16+
Больше новостей
Больше опросов

Владимир Базаров: «Мы увеличили гарантийный срок по ремонту дорог до четырех лет» // ВИДЕО, ТЕКСТ

Онлайн-конференция с заместителем главы администрации

С заместителем главы администрации Владимиром Базаровым на очередной онлайн-конференции мы побеседовали о снежных полигонах (середина лета, самое время), Илье Варламове, одностороннем движении во дворах.

Юрий Нуреев: Добрый день, уважаемые пользователи сайта siapress.ruсегодня мы собрались здесь для того, чтобы говорить об актуальной теме, поскольку лето в самом разгаре время говорить о снежных полигонах, кроме того мы поговорим о московских гостях, вы сами понимаете каких, и прочих интересных вещах. У нас в гостях заместитель главы администрации города Сургута Владимир Базаров. Здравствуйте.

Владимир Базаров: Добрый день, Юрий. Добрый день, Дмитрий. Добрый день всем, кто нас смотрит.

О Варламове, фонтанах и городских пространствах

Ю.Н.: Здесь в студии я, Юрий Нуреев, и главный редактор объединенной редакции siapress.ru Дмитрий Щеглов. Давайте начнем с московского гостя, потом перейдем к другим вопросам. Первый вопрос, который к нам поступил: «Что же с Варламовым?» - то есть Илья Варламов приезжал к нам, предлагал какие-то проекты, рекламировал свое агентство. Во что это все вылилось?

В.Б.: Первое, наверно действительно как многие читал, многие люди на форумах пишут, что по большому счету мы ничего нового не услышали. Но, тем не менее, мы общались больше чем в студии, не с Варламовым, а с Вадимом. И некие вещи мы для себя услышали, те о которых мы когда-то не задумывались. Совершенно справедливое замечание, что на всех пешеходных маршрутах по Ленина скамеек нет. Мы все говорим о том, что тротуары какие-то не такие, с ямами, что урн не хватает, или если хватает, то они не вовремя убираются. Я кстати знаю, о каких урнах он говорит, которые не убираются. Сейчас про это тоже скажу. Про скамейки то разговора не было, оно как-то выпало из поля зрения. Мы знаем, что в парках, скверах скамейки нужны, во дворах скамейки нужны. И мы занимаемся этим: ставим в детских площадках, во дворах предусматриваются. А вот на улицах города, условно на пешеходных маршрутах, там, где действительно люди ходят. Почему-то эта мысль не возникала. Думаешь, ну как же так, вещь простая, очевидная, что действительно человек идет, особенно если человек не молодой или мама с коляской, то почему бы не остановиться и не посидеть на этой скамейке. Мы приняли во внимание, совершенно верное замечание. Про урны. Я знаю, про какие урны речь, это территория парковки возле вершины, это частная территория. Я там был, посмотрел, мы их убрали. На самом деле это частная территория, денег на это не заложено. Понятно, что оставлять в таком состоянии было нельзя.

Дмитрий Щеглов: Там уже горы…

В.Б.: Да, совершенно верно. Убрали. Системно должны были связаться с хозяевами этой земли как то принудить к тому, чтобы их содержали в нормальном состоянии, убирали и т.д., штрафы. Там с хозяевами ситуация не очень простая, дом проблемный, который строиться на этой территории.

Д.Щ.: Хозяева кто — «Вершина» или этот дом?

В.Б.: Нет. Это не «Вершина». Это земля недостроенного дома.

Ю.Н.: По-моему, там парковку уже закрыли…

В.Б.: Нет, она работает. Я подъезжал. Понятно, что случай частный, хотя он где-то системный значит, не хватает контроля и рычагов воздействия на владельцев.

Д.Щ.: Неужто не хватает? Действительно, если так говорить.

В.Б.: Ну смотрите, когда компания находится здесь внутри магазина это одна история, здесь рычагов хватает. Вот когда компания строит дом, и непонятно достроит она этот дом, ну достроит наверное. Где находится офис? Здесь ситуация немного схожая, как помните, с киоском, с вами говорили? Чтобы снести киоск, нужно предписание выписать, а мы не можем найти хозяина. Не один раз мы слышали. Здесь ситуация схожая, чтобы выписать штраф, нужно хозяев найти, непонятно где он находится. Примерно вот так. Есть такой системны сбой, если говорить вообще про городские урны. И на наших урнах, на наших территориях, сбой по уборке тоже есть. Сегодня он, наверное, меньше, чем это было раньше. Во-первых, последние два года мы включили и зимнюю чистку урн, потому что до этого не было. Вы заметили, этой зимой были вычищены урны? Не так часто как хотелось бы, но эти урны опорожняются. С 2016 года (сейчас, мы готовим бюджет 2016 года), мы все урны передаем управлению по природопользованию экологии. Почему мы это делаем? Мы долго анализировали эту ситуацию. Функции департамента городского хозяйства, которые содержат и управление по природопользованию, различаются способами уборки. Департамент городского хозяйства в большей степени – это механизируемая уборка, а управление по природопользованию экологии это ручная работа. И как раз урны, несмотря на то, что они стоят на тротуарах, но они больше подходят под ручную уборку. Как водится подрядчики, которые содержат тротуары, технику запускают, чистят. А вот запустить отдельно людей, которые почистят урны и территорию вокруг них, не всегда у них видимо руки доходят. Понятно, что мы их там штрафуем. Я не в первый раз говорю, от того что мы штрафуем, от того что мы по контракту недоплачиваем, ситуация в городе лучше не становится. Ну да, они не дополучили, но мусор-то остался.

Поэтому с 2016 года приняли решение передать это Анохину Андрею Семеновичу, просто потому, что у них больше специализации на ручной труд, и данный вид работ больше им подходит. Так что надеюсь, ситуация улучшится. И мы закладываем достаточно большое количество новых урн к приобретению. По последнему нормативу урны должны стоять через каждые 40 метров, должна стоять урна на пешеходных маршрутах. У нас сегодня порядка 70, 80-100 метрах на перекрестках, как правило.

Д.Щ.: Мы говорим о классических урнах в железных банках, или это будут урны более менее современные, чтобы в них собаки не рылись и т.д.?

В.Б.: Ну подождите, сегодня которые урны последние, они достаточно хорошо сделаны. Небольшого объема, по-моему, 40 литровые, если я не ошибаюсь, они в хорошей обработке. (Как сухая порошковая краска называется, которая не отбивается, не ржавеет, то есть достаточно долговечная). Страдают они от наших подрядчиков, которые тракторами сминают. Поэтому сказать, что какие-то архитектурные или культурные изыски должны быть, мы не видим там каких-то изысков, наверное, не правильно.

Д.Щ.: Дело ведь не в изысках, а в современности.

В.Б.: Ну пока количество. Я понял, о чем речь, у нас достаточно много осталось старых урн. Последние 2–3 года мы ставим довольно приличные, кстати, выпускает их никто иной, как Горсвет наш муниципальный: у них есть металоцех, поэтому наверно так и будем продолжать.

Ю.Н.: Косвенно связанный вопрос с посещением блогера…

В.Б.: Давайте, по поводу Варламова закончим.

Д.Щ.: Да, а то у нас была долгая отповедь по поводу урн.

Ю.Н.: Тут местные блогеры мне пишут. Очень интересует вопрос городских фонтанов. Помнится, что у нас были на Сайме, у администрации. Но потом их не стало. И интересуют людей, будет ли у нас в городе более менее приличный фонтан, если будет то когда?

В.Б.: Мне трудно ответить на этот вопрос. Потому что у нас же функции разделены. То, что строительства касается, это, как правило…

Д.Щ.: Нам бы клумбы раскопать парочку и там фонтаны понаставить

В.Б.: Ну нет, подождите там же нужно поставить какие-то механизмы, насосы, чтобы эти фонтаны работали. Он же был когда-то, департамент архитектуры этим занимался. Почему-то не пошло дело. Вопрос совершенно сезонный. Если он неделю назад был актуален, то если посмотреть сегодня, уже наверно фонтан не очень то кому-то и нужен. Ну, я так думаю.

Д.Щ.: Ну вот здесь я как начну с вами спорить!

В.Б.: Ну ладно, фонтан нужен. Наверное, фонтан нужен. Когда фонтан появится, я не знаю. Зато я езжу сейчас по городу, и слышу много отзывов от людей, и я сам согласен с этим, что клумбы центральные у нас в этом году просто шикарные.

Д.Щ.: Не будем спорить, все хорошо с этим.

В.Б.: Со всеми вертикальными надставками и подставками. На мой взгляд, просто здорово, возле Ярославны очень красивая клумба, также на центральных улицах.

Ю.Н.: Смотрите фоторепортаж на siapress.ru, там есть целая галерея таких клумб.

В.Б.: Да, просто здорово. Возвращаемся к Варламову. С чего я начал, с одной стороны мы ничего нового не услышали, все проблемы мы знаем, и про заборчики тоже. Мы согласны с тем, что ставить их нельзя. И в проектах всех новых дорог, уже этих заборчиков нет,есть живая изгородь, кусты. Понимаете, мы еще два года назад хотели разом все эти заборчики снять и сделать живую изгородь. Наверное, наша вина, что мы в тот момент депутатам не смогли донести конечную цель, что будет в конечном итоге. И мы эти деньги – 17 миллионов была сумма на 2013 год, мы просили, а что в итоге должно быть мы донести не смогли. Потому что сегодня мы со всеми разговаривали, вот были последние депутатские слушанья, они сказали, что «мы теперь понимаем, нужно было принять это решение». Но мы еще раз говорим, это вопрос не к депутатам, а к нам. То есть мы и в новых проектах сегодня вот этих «поросячьих» цитирую.

Ю.Н.: Наверное, это слово «поросячьи» и убедило депутатов.

В.Б.: Да ну нет, я не думаю, уже все понимают, что они себя уже изжили. Честно сказать, я даже не знаю, где их делают. Если вот я сказал, что урны у нас делает Горсвет, что достаточно ясно и понятно, а где делают эти заборчики, я не знаю, честно.

Д.Щ.: Может быть раньше Горсвет так подрабатывал?

В.Б.: Нет, они же литые. За ними очень тяжело ухаживать, за этими заборчиками. И почему они розовые тоже непонятно. Ну ладно, уже есть, что есть. Видимо они исторически были розовыми и их постоянно в этот цвет подкрашивают.

Д.Щ.: Наверно. Так заведено.

В.Б.: Ну да, сложилось. На мой взгляд, самое правильное, это живая изгородь. Кстати, за два года бы уже подросла прилично. Уже были бы приличные кусты, которые надо выравнивать. По содержанию это не дороже, чем эти заборчики, разово надо их подстригать. Так что мы от них будем уходить в любом случае. Еще что я услышал от Вадима Гинзбурга, больше чем от Ильи Варламова, потому что мы больше с ним общались в первый приезд, это касательно наполнения парков скверов и в первую очередь «За Саймой». Понятно, что этот парк сегодня работает сверх своей проектной мощности. То есть это наше большое кольцо с небольшой тропиночной сетью. Не выдерживает тот поток людей, и самое главное, что эти потоки не разведены: велосипедисты, роллеры, пешеходы и т.д. Я с ним согласился абсолютно, что нужно значительно увеличивать тропиночную сеть. Причем она не обязательно должна быть в асфальте, пешеходные дорожки могут быть в чем угодно и граве и в дереве и в камнях. Варианты на самом деле есть. Не такие дорогие как асфальт. Это покрытия, которые существуют нужно приводить тоже в какое-то нормативное состояние, оно тоже подустало скажем. Плюс он сказал, что есть серьезный момент, касающийся входных зон в Сайму, а это действительно так. Это пустыри со всех трех сторон. Со стороны «Тюменьэнерго» тоже можно сказать, что это пустырь. Нужно закрывать туда вход машинам. Облагораживать эти входы, и они нам готовы помочь. Но понятно, что мы находимся в рамках, и мы с ними договорились (агентство Ильи и Вадима), мы им сразу сказали, что каких-то привилегий и какого-то особого отношения у нас к ним нет, и по сути быть не может. Мы готовы какие-то работы выставлять на торги, и если они выиграют, то welcome, будем рады посотрудничать. Если не выиграют, то выиграет кто-то другой и будет делать эти вещи. И, наверное, первое, с чего мы начнем, это некое изучение общественного мнения по этому поводу, такой социологический опрос, но социологический опрос специализированный. Мы думали, почему нашему городу это не поручить, они же делают социологические опросы. Городской среды какой-то, наверно не очень правильно. Я считаю, что касаемо пустыря в 13-ом микрорайоне, даже вопрос неправильный был: «Что бы вы хотели там видеть?», на самом деле нужно было сначала специалистами принять решение, что там правильно вписывается, потом сказать «какой именно храм вы бы хотели видеть?». Я условно. Какой архитектуры. Наверно это было бы правильно. И мы с Вадимом эту тему мы обсуждали, что не совсем корректно мы сформулировали вопрос. Поэтому получилась такая палитра от простого сквера, до планетария, храма и еще чего-то. Там было огромное количество предложений, мы все это помним. И вот, чтобы провести запрос, нужно правильно сформулировать вопрос. Чем мы хотим в ближайшее время заняться, то есть управление по природопользованию сейчас готовит те задания, это небольшие деньги.

Д.Щ.: Ну сколько ориентировочно?

В.Б.: Порядка 400 тысяч рублей. То есть сделать хорошую аналитику по существующим публичным пространствам города. Первое что бы люди хотели видеть на этих пространствах, опять я по-дилетантски сейчас говорю, не что бы хотели видеть, а хотели видеть, чтобы как именно было. И потом, отталкиваясь от итогов опроса сделать текст заданий на проектирование этих зон. Еще раз говорю, если агентство «городские проекты», выставятся – они сказали, что «мы отслеживаем все конкурсы по России», если где-то есть, то, что их интересующее, то они на эти вещи заявляются, и работают.

Д.Щ.: Ну храмов новых не будет?

В.Б.: Храмов нет.

Д.Щ.: Ну слава Богу.

В.Б.: Ну с Варламовым тему закрыли да? Я рассказал, о чем мы договорились.

Д.Щ.: Вы почувствовали, что они совершенно точно знают то, чего не знает никто в нашем городе? Мы вот сами не можем справиться с этим вопросом, и можем справиться только с их помощью, или нет?

В.Б.: Нет. Есть какие-то вещи, опять же если задача была бы поставлена, мы бы додумались. Вот эти пешеходные зоны. У нас они, кстати, в новом генплане, Алексей Фокеев мне показывал, что они прорисовываются. Может быть там уже прорисовано, что там должны скамейки стоять. Ну, вот у меня, у моих коллег у департамента городского хозяйства, у управления по природопользованию экологии, каюсь, мысли не возникло о том, что вообще-то нужно скамейки там поставить. Мы думаем о том, какой тротуар, что надо как-то деньги выкроить, чтобы его подремонтировали, мы думаем, как надо урны поставить и их там содержать. А о том, что создать еще какие-то условия, ума не хватило. По-честному, не хватило ума.

Д.Щ.: У нас «Победа» очень недорого возит в Москву, можно там пройти прогуляться, сделать пометки и прилететь обратно.

В.Б.: Но, кстати сказать, к Москве вернемся. Ведь в Москве тоже, когда ты идешь по проспектам, там ведь тоже скамеек то нету. По большому счету.

Д.Щ.: Смотря где, смотря что, смотря как.

В.Б.: Нет, подождите. Понятно, что если вы зашли в район Воробьевых гор, что там со скверами все нормально. Ну, у нас тоже со скверами не сказать, что все нормально, ведь функционально они недоработаны. Но мы это понимали и без вот этого внешнего аудита, и давно уже, мы понимаем, что управление по природопользованию, придумало, как зайти на эту историю коммерция в скверах. Давным-давно в законе было прописано, что в парках, скверах никакой коммерции быть не должно. И управление по природопользованию достаточно долго боролась с этой историей, но не победили, борьбу проиграли. Мы видим на Сайме, велосипеды прокат.

Д.Щ.: Ну это правильно.

В.Б.: Это правильно, но это должно быть каким-то образом организованно, и эти люди который там находятся, должны платить в бюджет какие-то деньги.

Д.Щ.: Конечно, разумеется.

В.Б.: Сегодня этого нет. Сегодня это, по сути, хаотичный какой-то бизнес. Управлению по природопользованию дано поручение как раз сделать некую концепцию, как упорядочить тот бизнес, который уже сегодня пришел на эту территорию. Я же не говорю, что надо шашлычницу поставить, не дай бог, конечно, да. А о том, что люди придут с тележкой с мороженым, наверно можно разговаривать, о том, что должен быть прокат велосипедов и четырехколесных велосипедов, и еще чего-то, это все должно быть. Спросом пользуется, люди это берут, значит это нужно. Теперь это нужно упорядочить, чтобы люди платили какой-то патент в бюджет, и пользовались территорией парка, которую мы содержим за бюджетные деньги это раз. И второе, создать какие-то правила, как передвигаться на велосипедах и еще на чем-то, чтобы это было безопасно.

Д.Щ.: А может быть летом? Хотя бы этим летом. Я так понимаю, что пока сейчас пройдет этот конкурс, пока будет процесс проектирования, пока по этому проектированию будет условно переделана Сайма, можно хотя бы сейчас взять и разлиновать дорожки, нарисовать велосипеды, нарисовать пешеходов, ну чтобы создать хотя бы иллюзию упорядочивания.

В.Б.: Там смотрите ситуация какая: этот четырехколесный велосипед, он занимает практически всю ширину тротуара. Я вчера бегал на Снежинке. И я уже отбегал, садился на скамейку, прилично пробежал, с меня пот льется, и стоит молодой человек, собирается ехать на роликовых лыжах с девушкой, и говорит «вот наконец-то здесь депутаты стали бегать, значит, здесь будет порядок». На мой взгляд, Снежинка – это просто эталонное практически место для занятий спортом. Потому что идеальное покрытие дорожек, перепады, расчерчены как раз дорожки для велосипеда, указаны направления куда двигаться. И, кстати сказать, большинство людей придерживается этого направления, и придерживаются указанной велодорожки, то есть для занятия спортом, там, в принципе все правильно. Там большой стадион, на котором постоянно идут какие-то футбольные матчи, маленькая площадка, где в футбол играют, турники забиты постоянно, и лыжные трассы. Оказывается, проблема в том, что туда выезжают на квадроциклах. Я его спросил: «а сейчас чисто, кстати, а сейчас не порядок?». Я не знаю, зачем бегать с таким настроением, очень агрессивный молодой человек. Говорит: «А вот собьют на квадроцикле потом узнаете». Собьют, не собьют, а что делать – обнести забором это все? Забор будет стоить примерно столько, сколько еще пол этой трассы. Я понимаю, что можно сделать какую-то страшную сетку, это уже вроде как неправильно. Так вот я, вспоминая вчерашний вечер, у меня очень много друзей, хороших товарищей, которые на квадроциклах ездят, и я их там не видел, но видимо кто-то другой ездит. Уважаемые люди, пожалуйста, на квадроциклах и на мотоциклах не ездите по парку За Саймой и по Снежинке. Что еще можно сделать?

Д.Щ.: Вы только что сами себе слегка противоречили, потому что вы сказали, что там все расчерчено, что там указаны стрелочки. Тоже самое можно сделать на Сайме, квадроциклы ну бог с ними, как-нибудь разберемся с ними.

В.Б.: Там другая история, там немного шире дорожка. Но на самом деле вы правы, сейчас вода сойдет, можно будет сделать.

Д,Щ: Ну да, там сейчас дорожки для пловцов.

Ю.Н.: Кстати говоря, наш фотограф запечатлел эту удивительную вещь, которая происходит с одним из мостов…

В.Б.: Его на этой неделе сделают. Мы знаем, все под контролем, все видим. Ну, понятно, вода такая. Залит Югорский тракт, вы тоже фотографии, по-моему, публиковали, что размыло под тротуаром, провалилось. Но это сделали уже. Природная аномалия – последний раз такая вода была в 1941 году, я уже говорил об этом, но это реально так. По всем статистическим данным.

Д.Щ.: Я вчера обдумывал нашу сегодняшнюю встречу, наверно Владимир Васильевич в этом году проклинает осадки как факт, потому что помню снега была целая куча, и когда мы сидели в редакции, как-то вечер, расчистили дорогу, машина проехалась, и начинается новый снегопад. Мы такие, ну все сейчас Владимир Васильевич наверно уже грозит небу кулаком.

В.Б.: Я все-таки человек позитивный внутри на самом деле, у меня нет привычки злиться на кого-то, тем более без повода. Я почему сказал про этого молодого человека, вы знаете, мне просто жалко таких людей, человек пришел, вместо того, чтобы порадоваться, вчера была классная погода сухо, свежий воздух, прохладно, бегай, наслаждайся жизнью. А он сейчас будет эти круги наматывать и думать «вот гад депутат», мы все на одно лицо. Ничего, я покойно к этому отношусь. «Вот этот гад бегает, а у нас квадроциклы по пятницам ездят». У меня к счастью, наверное, внутренний настрой всегда позитивный, да понятно, что природа вносит свои корректировки в наши планы, в наши производственные планы. Ну что с этим поделаешь, это данность, и надо в этой данности жить, и надо с этой данностью как-то справляться.

О снежных полигонах

Д.Щ.: Давайте раз про снег начали, перейдем к снежным полигонам

Ю.Н.: Глава департамента городского хозяйства Вадим Кочетков уже рассказывал про некоторые вопросы взаимодействия с прокуратурой. Ну, вот хотелось бы уже узнать, а что там все-таки происходит. Напомню, что прокуратура рассматривает возможность, чуть ли не закрыть эти снежные полигоны, потому что они не соответствуют нормативам.

В.Б.: Законодательство изменилось, и снег теперь приравнен к твердым бытовым отходам. Не весь снег, а в нем действительно много мусора. Мы сейчас же кучу эту видим. Я сразу отвечу, был вопрос на сайте «будет ли рекультивация», вообще это в регламенте работы всегда делается. После того как снег растаял, весь мусор сгребается с верхним слоем, и вывозится на полигон ТБУ, то есть эти работы ежегодно проводятся. Опять же этот год нетипичный из-за воды. Я из-за воды сказал, я про те фотографии, про то видео, это у вас было или на СТВ, видел, показывают, как вода подмывает эти снежные кучи, они рушатся, заснял это «Общественное движение Зеленый фронт», которые почему-то еще раз повторю зарегистрированы в Петербурге, и имеют право своей деятельности, по-моему, на территории Ленинградской, Калининградской областях, и огромный интерес проявляют к городу Сургуту. Ни к Нижневартовску, ни к Нефтеюганску, где ситуация аналогичная.

Д.Щ.: Чем-то вы им понравились.

В.Б.: Ну я думаю, здесь другая ситуация. Во всех непонятных вещах нужно искать экономическую подоплеку. Я так думаю. Поэтому видимо есть в городе люди, которые каким-то образом заинтересовывают «Зеленый фронт», чтобы они очень активно работали на нашей территории. Может быть, люди хотят снег принимать вместо всех на полигон.

Д.Щ.: Ну ходят слухи, что у кого-то с ними здесь есть бизнес по этому поводу.

В.Б.: Обращаясь к ним, хочу сказать: господа вы тратите деньги напрасно, пришли бы как все, заявились на инвест-проект, и может быть быстрее бы у вас дело пошло. Теперь, что касается снежных полигонов. Законодательство изменилось, теперь снежные полигоны должны быть оборудованы точно так же как полигоны, твердых бытовых отходов. Это гидроизоляция обязательно, дренаж, и локальная очистка тающей воды до состояния, при котором его можно выпускать на горизонт.

Д.Щ.: То есть это дорогое удовольствие. Сколько теперь стоит сделать такой полигон?

В.Б.: Примерно прикидывали, по аналогии с нашим полигоном ТБУ, 10-15 гектар, это примерно 100-150 миллионов.

Д,Щ: Это существенно удорожает стоимость принимаемого снега.

В.Б.: Все зависит от того инвестор на сколько лет собирается обеспечить окупаемость себе.

Д.Щ.: В России это 3-4 года.

В.Б.: Дело даже не в этом, вопрос в технологиях. Мы эту ситуацию знали, и мы не сидели сложа руки, когда составлялся новый ген план предусмотрены три большие территории, где должны располагаться вот такие полигоны. Сегодня у нас 12 полигонов всего, обычных, о которых мы говорим, то есть площадка с обваловкой где потом собирается мусор, вывозится. Предусмотрено сегодня в генплане 3 таких территорий. Первая на востоке в районе существующего полигона ТБУ, вторая на Заячьем острове, и третья в районе улицы Аэрофлотской. Это за автосалонами. Достаточно большие, то есть по объему они суммарно складывают все полигоны, существующие на сегодняшний день. По двум территориям (восток и Аэрофлотсткой), по Аэрофлотской депутаты в этот раз приняли решение, опять же я тут себя ругаю за то, что это уже со второго захода было принято это решение, о изменении назначения земельных участков переводе их в зону снежных полигонов. Вот сделали такую зону для снежных полигонов, чтобы можно было построить только снежные полигоны и больше ничего. Чтобы не получилось, что мы землю кому-то выделили под снежные полигоны, а там гостиница выросла. Я себя ругаю, что когда мы выходили первый раз, мы недостаточно объяснили депутатам, зачем это нужно и получили отказ на первом этапе. И после первого этапа мы коллегиально рабочей группой, общались с Сергеем Афанасьевичем, мы собирались в торгово-промышленной палате с перевозчиками, теми, кто мусор вывозит. Тем не менее, во второй раз это решение было принято. По Заячьему острову вопрос еще спорный висит, нужен там снежный полигон либо не нужен. Но по этим двум вопрос решен. Туда должны зайти инвесторы, которые построят снежный полигон, соответствующий всем требованиям, это первое. И второе, сейчас пошел достаточно активное обращение инвесторов по установке снегоплавильных установок. Причем это не просто «а может быть нам подумать», а это уже появились серьезные предложения, люди владеющие активами, готовы этими вопросами заниматься, мы это будем всячески поддерживать. Здесь вопрос цены. Мы уже много раз говорили, что в Новосибирске 167 рублей за куб, но опять если значительно увеличить транспортный рычаг, может, собьется цена, в общем, сейчас эти все вопросы в работе, я поэтому обращался к людям, которые возможно приплачивают зеленому фронту, что напрасно тратите деньги. Вот есть место, в которое можете вложить свои усилия, свои деньги, если они у вас свободные.

Д.Щ.: Вот на эти три новых полигона уже есть инвесторы, которые сказали «да, мы хотим»?

В.Б.: Я думаю, что есть. Мне трудно сказать, потому что земельный вопрос решает департамент земельных отношений, с департаментом архитектуры занимаются. Я не знаю, по каким правилам будут выделяться земельные участки. Земельный вопрос не мой совершенно, но то, что есть заинтересованные инвесторы в этом это точно.

Д.Щ.: Понятное дело, что пока весь процесс пройдет у нас уже выпадет первый снег.

В.Б.: Да, сроки. Мы сейчас ведем переговоры с природоохранной прокуратурой, изменилось законодательство, и нужен некоторый…

Д.Щ.: Переходный период.

В.Б.: Да, совершенно верно, переходный период, для того чтобы мы успели подготовиться. Поэтому у нас есть два варианта развития событий. Первый это если вдруг зайдут инвесторы, которые очень быстро спроектируют, проведут экспертизы и постоят полигон до снега, это очень сомнительно на самом деле. Но то, что это будет к зиме 2016-2017 гг. это точно. Полигоны снежные в существующем виде - мы будем добиваться, чтобы эту зиму они еще жили. Снег ведь все равно надо куда-то вывозить. Снег в таком виде, в любом случае лучше, чем, если бы мы в лес вывозили, и этот мусор мы вообще никогда не соберем потом. То есть мы хотя бы отслеживаем, что мусор вывозится, собирается. Мы будем настаивать, чтобы эту зиму мы отработали в этом режиме, с предоставлением каких-то гарантий, что в следующий год мы заходим в полигоны соответствующий всем требованиям законодательства.

Об одностороннем движении

Ю.Н.: Все наверно по поводу снежного полигона. У нас не очень много времени остается. Вопросы по одностороннему движению, по дворам.

Д.Щ.: У нас есть два аспекта, которые заявлялись, о которых мы говорили. Один аспект его вроде курировал Александр Александрович Шатунов, о том, что они прорабатывают с управляющими компаниями введение одностороннего движения во дворах, возможно не к вам вопрос. А второй аспект вообще в принципе какое это введение одностороннего движения во дворах, о чем мы с вами говорим последний год или полтора. Что есть вам по этому поводу сказать?

В.Б.: Что касается дорог, где мы собирались делать одностороннее движение, мы говорили в прошлом году о Чехова — Лермонтова, и Нефтяников — Кукуевицкого. Ну вот замеры показали, что на этих дорогах проблемы с трафиком по сути меньше всего. И введение там одностороннего движения может эту ситуацию только ухудшить. Теперь что касается дворов, работа ведется. Действительно там рабочая группа под управлением Александра Александровича работает, опять мы там сталкиваемся, с тем, чтобы сделать что-то на придомовой территории, нужно заручиться поддержкой всех жильцов. И получается, что сложно не с ГИБДД вопросы решить, не технически, а организационно, то есть сделать собрание собственников и т.д. То есть вот здесь сейчас загвоздка, пытаются этот вопрос "расшить", чтобы упростить, потому что если идти по каждому дому по пути общих собраний, ситуация потовая. Работы не получилось так быстро как хотелось бы, но я думаю, все равно продвинемся. То, что делать это нужно, про дворы, может быть не повсеместно в очень большом количестве дворов – это однозначно.

Д.Щ.: Это нужно просто показать людям, как это действует. Сколько раз я пытался утром проехать по дворам возле детского сада «Мальвина» (не знаю бывший или нынешний), там просто ад. Невозможно находится, там все нервы себе прожжешь, прежде чем проедешь.

В.Б.: Совершенно верно, ну и потом у нас все-таки есть положительный опыт, возле бывшего здания департамента городского хозяйства, проезд…

Д.Щ.: После двух месяцев дрессировок.

В.Б.: Два-три месяца были, конечно, сложности. Но, тем не менее, сегодня я считаю, что это совершенно нормальная практика. Сегодня там есть, где стоять машинам, сегодня можно проехать, не боясь, что ты встанешь там, на 2 часа. Потому что раньше бывало и такое. И музейный проезд, точно такая же история, тоже он всегда был забит, с этой торговлей. Тоже можно было встать так, что ты можешь там час простоять. Сегодня этого нет, сегодня можно там совершенно спокойно двигаться. Поэтому, на мой взгляд, опыт положительный.

Ю.Н.: По дворам, кстати говоря, вопрос наивный такой, может быть, просто поставить там обычный знак? Или так не действует?

В.Б.: Вы понимаете, просто поставить знак, нужно обязательно, чтобы какое-то время ГБДД там поработало. И еще раз говорю, нас могут просто остановить, потому что любые изменения на территории частной, по сути, не легитимны. Поэтому мы сейчас ищем выход из этой ситуации, чтобы с наименьшими потерями выйти.

Д.Щ.: Смотрите, есть дорога, а ты с дороги съезжаешь во двор, ну на условную частную территорию, ну вот прямо на этой дороге ставится знак одностороннее движение, не во дворе, с другой стороны ставится кирпич, то есть двор никто не трогает, но с дороги ты можешь съехать вот только сюда.

В.Б.: Не везде, это вот так. То есть где-то есть и боковой проезд, торцевой к дому принадлежит. У нас, по сути, к каждому дому своя собственная ситуация.

О ветхом жилье и смене управляющих компаний

Ю.Н.: Так, ладно. Вы говорите по поводу муниципальных собственностей. Вопрос немного сопряжен с этим понятием, буквально сегодня утром новость вижу о том, что Минстрой говорит о том, что хорошо бы передавать многоквартирные дома, которые уже ветхие, из управления частных управляющих компаний в муниципальную собственность. Такую новость не читали еще?

В.Б.: Нет, я такую новость еще не читал.

Ю.Н.: Но судя по скептическому выражению лица, она вам не очень нравится.

В.Б.: Конечная цель то, какая? В качестве управления, или в том, что дотации нужно с муниципалитета?

Ю.Н.: Я думаю, что управление, а дальше уже и содержание.

В.Б.: Я думаю, что если в качестве управления добиться от тех управляющих компаний, которые частные, сегодня этим занимаются. И у государства полномочия на это сегодня есть. А что касается субсидировать из муниципалитета, ну вот здесь вопрос сложный. Мы субсидируем на самом деле. Мы же знаем, что по ветхим аварийным домам достаточно серьезные суммы, на субсидируемые части затрат на коммунальные услуги и на содержание. Мы ежегодно это принимаем, и понимаем, что это адресно-социальная помощь тем жителям, которые живут. Потому что по факту стоимость содержания и коммунальных услуг в этих домах выше в разы, чем в домах капитальных. Но это же не справедливо. Люди итак живут, в общем-то, в условиях худших, чем люди в капитальных домах. Еще и должны платить больше. Поэтому эти субсидии как раз выравнивают стоимость. Мы такие затраты несем, что это даст пока мне не очень понятно.

Ю.Н.: Еще один вопрос от отдела по работе с читателями нашей газеты «на частные управляющие компании может повлиять путем их перевыбора, изменений, отозвать их лицензию. А что с жильцами, которые имеют отношения с муниципальными управляющими компаниями?» Они точно так же могут?

В.Б.: Точно такая же ситуация, один в один.

Ю.Н.: То есть рычаги влияния те же самые?

В.Б.: Да, конечно.

Д.Щ.: Перевыборы скорее.

В.Б.: Самый простой способ , это выбор другой управляющей компании. А еще лучше сделать ТСЖ. Понятно, что ТСЖ лучше делать там, где дом в хорошем состоянии, что в старом доме делать ТСЖ наверно – утопия. Но переизбрать можно всегда.

Д.Щ.: У нас есть например несколько домов «Сибпромстроя», где делать ТСЖ это просто 13-ый подвиг Геракла. Если судить по количеству квартир.

В.Б.: Смотрите, Университетская, 21 буквально недавно перешли под управление ТСЖ, думаю, что все у них получится. Там как раз очень много квартир, там и объем денег достаточно большой набирается.

Д.Щ.: Вот организовать…

В.Б.: Организовались. Университетская, 21 – хороший пример. Но здесь есть один фактор, обязательный из моих наблюдений, в доме должны быть по-хорошему буйные люди, которые возьмут на себя это бремя, эту адскую работу. Потому что если таких людей нет, то конечно ничего из этого не получится.

О дорогах

Д.Щ.: Есть вопрос по дорогам, которые я задавал одному из ваших подчиненных, Владимиру Владимировичу, в прошлый раз когда мы были в этой студии. Он не нашел на него ответа. У нас ситуация с дорогами довольно таки сложная, сложная она не только потому что в принципе на какое-то время отпустили ситуацию, и она усложнялась из-за недофинансирования. Но недофинансирование нам грозит дальше в течение какого-то времени, в рамках кризиса, в рамках того, что город больше вынужден отдавать под какие-то свои нужды, таких как содержание новых муниципальных предприятий, новых детских садов, учреждений и т.д. Мы понимаем, что в этом году мы уже меньше выделили на ремонт дорог, чем в прошлом и уже заняли из будущего. Возможно в будущем году еще меньше. Вы как руководитель этой области. Есть ли у вас какие-то мысли именно стратегического характера, понимая, что мы не ждем, что нефть подорожает, что деньги упадут внезапно откуда-то. Мы понимаем, что ситуация может быть сложной еще 5-10 лет, но дороги каждый год будут становиться все хуже. Что с этой ситуацией делать?

В.Б.: Отрицательно пиковый был прошлый год.

Д.Щ.: Но не факт что мы до нового отрицательного пика не дойдем.

В.Б.: Вполне может быть. Если вдруг мы не изменим решение к тоже что в дороги нужно каждый год вкладывать, а на сегодняшний день и у депутатов и администрации города понимание это есть. Условно есть 500 миллионов рублей, которые ежегодно нужно в дороги вкладывать. Сегодня ситуация несколько лучше, это чувствуется на дорогах. Я без всякой надуманности говорю. Прошлый год был кошмарный в плане дорог. В этом году мы деньги собирали, окружные, свои, «Сургутнефтегаз» положительно вмешался в эту ситуацию, просто у меня есть надежда, что и на следующий год насобираем. И мы все-таки серьезно работаем над долговечностью того, что мы делаем сегодня, первое это щебеночно-мастичный асфальтобетон мы применяем, у которых, как мы уже говорили прочность выше. Мы применяем присадки в битумы, которые делает их более вязкими, с этим мы продолжаем экспериментировать. Мы увеличили гарантийный срок на дороге подрядчиков, было три года, и все что делается в этом году, гарантийный срок уже четыре года. И Мы строго отслеживаем, чтобы гарантийные работы выполнились. У нас на этот год есть серьезный реестр гарантийных обязательств, которые в этом году обязательно должны быть выполнены. Это порядка 20 миллионов рублей. То есть расчеты на 20 миллионов рублей, те которые подрядчики должны сделать за свой счет. И здесь положительный фактор, что подрядчики все местные, что они не меняются каждый год, они одни и те же. Наверно сложно зайти на такой рынок, потому что это требует серьезных инвестиций в базы, в оборудования, в людей и т.д. Но у нас появляется малый бизнес, который делает небольшие объемы, говоря про большие дороги, то здесь подрядчики одни и те же. Они подписывают акт, они соглашаются, что те или иные участки они должны переделать. В этом году эта работа уже начата, до конца июля они должны гарантийные работы закончить. У нас есть этот список. И могу его вам предоставить. Получается, что наряду с тем, что 4 года гарантии, плюс хороший материал, но это не значит, что мы не должны на следующий год деньги искать. Не отремонтированных дорог огромное количество. Вот я последний раз к вам на брифинг приехал. Я сам живу здесь рядом, Сибирская, Рабочая улица в ужасном состоянии находятся, и еще куча таких улиц. Как только мы закончим с большими дорогами, у нас большое количество проездов, которые два года назад начали ремонтировать, и мы эту практику продолжаем. Потому что людям кроме как по дороге проехать, нужно еще заехать к себе во двор. И мы эти внутриквартальные проезды делаем и в этом году три проезда. Еще мы не перестаем экспериментировать: в этом году на часть дороги, которая идет к дачному кооперативу Прибрежный, там хотим попробовать технологии, когда эти крошки со специальной эмиссией замешивают и кладут в нижний слой. То есть ищем пути, как удешевить работы по восстановлению дорог. Потому что если мы бы этот способ нашли, то понятно, что объем за эти же деньги мог бы увеличиться. Всегда когда делится бюджет, есть некая приоритетность, на что пускать деньги. На мой взгляд, в ближайшее время, дороги должны быть в приоритете.

Д.Щ.: Ну и с божьей помощью округа и «Сургутнефтегаза».

В.Б.: Ну конечно. Мы всегда челом бьем и в округ, и Владимиру Леонидовичу, и нас слышат по этому поводу. Округ тоже понимает, что каждый муниципалитет, каждый город это не просто город, а часть региона. И комфортность жителей зависит от того как они живут в каждом муниципалитете, не только от того как они передвигаются между городами.

Д.Щ.: Может ли быть более человеколюбивой система, когда начинается ремонт, заметна каких-то сетей, когда это касается передвижения по дорогам. Например, я недавно ехал по каким-то своим делам в администрацию города, со стороны улицы Майской, и думаю: «вот сейчас поверну, где я обычно заворачиваю к проезду Советов», а там вырос забор, там люди что-то копают. И у нас очень многие люди вот так где-то на Малик–Карамова воткнуться в забор неожиданный. Можно ли, чтобы висел какой-то плакат, табличка: «здесь вы не проедете, выбирайте пути», чтобы это было цивилизованно, чтобы люди понимали, что о них подумали, прежде чем начать этот ремонт.

В.Б.: Согласен. Наверно, нужно это делать. Принимается точно. Мы всегда делаем объявление о том, что та или иная улица с такого-то числа закрывается. Мы это делаем на сайте города, мы используем ваши площадки.

Д.Щ.: Но все равно, об этом могут узнать 10, 20, 30 тысяч человек.

В.Б.: Согласен. Надо вешать большой плакат с указанием схемы, как это делается в некоторых городах.

Д.Щ.: Ну слава богу. Где-то наш город станет чуть более комфортным.

В.Б.: У нас очень короткий ремонтный период, и мы же сталкиваемся не только с дорогами, но с ремонтом сетей. Поэтому складывается ощущение, что весь город вдруг раз и встал. С одной стороны летом и транспорта чуть-чуть поменьше, казалось бы. Но Сургут уже не тот город, что выехавшие в отпуск чувствуется, что они выехавшие, что летом стали улицы пустынней, ощущения уже нет. Тут ничего не поделаешь. Отказаться от ремонта нельзя, хотим, не хотим, придется с этим смириться.

И снова о Варламове

Ю.Н.: Ходите пешком, можно сказать. Тем более, что летом погода позволяет.

В.Б.: Кстати, о том, что ходить пешком. Там же Варламов написал, что нужно всех мэров заставить ходить пешком.

Д.Щ.: Вы пойдете?

В.Б.: Да я хожу пешком, и на велосипеде много езжу по городу. Поэтому еще раз о том, что мы якобы не знаем, что творится в городе – очень хорошо знаем. И я думаю, Дмитрий Валерьевич на велосипеде ездит, и пешком он ходит достаточно много.

Д.Щ.: У меня раньше был велосипед кросс-кантри, я очень сильно страдал, когда перемещался по Сургуту, и мне посоветовали купить горный. Я не понимал, зачем горный, если я езжу в городе. И я понял почему: на горном велосипеде вполне можно ездить, и ты уже можешь справиться с бордюрами. Не хочу себя представлять на месте мамы с коляской

В.Б.: Я сам кстати с коляской хожу, это не самое страшное на самом деле. Коляски поднимаются, это не критичная ситуация, на велосипеде сложнее. А вот кто сам ездит на коляске, это уже самая критичная ситуация. Для них нужно создавать условия в первую очередь. Мы в этом году наконец-то добились, что там, где мы ремонты делаем все таки в ноль уходить с бордюрами. В прошлом году мы не смогли уйти в ноль, все-таки были требования, которые составляют 4 сантиметра. Я объясняю, что, понимаете, 4 сантиметра они тоже критичны, потому что человек в инвалидной коляске заехать в эти 4 сантиметра не может самостоятельно. Поэтому в этом году добились, согласовали с ГИБДД, выход с тротуара в ноль.

Ю.Н.: Мы как начали, так и закончили на Варламове. Предлагаю начать расходиться. У нас сегодня был в гостях заместитель главы администрации Владимир Базаров. Дмитрий Щеглов, Юрий Нуреев.

В.Б.: Спасибо, разговор был интересным.



10 июля 2015 в 09:56, просмотров: 4125, комментариев: 2


Комментарии:
Егор Леонтьев
Вопросы от МОО "Зеленый Фронт":
1. В какой срок будут закрыты существующие снежные полигоны
2.Будет ли произведена рекультивация почв на этих территориях
Жучка
Самая плохая идея, убрать заборчики, которую мог предложить приехавший на два дня человек.
Вы боретесь с незаконной парковой на газонах и улучшением состояния безопасности на дорогах, а в итоге создаете благоприятные условия для нарушения правил. Не будет заборов, так после обильного снегопада газоны превратятся в парковочные места для машин, а если их убрать с разделительной полосы, то возможен обгон по встречной полосе, когда пробки.
Подумайте что Вы делаете с Сургутом! Неужели эта идея действительно стоит того, чтобы тратить на демонтаж заборов 17 млн. руб. из средств налогоплательщиков. Для чего? Чье самолюбие Вы хотите утешить? Лучше приведите в порядок остановки, назначьте ответственного, кто будет следить за их чистотой.
Показать все комментарии (2)

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.

Вы можете войти на сайт или зарегистрироваться


Топ 10

  1. ​В Ханты-Мансийске полицейские раскрыли кражу шашлыков с помощью собаки 2277
  2. Качество питания в российских школах родители могут оценить на портале Госуслуг 1436
  3. Евгений Дьячков: «Как ни странно, государство сдержало обещания о гарантированных выплатах в поддержку авиаотрасли» 1345
  4. За прошедшие сутки в Югре выявлен 81 новый случай заражения COVID-19 1111
  5. ​В деле о погибших в 2016 году акробатах из Нефтеюганска появились отягчающие обстоятельства 966
  6. В Сургуте сбили девушку, которая переходила дорогу 905
  7. ​В Югре растет число классов, ушедших на карантин из-за COVID-19 и ОРВИ 847
  8. ​Три депутата думы ХМАО попали в список самых богатых 819
  9. ​Семье умершего от отравления школьника в Сургуте оказывают психологическую помощь 809
  10. ​Земельные лоты на комплексную застройку в Сургуте отсутствуют, а те, что выставляются, не пользуются спросом у застройщиков 808
  1. Владимира Зятькова, погибшего на реке Черная, похоронили в Ишиме 640570
  2. Жителя Сургута оштрафовали на 30 тысяч за картинки с Летающим Макаронным Монстром 268000
  3. Аферист обманом оформил на сургутянку кредит 52194
  4. Десять сургутских спортсменов стали мастерами спорта 23097
  5. В Сургутском районе 4-летний ребёнок отравился ртутью 19483
  6. ​В Сургутском районе ищут пропавшую с угодьев беременную женщину // ОРИЕНТИРОВКА 16699
  7. ​Житель Сургута ворвался в общежитие с автоматом в руках // ВИДЕО 15707
  8. Аллея у Мемориала Славы в Сургуте стала местом сбора пьяных подростков 11604
  9. Глава Сургута проверил тротуары на улице 30 лет Победы, которые затапливает водой 11336
  10. ​В Сургуте сгорел двухэтажный дом // ВИДЕО 8534
  1. Владимира Зятькова, погибшего на реке Черная, похоронили в Ишиме 640570
  2. Жителя Сургута оштрафовали на 30 тысяч за картинки с Летающим Макаронным Монстром 268000
  3. ​Кто такой Зятек? 56343
  4. Аферист обманом оформил на сургутянку кредит 52194
  5. ​Жительница Нефтеюганска продала горожанам путёвки, но деньги присвоила себе 31724
  6. ​В Сургуте погиб последний «классический» вор в законе Владимир Зятьков 30328
  7. ​Четверо погибли, четверо госпитализированы: в Сургуте крупное ЧП на реке 29761
  8. Десять сургутских спортсменов стали мастерами спорта 23097
  9. ​Почему глава Сургутнефтегаза Богданов не праздновал День нефтяника с министрами и губернатором Комаровой 23008
  10. Слишком много истории?.. 22030