н.: Спустимся немножечко с неба на землю. Как вы говорите, был бы аэродром, самолёты прилетят. Насколько долго вы создавали тот аэродром, который сейчас существует у нас за городом?

Е. Б.: Знаете, только насыпали, ничего не было ещё…

Ю. Н.: И тут же слетелись?

Е. Б.: Прилетело три самолёта. Потом ещё три.

Ю. Н.: А как они узнали о существовании?

Е. Б.: Во-первых, два из них были мои, ещё три – моих знакомых. И был песок, было невозможно с него взлетать, как на военном аэродроме во время боевых действий. И взлетали, и летали – просто чтобы взлететь. А потом всё улучшалось, потом положили железобетонные плиты, и стал у нас настоящий аэродром.

Ю. Н.: Сколько это примерно по времени прошло, от песка до плит?

Е. Б.: Вот у нас в 2014 и 2015 годах у нас было авиашоу. Это значит, уже прилетели человек 30 пилотов. В Сургуте была вся элита малой авиации: лётчики, полярные лётчики, даже композиторы, которые пишут в авиационной тематике. Со всей страны прилетели, даже из Америки был человек, который «Дуглас» у нас контролировал. Поэтому как только аэродром появился, 300 метров, чтобы можно было взлететь и сесть, и сразу же полёты начались. Уже где-то с 2012 года поле стало конкретно аэродромом.

Ю. Н.: Там же есть ещё и самолёты, которые не летают, а находятся в музее?

Е. Б.: Знаете, «Дуглас» — это летающий самолёт. Он называется «летающий музей». Мы его в Америке приобрели как «музей». На нём было написано Hiller Aviation Museum. Потом, так как хозяин своё имя не отдаёт, написали Barsov Aviation Museum. Поэтому сам этот самолёт – уже музей. Представляете, на таком самолёте — вы можете подойти его потрогать — после войны привезли знамя Победы из Берлина и акт о капитуляции. Именно на таком, на «Дугласе». И вы можете реально его увидеть, не на картинке, не прочитать про него. Потрогать, зайти, посидеть в кабине. Взлететь. Поэтому у нас все самолёты, которые есть – это музеи. Як-12 – музейный экспонат. Но он летающий. И он полетит. Наши «кукурузники» 1947 года – Ан-2. В 1947 году начали летать, и до сих пор летают. Наш один пилот, Геннадий Иванович Чубов, он прошлый сезон в Антарктиде отлетал на Ан-2 – работал. Представляете? Сколько времени – тогда ещё в космос не летали, когда Ан-2 выпустили! – а его эксплуатируют в Антарктиде в экстремальных условиях. На корабль его погрузили, туда привезли, там его собрали – сначала разобрали, потом собрали – и отлетали, отработали на Ан-2, и он себя зарекомендовал отлично. Рабочая лошадка, причём лучшая в мире, лучше не придумали. Вот в Америке всё – и джинсы придумали, и машины хорошие (хотя японские не хуже), а лучше наших самолётов нету. Наши спортивные Як-52 – до сих пор чемпионаты мира проходят на них, до сих пор нет иностранного самолёта лучше, чем Як-52. Это спортивный самолёт, учебный и тренировочный. То есть вы приходите на обучение, и уже через 40 часов на нём полетите самостоятельно. И уже вам через 40 часов могут дать пилотское.

Ю. Н.: А у вас это можно сделать?

Е. Б.: Нет, это проблема. Проблема знаете в чём? Мы можем выучить, теорию дать, практику, а бумагу чтобы дать – надо специальное учебное заведение – авиационный учебный центр, АУЦ. Чтобы его создать, столько надо преодолеть всяких проблем. В Америке приезжаешь – небольшая фирма, человек пять. У них свой самолёт, и они получают лицензию на право обучения. И пять человек дают вам лицензию, которая действительна по всему миру. У нас же надо коллектив человек сто, которых не просто не прокормить. Получается, мы как лётчики-спортсмены можем быть, а как частные пилоты – нет. Знаете, упал недавно Як-52 в Челябинске? Без этого тоже не может быть. И машины бьются. В виртуальном шлеме, конечно, всё хорошо будет, там безопасно. А это уже человеческий фактор — наверное, что-то не так сделали. Но из-за этого же нельзя закрывать всю авиацию, правильно?

Ю. Н.: А вот такой вопрос – если нельзя будет приехать на аэродром, сесть в самолёт и полететь, а хотя бы, грубо говоря, покататься, можно?

Е. Б.: Так и полететь можно. Сертификаты можно получить, но надо ехать в Челябинск. Мороки, конечно, много, но тот, кто хочет летать, едет и получает. Получить в принципе можно, но это долго, нудно и необоснованные заморочки административные.

Ю. Н.: А если приходишь и пытаешься научиться на самолёте летать, нужны какие-то навыки, водительские, например?

Е. Б.: Нет, абсолютно нет. У нас девочки летают в пилотажной группе, у них вообще водительских прав у некоторых нет, но они уже самостоятельно летают. По ВЛЭК, если ты годен по медицинским параметрам, то ты можешь быть курсантом, летать с инструктором, а потом и самостоятельно, ведь прежде чем получить пилотское, надо начать вылетать самостоятельно. У нас есть инструктора, которые имеют право обучать, но выдать лицензию мы не можем. Если на сверхлёгких самолётах, то у нас на аэродроме этому учат – не нашла группа спортивная. Они учат, сдают практический экзамен и уже со сданным практическим экзаменом едут в Тюмень, сдают теорию и им государственное учреждение выдаёт удостоверение.

Ю. Н.: Ясно, а как стать курсантом?

Е. Б.: Приходишь, просто говоришь: «Хочу». И пожалуйста.

Ю. Н.: А цена вопроса какая, если не секрет?

Е. Б.: Знаете, я про цену говорить не буду, потому что мы не обучаем. У нас есть клуб «Сургутавиа», который занимается обучением. Мы не ставим задачу обучать и зарабатывать на этом. У нас спортивная больше, парашютисты, пилотажная группа.

Ю. Н.: А если не пилотировать, а просто пролететь на самолёте?

Е. Б.: Конечно, можно.

Ю. Н.: Опять же – достаточно одного желания?

Е. Б.: В принципе, это дорогое удовольствие. За одну минуту расходуется один литр топлива. У нас сейчас такой подход – у нас музей. Самолётов много, все они исторические, все они музейные экспонаты. Сейчас туристическое агентство продаёт экскурсии в музей. И там можно договориться и сделать прогулочный полёт. Но это уже не за полёт, а за экскурсию деньги будут. Пытаемся найти юридически легальное обоснование тому, что мы делаем. По закону, бесплатно можно летать, а за деньги нельзя. Пришёл человек, говорит: «Отвези меня в соседнюю деревню, я тебе заплачу как в такси». Это нельзя сделать. А просто бесплатно слетать – пожалуйста, можно. Хотя, казалось бы, плати налоги и делай. Но вечно у нас придумают что-нибудь непонятно.

Ю. Н.: Ещё такой вопрос – как чисто физически попасть к вам? Буквально вчера или позавчера смотрел ролик, как пытаются проехать, – море разливанное.

Е. Б.: Да, у нас это самая большая проблема – дорога. Зимой мы по снегу проезжаем, сейчас распутица, половодье – проехать невозможно. В прошлом году на лодке ездили. Там ещё делают снежные полигоны, которые тают всё лето, и всё лето даже та грунтовая дорога небольшая, которая есть, она постоянно в грязи. Просто невозможно. Понимаете, получается, что развитие малой авиации – раз мы её так называем – оно никому не надо, только энтузиастам. Если посмотреть и мозгами подумать: в Америке 125 тысяч воздушных судов, представляете? Примерно 60 тысяч автомехаников надо. Запчастей. Это огромная индустрия, я всё время об этом говорю. Это развитие технических баз, то есть рабочие места, туризм. Если бы была у нас сейчас тысяча самолётов, представляете. Тысяча самолётов куда-то каждый день летят. Но они куда летят? В необжитые районы. Поневоле они начали бы обживаться. Трудно объяснить, почему люди не хотят. Я думаю, почему не хотят? Потому что не знают. Всем кажется, что это как космос. А на самом деле — ну, приди, потрогай самолёт. Это как автомобиль — сел и полетел. Молодёжь летает.

Ю. Н.: Насколько мы знаем, на территории Борового сейчас идёт строительство учебного центра для парашютистов, спортсменов, лётчиков. О нём можно несколько слов? Что из себя представляет, какие надежды вы с ним связываете – может быть, именно он станет мостиком для привлечения большой аудитории и развития малой авиации?

Е. Б.: У нас получается где-то сто человек в день в Сургуте прыгает с парашютом – в субботу и воскресенье обычно. Не прямо сейчас, потому что распутица, а парашютисту прыгать в воду – это мало приятного. А зимой, когда сухо, и летом спортсмены могут прыгать. Сто человек прыгает в день. За три прыжковых дня – пятница, суббота, воскресенье – 300 человек. Представляете? Это только парашютистов. Сейчас мы строим это здание по интуиции – у нас нет ни расчётов, ничего. Можно сказать, рискуем. Это как аэродром построили – прилетели самолёты. Построим здание – придут люди. Думаем, что, может быть, придут. Мне же нравится, другим нравится – и другим понравится. А помещения нет – где находиться? 100 человек парашютистов сейчас все находятся там же, где и парашюты укладывают, там же они и греются, и чай пьют из термосов. А теперь это будет культурно, как во всём мире. В Подмосковье приезжают из-за рубежа прыгать.

Ю. Н.: Там так хорошо всё оборудовано?

Е. Б.: Дешевле. Прыгать, например, во Франции, в Швейцарии, очень дорого. Они приезжают в Подмосковье, потому что там прыжок дешевле стоит. Потому что там самолёты такие, рубль такой. Но это тоже развитие. Опять же про парашютистов – вы знаете, что в мире чемпионы по купольной акробатике, это французы, а вторые – группа «Русские волки»? А конкурент «Волкам» — наша сургутская группа «Песцы». А никто этого не знает, а они чемпионы. Перед всем миром их боятся, и «Волки» их боятся, и французы. А мы даже не знаем, что у нас есть, чем мы можем гордиться. А ребята в небе творят чудеса!

Ю. Н.: Значит, нужна мощная информационная поддержка.

Е. Б.: Вот, я вам и рассказываю. Вы бы хотя бы с ними поговорили. Скромные ребята, но вы бы посмотрели, что они творят в небе. Представьте – 23 раза им нужно перестроить фигуры. Надо прыгнуть с высоты три тысячи может быть метров – я точно не знаю, потому что не парашютист – и 23 раза перестроить фигуры. Это же тоже и опасно, и страшно. Адреналин их, наверное, заливает.

Ю. Н.: Виртуозно. А как вы относитесь к такому ответвлению авиации как авиамоделизм?

Е. Б.: Очень уважаю. Что бы я ни пытался построить – у меня ничего не получается. Поэтому меня всегда удивляют люди, которые могут всё это вырезать, склеить, и получить в итоге красивую вещь. Я очень уважаю авиамоделистов, и они к нам приходили. Но у нас немного не такой аэродром, чтобы они использовали свои модели, но при любой их просьбе я с удовольствием – и лично я, и все наши остальные товарищи – готовы помогать и помогаем, когда они спрашивают. Там же дети, пацаны, на них интересно смотреть. Они удивляются – «живые» самолёты видят, мы удивляемся, как они свои модельки делают и как это всё красиво и чётко.

Ю. Н.: А есть такие сведения, что вы как-то говорили, что у вас есть завод, где сотрудники собирают настоящие самолёты...

Е. Б.: Не сотрудники. Это серьёзная тема, это не авиамоделизм. Его ещё нет. Если смотреть наш русский музей авиационный, там такие самолёты, которые сейчас не делают ни в одной стране мира. И у нас тоже. У нас есть спортивные самолёты, такие как Су-31 и Су-29. Су-31 – лучший в мире самолёт, который сделан в 1985 или 1986 году. Лучший в мире спортивный пилотажный самолёт. Он не для обучения, чемпионский самолёт. Сейчас его не делают в нашей стране. Сейчас немцы стали делать самолёт «Экстра», который чуть-чуть в каких-то параметрах лучше, а в каких-то до сих пор не может догнать наш самолёт. Мы были всегда впереди всей планеты по спортивным самолётам. Можно гордиться нашими российскими мозгами, которые делают нашими руками – они сделали такие спортивные самолёты. Сейчас их не делают.

Ю. Н.: А по какой причине не делают? Упадок, разруха, нерентабельно?

Е. Б.: Невыгодно. Сейчас тот завод, который делал спортивные самолёты, на сегодняшний день делает только военные самолёты. Я понимаю, что это надо, но не так дорого было бы для государства запустить всё-таки производство спортивных самолётов. Мы купили линию по производству спортивных самолётов, и будем пытаться запустить её в Сургуте. Это очень серьёзно. Это не то, что взял и «давайте слепим модельку, а потом на ней полетим». У спортивного самолёта очень сильные нагрузки во время полёта. Всё должно быть сделано очень серьёзно.

Ю. Н.: А примерно сколько эта линия может выпускать самолётов в течение года?

Е. Б.: Сейчас скажу. Понимаете, здесь же потребность должна быть. На сегодняшний день занята ниша. Зачем кому-то покупать самолёт, который не проверен. Это как машина. Если она какое-то время не выпускалась, потом выпускают новую модель, и на неё смотрят с недоверием – надо же понять, как она работает, какие отзывы о ней. Кто-то первый должен купить, а кто хочет рисковать? Они купят «Экстру», а не будут покупать нашего «Сухова». Поэтому это только для компетентных людей, которые выбрали и сделали. На сегодняшний день будет очень трудно пробиться, это будет штучный товар. «Экстра» в прошлом году в Россию продала где-то около 20 самолётов, может быть 23. На всю Россию. Это же мало. Но, во-первых, она у них дорогая – стоит полмиллиона долларов. А мы свой хотим сделать за 10-11 миллионов рублей. Двигателей нет наших, потому что завод тоже умер. Сейчас пытаются реанимировать, но это же как космос. Когда мы были впереди всех, а потом – бах…

Ю. Н.: …И уже не совсем впереди. Давайте к более позитивному перейдём.

Е. Б.: Всё равно позитивно, мы же пытаемся! Нас же, русских, лопатой не убьёшь (смеется).

Ю. Н.: Собственно, о тех, кто у нас на самолётах летают. У нас есть пилотажная группа «Барсы». У меня лично сразу возник вопрос – почему именно девушки?

Е. Б.: Это все спрашивают. Во-первых, кажется, что самолёт – это опасно, трудно, невозможно и малоосуществимо. А когда этим занимаются девушки, то все сразу понимают, что «уж если девчонки летают, то я тоже смогу». Это уже сразу показатель того, что это доступно, что это возможно всем. Это одно. А второе – девчонки-то у нас какие, это же лучшее, что есть в стране!

Ю. Н.: А им такая формулировка должна быть обидна: «Если уж девчонки могут, то я тем более».

Е. Б.: Это я озвучил мужской подход. А моё личное мнение – они у нас молодцы все! У нас в России хорошие люди, а девушки у нас самые лучшие в мире. Что может быть лучше авиации? Только девчонки.

Ю. Н.: А сколько человек в группе, и можно ли туда попасть – есть ли вакантные места, как кастинг проходит?

Е. Б.: Знаете, жизнь не такая устойчивая штука. Постоянно что-то меняется, передвигается. Поэтому я думаю, что у нас небольшой, но будет ещё добор в группу. Я думаю так – мы сделали набор в группу пилотажную. Но это же не значит, что больше в Сургуте групп пилотажных не будет. У нас есть прекрасные фирмы, огромные, известные на весь мир – Сургутнефтегаз, Газпром. Каждая бы сделала по пилотажной группе, мужскую и женскую. Неужели они не могут потянуть?

Ю. Н.: Наверное, они слишком... на земле стоят.

Е. Б.: Как можно стоять на земле, если компания рвётся вперёд? Газпром – газы-то всегда наверх летят. Любая компания, строительная, автомобильная, может купить себе три самолёта. Три самолёта – это уже группа. И делать групповой пилотаж. Или могут индивидуально – один самолёт, и вырастить чемпиона мира, который будет их прославлять, тащить вперёд знамя компании.

Ю. Н.: А это дорогое удовольствие – участие в группе?

Е. Б.: Для участников – это недорогое удовольствие. Время только, которое они тратят. Самолёты не приобретают. Чтобы это куда-то двинулось, надо кому-то что-то начать делать. Все же смотрят на аналогию. Есть аналогичное явление – пилотажная группа – сделали. Мы же тоже не сами всё это придумали. Есть пилотажная группа – первый полёт. Они были и есть первые на поршневых самолётах – как у нас. А мы первые и единственная – женская. Чтобы не быть вторыми – это тоже один из тех моментов. Мы первые, потому что мы первая женская группа в России. И мы показываем своим примером – а почему бы и нет? Вертолётчики пробовали, была у них группа «Колибри». Но по слухам и по информации, они не летают. А мы летаем, и уже давно, и уже групповой пилотаж. Выучились все с нуля. Учили нас инструктора из Москвы – лучшие лётчики нашей страны.

Ю. Н.: Наверняка достигли каких-то успехов, есть какие-то награды?

Е. Б.: Какие у нас награды в малой авиации? Все хотят, чтобы все поставили свои самолёты на аэродроме, забетонировали их, помыли, покрасили, и ходили как по музею. Только чтобы не летали, чтобы происшествий не было. Какое будет развитие, если летать не будем? У нас всё делается для того, чтобы развитие малой авиации было остановлено. Хотя в 2014 году на каком-то большом расширенном правительственном заседании было принято решение по малой авиации – развивать, поощрять. И всё, ничего нет. Только хуже стало.

Ю. Н.: На ваш взгляд, какие именно шаги нужно предпринять, чтобы дело сдвинулось с мёртвой точки? Может быть у нас в будущем появились бы небольшие рейсы, чтобы летать из Сургута в Ханты-Мансийк, например, на таких небольших самолётах. Что нужно сделать?

Е. Б.: Нужно, чтобы вы почаще меня и моих коллег-авиаторов, специалистов малой авиации, приглашали на передачи к себе. Мне кажется, очень много от вас зависит, и именно от СИА-ПРЕСС. Потому что, я заметил, как СИА-ПРЕСС за что-то берётся, то обязательно доводит дело до конца. Я вам не комплимент говорю, я это серьёзно. Если бы вы взяли под своё крыло малую авиацию. «СИА-ПРЕСС и малая авиация». Дорога вот – реально, дорога должна там быть. Реально нельзя там снег валить рядом и нарушать экологическую ситуацию в том районе. Когда вы берётесь за что-то, то делаете. Вашу-то газету всегда читают. Это удар по бездорожью и разгильдяйству, как Владимир Владимирович сказал.

Ю. Н.: То есть мы теперь попали в одну компанию с президентом...

Е. Б.: Ну, я думаю, с президентом в компанию тоже неплохо попадать.

Ю. Н.: Ну, со своей стороны мы можем гарантировать, что будем говорить о том, что это интересно и нужно. Я могу знать точно, потому что я однажды уже летал, мне понравилось. Спасибо большое за интересную беседу! Будем надеяться, что наша малая авиация в городе сдвинется с точки, полетит, расправит крылья, станет большой и в будущем все мы пересядем с автомобилей на небольшие самолёты. Я благодарю нашего гостя. Евгений Вячеславович Барсов, энтузиаст большой авиации и её «продвигатель», даже если такого слова нет. Благодарю всех, кто посмотрел и прочитает, кто отреагирует. Летайте самолётами!

Е. Б.: До свидания!



11 апреля 2016 в 16:53, просмотров: 5202, комментариев: 4


Комментарии:
альберт леонов
Хочу поблагодарить Евгения за помощь в проведении "Масленицы".
Вопрос у меня простой:
Скажите, ведь не все могут по разным причины заниматься непосредственно Авиацией, но много тех кто бы занимался Авиамоделизмом. Как Вы относитесь к этому виду "дороги в небо". Помогаете ли Вы развитию этой дороги в небо?
Илья Пальянов
Комментарий удален модератором из-за нарушений правил сайта.
wow Сивка-Бурка
Комментарий удален модератором, так как не по сути материала.
wow Сивка-Бурка
Комментарий удален модератором, так как не по сути материала.
Комментарий удален модератором, так как не по сути материала.
Комментарий удален модератором, так как не по сути материала.
Ivan Sleptsov
Нравятся ли Вам уличные рекламные плакаты с вашими фотографиями?
Вы сами утверждаете дизайн плакатов с изображением фотографий Вас в кругу детей?
Прослеживается аналогия с плакатами "Сталин с детьми" и не хватает подписи:"Лучшему другу детей, великому Барсову Слава"
Сергей Глинских
Евгений Вячеславович!
В своем посте председатель думы Бондаренко заявил прямо и безапелляционно, что с 1 января 2014г. все рекламные конструкции в городе Сургуте - вне закона www.siapress.ru/blogs/55747 . Кроме того каждый месяц вопрос о незаконной деятельности поднимается в думе, где депутаты наперебой обрушиваются с критикой на бесстыжих рекламщиков. Не кажется ли вам, что любое размещение своего изображении на баннере, любым депутатом думы, можно расценивать, как лицемерие и как действия дискредитирующие думу города Сургута?
Сергей Глинских
Евгений Вячеславович!
Депутаты обязаны посещать так называемые рабочие органы думы, к которым относиться:
1. Заседания Думы
2. Заседания постоянных комитетов (посещение обязательно, для челнов комитета)
А, так же депутат обязан присутствовать на депутатских слушаниях.
При этом "трудовая" дисциплина у депутатов нашего города на мой взгляд не высокая. Вот взять хотя бы Вас. За пять лет работы думы вы не посетили даже половины необходимых вышеуказанных заседаний, а если быть точным то всего лишь 41% процент от необходимого.
Хотя может быть я переоцениваю важность посещения депутатами заседаний и депутаты могут эффективно осуществлять свою деятельность не находясь в стенах думы. Что вы думаете по этому поводу?

ПРИЛОЖЕНИЕ К ВОПРОСУ
Сведения о посещении депутатом рабочих органов думы.

Барсов Евгений Вячеславович. 20-ый избирательный округ.

Данные за 5 лет. 88 из 214 = 41%

2015 год.

1. Заседания думы. 10 из 10 =100%
2. Депутатские слушания. 8 из 20 = 40%
3. Комитеты. 3 из 12 = 25%
4. Общее. 21 из 42 = 50%

2014 год.

1. Заседания думы. 9 из 9 = 100%
2. Депутатские слушания. 11 из 22 = 50%
3. Комитеты. 5 из 12 = 41.5%
4. Общее 25 из 43 = 58%

2013 год.

1. Заседания думы. 6 из 9 = 66.5%
2. Депутатские слушания. 1 из 24 = 4%
3. Комитеты. 2 из 9 = 22%
4. Общее. 9 из 42 = 21.5% (!)

2012 год.

1. Заседания думы. 8 из 11 = 73%
2. Депутатские слушания. 7 из 24 = 30%
3. Комитеты. 2 из 10 = 20%
4. Общее. 17 из 45 = 37.5%

2011 год.

1. Заседания думы. 8 из 9 = 90%
2. Депутатские слушания. 8 из 28 =30%
3. Комитеты. 0 из 5 = 0%
4. Общее. 16 из 42 = 38%

Данные взяты из проекта "ТОП-ДЕП" . Анализ посещений проводился на основе данных о посещении депутатами Думы города рабочих органов Думы города Сургута размещенных на сайте Думы города.
Показать все комментарии (9)

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.

Вы можете войти на сайт или зарегистрироваться


Топ 10

  1. ​Новая волна ковида пугает медиков агрессивностью 1749
  2. ​Подожгла из хулиганства: югорчанку обвинили в уничтожении многоквартирника 1524
  3. ​Чем отличается балкон от лоджии, а чердак от мансарды? Разбираемся в архитектурных терминах, которые путают все 1227
  4. В ЯНАО вахтовик заказал себе наркотики из Италии 1173
  5. ​Профессиональный рост: как выбрать идеальную компанию без стресса 1045
  6. ​Югорское отделение Сбербанка профинансирует строительство ЖК «Клюква» в Сургуте 825
  7. ​Более 1700 югорчан с начала года застраховали в Сбербанке свою недвижимость в непредвиденных ситуациях 773
  8. ​Югорские врачи получили благодарность энергетиков за централизованную вакцинацию 751
  9. ​В Сургут идет тепло 720
  10. ​Число новых ковидных больных в Югре растет 525
  1. ​Актив подследственного югорского олигарха выставлен на продажу 9348
  2. Вартовчанин с обширным поражением легких умер на полу больницы 5560
  3. ​В Нижневартовске девушка погибла при загадочных обстоятельствах 4940
  4. Бизнесмен задолжал нефтеюганцам порядка 500 тысяч по зарплате 4331
  5. ​Смертельное ДТП в Нижневартовске: фото и официальный комментарий 4209
  6. Вартовчанин выиграл золотую медаль на Олимпиаде в Токио 3365
  7. ​Из-за спешащего водителя на «Ладе» в ДТП под Нижневартовском пострадали четыре человека 3193
  8. Актер Борис Галкин попросил оградить от принудительной вакцинации детей 3130
  9. ​Президент Путин прислал телеграмму олимпийскому чемпиону из Нижневартовска 3079
  10. Нижневартовский тхэквондист вышел в полуфинал Олимпиады 2979
  1. ​Один из 112: главный врач Югры рассказал о последствиях вакцинации от ковида 25816
  2. ​Плывем: как Нижневартовск справляется с сильнейшим летним ливнем // ВИДЕО 11368
  3. ​Бизнесвумен из Нефтеюганска обвиняют в хищении восьми миллионов из бюджета 10495
  4. ​Ухнул в яму: автобус с пассажирами в Сургуте провалился на повороте 10211
  5. ​Состояние бодрое, сознание ясное: в Нефтеюганске член партии ЛДПР продолжает голодовку 9798
  6. ​Актив подследственного югорского олигарха выставлен на продажу 9348
  7. ​Я/МЫ – Валерия Башкирова 8887
  8. ​В Нефтеюганске достроят детсад-долгострой, на крыше которого развлекаются дети 8619
  9. ​Срочно! В Югре объявили новые коронавирусные ограничения 8203
  10. У двух годовалых детей в Нижневартовске выявили COVID-19 7888