16+
Больше новостей
Больше опросов

«Нынешняя власть боится образа Сталина и хочет подавить память о нём. Главная причина тому — современная коррупция» // ВИДЕО

Онлайн-конференция с депутатом Госдумы Вячеславом Тетекиным

Сегодня, 27 мая, в 16.00 в эфире siapress.ru в очередной раз на вопросы журналистов и читателей ответит депутат Государственный думы от партии КПРФ Вячеслав Тетекин.

Дмитрий Щеглов: Здравствуйте, уважаемые зрители, слушатели, читатели siapress.ru. У нас в эфире очередная онлайн-конференция. Сегодня наш гость, уже постоянный гость, можно сказать, друг нашей редакции, депутат Государственный думы от партии КПРФ Вячеслав Николаевич Тетекин. Здравствуйте, Вячеслав Николаевич!

Вячеслав Тетекин: Добрый день!

«Донбасс будет территорией России»

Д.Щ.: Регулярно у нас появляется представитель коммунистической партии, обсуждаем разные вопросы, в том числе, всегда с вами интересно поговорить на тему безопасности, потому что вы входите в соответствующий комитет Госдумы. Первый вопрос хочу задать именно из этой сферы. У нас не так давно было заявлено о том, что проект «Новороссия» сворачивается. То есть такое было достаточно пространное заявление, про него даже не все СМИ хоть как-то написали. Но некоторые предположили, что сворачивание проекта «Новороссия» означает, что Россия вроде как намекает Украине и Западу, что все, хватит, давайте, заканчиваем всю эту заварушку на Донбассе и уже будем потихоньку идти к миру. Как вы считаете, что на самом деле там происходит в этом плане?

В.Т.: Дело в том, что ряд исторических процессов и исторические процессы вообще отличаются объективностью. Слово «объективность» в данном случае имеет не тот характер, что честность, порядочность, правильность и так далее, а имеет значение, что не зависит от воли людей зачастую, от воли руководителей. Есть такое выражение, что «великие люди – это ярлыки на событиях истории». То есть желающих история ведет, нежелающих тащит. Сплошь и рядом люди считают, придя во власть, что они теперь начинают управлять историей. На самом деле не так. История управляет людьми. Почему я об этом говорю? Вот даже «Крым – наш». То, чем гордится, так сказать, господин Путин и на чем резко возросла его популярность.

Д.Щ.: А вы гордитесь?

В.Т.: Я, конечно, горжусь, что Крым присоединился к нам, но, я бы хотел подчеркнуть, что это не Владимир Владимирович Путин наравне с Екатериной II и Потемкиным присоединил Крым. Нет, Крым сам присоединился. Я не помню, рассказывал вам или нет в предыдущей передаче, при прошлой нашей встрече, я был свидетелем того, как это происходило. Это было народное волеизъявление. И до того, как там появились «вежливые люди», я был там до того, как там появились «вежливые люди», я разговаривал с людьми, которые обеспечивали вот это народное волеизъявление.

То же самое происходит сейчас на Донбассе. Это не потому, что Москва вдруг решила, так сказать, вот, давай, мы сейчас поможем этим борющимся людям. Москва была вынуждена помогать этим борющимся людям. То есть сначала началось народное восстание. Я оцениваю то, что происходит на Донбассе, как национально-освободительное движение, и после этого нехотя, я хочу это слово подчеркнуть, Кремль начал, так сказать, худо-бедно, спустя рукава, но помогать Новороссии. Но там события будут развиваться в соответствии с собственной динамикой. Почему? Какие важнейшие объективные факторы? Ключевые объективные факторы заключаются в том, что Донбасс экономически, культурно, исторически, в том числе, в человеческом смысле привязан к России. Он в свое время был искусственно включен в состав Украины.

И сейчас, когда свергают памятники Ленину на Украине, я думаю: идиоты, вы что творите? Потому что именно по решению советской власти вот эти все промышленно-развитые области вошли в состав Украины. Именно при советской власти. Они никогда не были частью Украины. И сейчас они, свергая эти памятники, на самом деле отрезают историческую память. Вот, что происходит. Это первое.

Второе. Экономически. Конечно же, все эти промышленно-развитые регионы, теперь уже, так сказать, Новороссия мы их называем, они теснейшим образом связаны с Россией. Рынок находится в России. Для Новороссии вступление в ЕС смерти подобно. Почему? Потому что их товары там не нужны. Эти товары нужны в России. То есть экономически они самым непосредственным образом связаны с Россией. Вот сейчас запрет на военно-техническое сотрудничество означает, что на Украине просто погибнет высокотехнологическая промышленность. И третье обстоятельство заключается в том, что само киевское руководство, необандеровское, неонацистское руководство отрезало сознательно в течение вот этих полутора лет Новороссию от России. Каким образом?

Вот эти все беспрерывные, внешне нелогичные, но систематические обстрелы жилых кварталов, уничтожение промышленных предприятий. Ребята, если вы хотите вернуть эти территории назад, вы должны, в первую очередь, позаботиться об их сохранности, чтобы ни одна пуля, ни один снаряд не упали мимо окопа или блиндажа какого-нибудь. Нет, они систематически уничтожали промышленность и жилищную инфраструктуру. Это значит, что они изначально понимали в Киеве, что им не вернуть эти территории уже назад. Как говорится, сам не съем, то понадкусываю. Что-то вроде этого. Вот такая логика была. То есть они уничтожали промышленный потенциал. Зачем? Это происходило потому, что они прекрасно понимали, что не вернуть эти территории назад. Значит, не доставайся же ты никому! По такой логике. Поэтому Россия будет через какое-то время стоять перед выбором, что делать. Украина сейчас физически просто не в состоянии восстанавливать эти регионы. Россия может восстанавливать регионы и надежды народа, по-прежнему, обращены к России. По-прежнему, население Новороссии ждет каких-то решительных шагов со стороны России. Я думаю, через какое-то время логика событий вынудит Кремль все-таки вернуться к тому, что заниматься восстановлением. Это уже сейчас отчасти происходит. Эти гуманитарные конвои, которые завозят шифер, стройматериалы, чтобы ремонтировать дома. Уже эти факты происходят.

Д.Щ.: Давайте вернемся к началу вопроса. Все-таки закрытие проекта «Новороссия». То есть сказал там человек, который сказал, что все, у нас проект «Новороссия» закрывается, все, всем спасибо. Это расценили как сигнал Москвы о том, что она хочет закрыть вопрос с Донбассом и завершить помощь повстанцам, которых кто-то называет террористами, а кто-то повстанцами. Как вы думаете, к чему мы идем? Вы говорите противоположную сторону о том, что Россия собирается все-таки додавить эту ситуацию и, скорее всего, вернуть. Я правильно понимаю?

В.Т.: Не совсем. Россия будет вынуждена это делать. Кремлевское руководство изначально, я в этом глубоко убежден, не хотело вмешиваться в эту ситуацию. Они вмешались в нее вынужденно, нехотя. Почему? Потому что когда пошел через границу поток добровольцев, когда не телевидении появились страшные кадры разрушений, уничтожений, Кремль просто не мог закрыть глаза и сделать вид, что он ничего не видит и никаким образом не участвует. Более того, мы опрометчиво поступили с самого начала. На мой взгляд, нужно было еще раньше предпринимать более решительные действия. Потому что, как результат нерешительности Кремля, мы получили почти миллион беженцев на нашей территории. Это же огромная нагрузка на наш бюджет, на нашу социалку. Это можно было предотвратить, остановить, если бы решительные меры были предприняты с самого начала. Нет, дотянули до августа, так скажем, до того, когда пришлось решительно вмешиваться. Ну, добровольцы, что называется. А сейчас возникнет та же самая ситуация, но экономического характера. Потому что там начнется элементарный голод, он уже там есть. Потому что Украина сказал, что мы кормить не будем, пропускать товары не будем, поля не засеянные, они все напичканы неразорвавшимися снарядами и минами. Что людям делать? Это миллионы людей. Что будем делать? Делать вид, что это украинская территория и нас это не касается. Тогда люди будут умирать с голоду, они уже сейчас умирают с голоду. Добровольцы, которые выезжают туда, говорят, что в заброшенных домах находят труппы людей, которые элементарно умерли с голоду, пожилые люди, которые не в состоянии выйти из дома. А поскольку все соседи разъехались, помощь оказать нечем, люди гибли. Когда говорят 6 тысяч погибших, на самом деле гораздо больше от всего этого дела. И что Россия будет закрывать глаза на то, что там происходит? Но это невозможно. Это гуманитарная катастрофа, причем в самой страшной форме.

Д.Щ.: Да, понятно. Но все-таки позвольте оппонировать в этом вопросе. Вы говорите, что Россия была вынуждена вмешаться в этот конфликт и там начались все эти процессы, добровольцы. Вам не кажется, что случилось несколько наоборот. Что сначала Россия вмешалась в информационном плане? У нас же была совершенно чудовищная истерия, поднялась по поводу Украины, Донбасса, распятых мальчиков. Все эти вещи подогревали то, что все эти люди в итоге взяли оружие. Причем, как некоторые полагают, люди взяли оружие непосредственно в военных частях, расположенных в России, их переправляли в качестве добровольцев в Донбасс, причем это были некоторые российские военные, которые уходили на Донбасс и так далее. Здесь, может быть, причина и следствие у нас по-другому немного выстроены? Потому что, да, организовали процесс, но организовали именно для того, чтобы поддерживать там напряжение. Потому что есть же версия о том, что поддерживать военные действия на территории Украины, это делается для того, чтобы Украина не получала какую-то экономическую помощь Запада, на которую она рассчитывает. Опять же такая версия существует. Как вы думаете по этому поводу?

В.Т.: Начнем с того, что вы сказали, что военные действия, чтобы не получала экономическую помощь со стороны Запада. Запад будет давать деньги в любом случае. Когда это в их национальных интересах, плевать они хотели на международное право. Это я, поскольку много лет занимаюсь международными отношениями, знаю, что наши партнеры абсолютно циничны в этих вопросах, они очень легко идут на любые нарушения, когда это в их интересах. Например, прием в НАТО страны, которая имеет территориальные споры с соседями, так сказать, не разрешается по уставу НАТО. Вместе с тем Литву в начале 90-ых приняли в НАТО, не смотря на то, что по Калининграду, по границе были немалые проблемы. Тем не менее, приняли. Поэтому с точки зрения оказания материальной помощи, вне всякого сомнения, там много разных каналов, международные ведомства, государственные ведомства, спецслужбы, которые располагают колоссальными фондами для того, чтобы оказывать материальную помощь. Так что военные действия или не военные действия, Запад все равно будет давать деньги туда, где это в их национальных интересах.

Д.Щ.: Ну, предположим.

В.Т.: С точки зрения того, что мы раздули вот этот конфликт путем информационной ну не сказать войны, но атаки на Украину. Давайте начнем с самого начала. Кто произвел государственный переворот на Украине? Он был произведен не смотря на то, что Россия всячески пыталась некий статус кво сохранить. И Россия согласилась с тем, что Янукович, который, якобы, считался пророссийским президентом, на самом деле, он таковым не был, надо четко об этом сказать, что Януковичу поставили некий ультиматум, которого он должен был придерживаться. То есть Россия поддержала усилия западной дипломатии на то, чтобы урегулировать этот конфликт, майданную ситуацию, несмотря на то, что Януковичу был предъявлен ультиматум, он должен был уйти в ближайшее время. Тем не менее, произошел государственный переворот. Причем этот государственный переворот сразу же нанес удар по интересам России. Каким образом? Что было детонатором взрыва? Детонатором взрыва Новороссии были не действия России, а действия украинского парламента, который отменил закон о статусе русского языка в этих регионах. Вот это взорвало людей. Удар был нанесен по сокровенному, по родному языку для этих людей.

Кто спровоцировал? Россия? Нет, его спровоцировали из Киева. И после этого начались некие события. Но опять же начались, как говорится, на низком уровне. Отряд Стрелкова захватил райотдел милиции, окопался там и стал ждать, когда его оттуда вышибут. Тот же самый Стрелков говорит, ну мы 3-4 дня продержимся. Все, на этом все должно было закончится. Но государственная машина украинская настолько оказалась ржавой, прогнившей, что она не смогла даже этой ограниченной задачи решить, вышибить вот этот повстанческий отряд. И после этого началась самозаводка этого процесса, потому что люди поняли, а можно воевать, оказывается, они взяли в руки оружие. И никакой России там в тот момент и близко не было. Но по мере того, как началось вот это наступление со стороны украинской армии, причем наступление осуществлявшееся варварским способом. Ведь вот, что меня лично поразило в этой ситуации, я думал, что там тоже быстро задавят в стрелковом, там это, Славянске.

У нас начались обстрелы жилых кварталов. Ребята, это что такое? Это что, российская пропаганда этим занималась? Когда вдруг 152-миллиметровые снаряды с гаубицами начали сыпаться на жилые дома. Это что такое? Это война против мирного населения. Это геноцид, это военное преступление. И что, Россия должна была молчать? Россия, по крайней мере, на начальном этапе занималась только тем, что поднимала общественное мнение, привлекала вот к этим военным преступлениям, которые совершались денно и нощно на Украине.

Мы обязаны были это делать. Мы не имели права замалчивать преступления, которые там совершались. И вот эта ситуация самозаводилась. Но всегда первый шаг делала та, киевская сторона. Не Россия. Я глубоко убежден в том, что Кремль, лично Путин был крайне не заинтересован в обострении этого конфликта. Он всеми силами старался избежать этого. Но когда люди увидели на экранах ТВ это дикое варварство, они хлынули через границу. По большому счету, не так много возможностей было остановить этот поток. Кремль не потому, что он поощрял этот самый поток людей через границу. У нас просто нет границ, по большому счету. Поэтому вот эти контрольно-пропускные пункты пограничные, да пожалуйста, 2 км отошел в сторону, перешел речку, ты уже на украинской стороне, всех дел-то. Что касается оружия. Оружия там прорва. Оно осталось там со времен войны, захватывались воинские части, там обнаружилось оружие. Боеприпасы, единственное, что могло подходить со стороны России. Опять же, я говорю, этот процесс самовозводился постепенно. Никакой злой воли Кремля в этом не было. Кремль следовал за событиями. Это именно то, о чем я говорил с самого начала. То есть история, логика развития там событий тащила Кремль за собой, а не наоборот.

«Это не первый раз, когда русские люди в отпуске вместо того, чтобы позагорать, едут повоевать»

Д.Щ.: Хорошо. Вот помните, в одном из наших с вами разговоров, когда вы рассказывали, как вы давали интервью западной станции и рассказывали про "вежливых людей", сказали, нет, здесь нет российских военных. Когда я вас спросил, есть ли на Донбассе российские военные, вы мне сказали, ну, я вам отвечу, нет. То есть мы сегодня понимаем, что, вероятнее всего, они там есть.

В.Т.: Я вам по-прежнему отвечу: нет. Что понимать под "военными"? Люди, которые умеют владеть оружием, там есть. А вот люди в погонах, которые, так сказать, со своими удостоверениями личности, в портупеях и со звездочками, таких там нет.

Д.Щ.: Все-таки полагаю, что кадровые российские военные там есть. Вот два ГРУшника, которые находятся в плену, которые в плену либо арестованы, про которых российская сторона говорит: нет, они у нас уволились еще в декабре, они у нас не числятся в списках военных, поэтому, извиняйте, это не наши. Опять же, по данным людей, которые там были, один из них там плакал, когда узнал, что жена рассказывает про него, что он уволился, что он уже не военный. Такая информация есть. Здесь вопрос: наши, не наши, бросаем, не бросаем своих? Своих на Донбассе мы, вроде как, не бросили. А свои военные, которые то ли военные, то ли не военные, то ли попались, то ли не попались, то ли в плену, то ли арестованы. Вот с ними что?

В.Т.: Насчет войск. Есть они там или нет. Испания, 35-ый-37-ой год, гражданская война. Там были или нет советские войска в Испании? Я задаю вам вопрос.

Д.Щ.: Но опять же, по моим данным, все-таки были.

В.Т.: Все знают, что там воевали советские люди. Там не было войск. Там не было регулярных подразделений, частей там не было. Войск советских, в полном смысле этого слова, в Испании не было. Здесь примерно та же самая ситуация. Добровольцы. Добровольцы - это стандартная практика, я вас уверяю. Это не уникальный случай, что в России вдруг, так сказать, обнаружится некое количество людей, которые в отпуске решили вместо того, чтобы позагорать, решили повоевать. Во всем мире эта практика применяется. Ничего в этом сверхъестественного нет. Это стандартная практика, которая тянется испокон веков. Когда люди воюют, то ли по приказу, то ли чтобы подзаработать. Я в данном случае говорю не о наших военных.

Д.Щ.: А наши там не зарабатывают?

В.Т.: Думаю, что нет. Дело в том, что этот закон о наемничестве, он очень сильно давит на людей, которые там находятся. Я имею в виду добровольцев. Они даже отказываются брать деньги для того, чтобы избежать обвинения в наемничестве. Так что российских войск там действительно нет, я говорю об этом со всей убежденностью. Другое дело, что там есть много хорошо подготовленных профессиональных военных, которые уже по тем или иным причинам ушли из вооруженных сил. Да, это признается. Что касается этих двух задержанных бойцов, не знаю их ведомственную принадлежность, я убежден, рано или поздно они вернутся на Родину, их не забудут, вне всякого сомнения.

Д.Щ.: То, что сейчас от них отказываются, говоря, это не наши?

В.Т.: Нет, это стандартная практика. Люди, которые занимаются некими специальными миссиями, они должны быть готовы к тому, что они могут попасть в такую ситуацию, когда им будет сказано, так сказать, на официальном уровне, нет, мы их не знаем. И тем не менее, будут приниматься усилия для их освобождения. Это стандартная практика, что касается действия, например, разведок всего мира. Никогда ни одна разведка мира не признает, что задержанный человек является офицером той или иной разведки. Но, тем не менее, я в данном случае опять говорю, не применительно вот к этим бойцам, так сказать. Тем не менее, принимаются максимальные усилия для того, чтобы их вытащить назад. Поэтому я глубоко убежден о том, что сейчас за кулисами принимаются достаточно энергичные усилия, идет некий торг, скорее всего, кого на кого обменяют. Так что там через некоторое время какие-то новости на этот счет будут.

«Донбасс — как «горячая картошка»

Д.Щ.: Хорошо. Давайте все-таки еще раз вернемся к Новороссии, которой как бы уже вроде не существует, но она чисто эфемерно еще существует. Даже если состоится ситуация, когда, как вы сказали, Кремлю придется выбирать между тем, чтобы забрать все-таки Новороссию, либо что, я не знаю, оставить, не оставить, наверное, да, оставить. А что будет с нашим бюджетом? Мы не лопним от такого количества разрушенной территории в своем составе? У нас итак-то бюджет по швам трещит, итак кризис в стране. А тут еще полностью разрушенная территория и гуманитарная катастрофа. Что делать?

В.Т.: Знаете, на одном из заседаний комитета по обороне рассматривался 2 года назад вопрос о состоянии этого самого Оборонсервиса печально известного, мадам Васильева и прочее. Один из депутатов, когда те начали жаловаться на жизнь, на то, что не хватает денег для того, чтобы привести в порядок отопительную систему в различных, особенно, северных гарнизонах, один из депутатов не выдержал и сказал: "Воровать надо меньше!". Воровать надо меньше! Денег у нас прорва, на самом деле, мы самая богатая страна в мире. И нечего нам жаловаться на жизнь. Другое дело, что неумение верхушки распорядится грамотно этими деньгами, привело к тому, что мы оказались в нынешней печальной ситуации. То есть деньги у нас есть. И опять-таки, возвращаясь к своей любимой теме футбольного чемпионата. Я убежден в том, что восстановить разрушенное жилье не дороже, чем построить эти самые 10-11 стадионов, которые собираются, белых этих самых слонов, которые будут строить, 40-тысячники, которые в этих областных центрах никому совершенно не нужны.

Это дешевле, восстановить. Не так же там много, на самом деле, разрушено. Не такие уж колоссальные расходы придется понести. Все это можно сделать. Это первое. Второе заключается в том, что это жизнеспособные регионы, они не дотационные, они экономически самые мощные. Чуть ли не 20% национального бюджета, валового внутреннего продукта Украины формировалось за счет Луганской и Донецкой областей. То есть они жизнеспособны. Это прибавка, на самом деле. Если грамотно сначала восстановить, а затем развивать промышленность этих регионов, мы получим огромную прибавку к нашему бюджету. То есть с экономической точки зрения, в данном случае я подчеркиваю: не с политической, а с экономической точки зрения, присоединение этих регионов или, лучше сказать, возвращение в состав России, где они всегда традиционно были, это никаким образом не обременяет наш бюджет, а наоборот повысит нашу конкурентоспособность, в том числе, на мировых рынках. Там же крупные мощные предприятия, в том числе, оборонно-промышленного комплекса. Мы с ними теснейшим образом связаны. И тогда ликвидируются таможенные барьеры и, на самом деле, мы будем в плюсе, а не в минусе, как кое-кто пытается изобразить.

Д.Щ.: А вы не находите, что сейчас находятся в ситуации Путин и Порошенко, как горячую картошку пытаются друг другу отдать этот Донбасс, потому что никто не хочет его забирать, потому что понимают, что это...

В.Т.: Да, да, вы абсолютно правильное привели сравнение. Вот сейчас Донбасс находится вот в этом состоянии. Но, в конечном счете, картошка остывает, ее нельзя бросать, она начнет прилипать к рукам и неизбежно она к чьим-то рукам прилипнет. Но дело в том, что мы говорим о будущем Донбасса или будущем Новороссии, так сказать, в цветах черный-белый. А есть еще масса оттенков этих цветов. То есть, о чем идет речь? Вот мы говорим: мы забираем Новороссию или мы отдаем Новороссию. Да нет, ребята, существует много самых различных форм государственного устройства. Вот, например, возьмем Южную Осетию и Абхазию. Они не являются частью РФ, но никто не скажет, что они являются частью Грузии. Конечно же, они гораздо ближе, назовем это так, к России. Фактически, де-факто, обладая полной автономией, самостоятельным государственным суверенитетом, они являются частью России. И здесь то же самое. Не сложно предположить, что при определенном расскладе событий, а, скорее всего, она к этому придет, они формально будут как бы считаться частью Украины, но де-факто они будут уже настолько сильно интегрированы в состав РФ, что через какое-то время этот конфликт уже решится, очередной референдум и так далее, и тогда они полностью интегрируются в состав России. Я еще раз подчеркиваю, это не потому, что у меня там какие-то империалистические замашки, хочется возрождения вот такой вот огромной страны. Экономическая логика вот к этому ведет. Я всячески подчеркиваю этот факт. Почему вообще поднялось население Новороссии? Ведь не только вопрос о языке или ущемлении каких-то культурных, социальных прав. Народ своим народным умом понял о том, что вступление всей Украины в состав Евросоюза, установление таможенных границ ведет к ликвидации промышленности и все, катастрофа там. И поэтому народ инстинктивно двинулся в сторону России. Экономическая логика, прежде всего. И здесь произойдет, на мой взгляд, то же самое. Поперебрасывают картошку, но в конечном счете, она окажется в руках России, я в этом убежден.

«Из-за неправительственных организаций мы могли получить в России майдан»

Д.Щ.: Хорошо. Тогда к следующей теме. Вы, как депутат Госдумы, скорее всего, в обсуждении, голосовании за такие законы, как некоммерческие организации, иностранные агенты и нежелательные некоммерческие организации на территории России. Сейчас полыхает скандал вокруг "Династии" - некоммерческая организация, которая была Минюстом принята в качестве иностранного агента. Соответственно, господин Зимин сказал, ребята, если вы так к нам относитесь, то, извиняйте, я не собираюсь больше этим всем заниматься. Он вкладывал свои деньги в эту организацию, соответственно очень серьезно помогал науке, публикациям научным, гранты ученым и так далее. То есть занимался нормальной гуманитарной деятельностью. Как вы считаете, эта ситуация о чем говорит? То есть эти законы вообще нужны, они хоть что-то хорошее сделали для России в принципе?

В.Т.: Разумеется, я, как представитель оппозиции, заинтересован в максимально либеральном режиме действия политической, культурной, скажем так, позиции, я говорю. Позиция КПРФ заключается в том, что сейчас чрезмерно репрессивное законодательство, мы на всех углах об этом говорим, о том, что власть в последние годы очень энергично закручивает гайки и принимается масса законов, которые все больше и больше усложняют жизнь политической оппозиции и ухудшают возможность для политического самовыражения.

Эти все запреты на митинги, на собрания, так сказать, необходимость подачи заявки, очень жесткие условия выдвигаются теперь уже не просто для массовых митингов, но и для обычных пикетов. Одиночные пикеты уже начинают попадать под действие этих законов. Автопробеги пытаются запретить, которые, так сказать, в политических целях осуществлялись. Вернее, подвести их под действие тех же самых законов. То есть гайки закручиваются безостановочно. Мы выступаем против этого.

Но, с другой стороны, мы должны смотреть в каждом конкретном случае. Почему применяется некое, так сказать, репрессивное законодательство? Почему оно вводится? Вот этот вопрос об иностранных агентах. Он очень важный и очень болезненный вопрос. Дело в том, что в свое время Россия превратилась в безбрежное поле для охоты для западных спецслужб. Они нашпиговали нас, я вам должен сказать, через гуманитарные и прочие культурные организации, исследовательские организации, разные фонды и так далее. Вся территория России была фактически покрыта этими организациями. Дело в том, что один раз мне попал в руки некий документ из американского посольства, он открытый документ совершенно. Там была указана дислокация вот этих пунктов гуманитарной помощи, скажем так. Я поразился. Вся территория России была полностью накрыта этими самыми организациями. К чему это могло привести? Давайте посмотрим на ту же самую Украину. Ведь Нуланд призналась, так сказать, открыто, тоже они иногда, так сказать, ляпают, что Запад, США вложили 5 млрд долларов в укрепление так называемого гражданского общества. Что это на самом деле значит? Были созданы массы неправительственных организаций, которые накрыли всю территорию Украины вплоть до райцентров. Я где-то видел цифру о том, что по западным грантам на Украине в то или иное время, может быть, не единовременно жило, примерно, 150 тысяч человек. Причем, это наиболее активная часть населения, люди с высшим образованием, с определенными политическими навыками. И то, что произошло на Майдане, вовсе не стихийное волеизъявление народа. Это была операция спецслужб, однозначно совершенно. То есть то, что поначалу началось как стихийное волеизъявление, это так бывает на Украине, к сожалению, в отличие от нас, что народ поднимается, выходит и ему не особенно препятствуют.

У нас сейчас гайка так закручена, что из этого ничего не получится. До поры до времени, на мой взгляд. А там все-таки политическая культура, политической свободы было побольше. Народ вышел, постоял. Но через некоторое время, через пару-тройку месяцев народ начал расходиться. И вот тут в действие вступили совершенно иные силы. Этот конфликт начали раздувать, подогревать. Чем? Деньгами. То есть на Майдане в конце стояли уже подготовленные, оплаченные люди. Это были совершенно разные Майданы. Это уже было не то стихийное народное волеизъявление, которое началось в ноябре, а совершенно другая история. Что, в России не могло этого произойти? Запросто. Я вам говорю о том, что видел ту раскладку, так сказать, в которой сотни неправительственных организаций, находившиеся под западным контролем. И что мы могли из этого получить? Мы могли получить из этого то, что Украина получила в 2004 году, когда одного прозападного президента сменили другим, еще более прозападным. То есть речь-то шла о возможности либерального реванша. Я никоим образом не идеализирую нынешнюю правящую группировку. Я принадлежу к числу наиболее активных критиков этой правящей группировки. Но то, что нам могли попытаться посадить на голову еще более либеральное правительство, у меня нет никаких сомнений в этом. И эти планы еще никуда не ушли, они сохраняются.

Д.Щ.: Тут уже очень много вещей, которые нужно уточнять.

В.Т.: С удовольствием.

«Патриотизм — это в том, чтобы надеть ленточки»

Д.Щ.: Вы говорите, что у нас сейчас еще более либеральное правительство в то время, когда мы находимся в состоянии, когда нам закручивают гайки и всеми словами говорят про духовные скрепы, консервативную политику и противостояние Западу. Где здесь либерализм? В какой части находится?

В.Т.: У меня у самого, говоря народным языком, едет крыша. С одной стороны, так сказать, патриотизм и презренный Запад душит нас костлявой рукой голода. С другой стороны, все знающие экономисты в один голос говорят, что наши экономические проблемы рукотворные. Обама здесь не причем. Центробанк, Минэкономразвитие и Правительство. Вот, кто несет прямую ответственность за то, что мы оказались в таком…

Д.Щ.: Не президент?

В.Т.: Разумеется, как глава государства. Все с его согласия делается. То есть, с одной стороны, нас призывают к патриотизму. С другой стороны, либеральный блок правительства творит такие чудеса, когда люди бегут за границу. Какой же тут патриотизм? Подождите, ребята, патриотизм заключается не в том, чтобы одеть оранжевую ленточку, якобы георгиевскую. На самом деле, это советская, гвардейская ленточка, хотел бы сказать, это очень важно. То есть патриотизм не в этом состоит, чтобы одеть ленточку. Патриотизм состоит в развитии собственной промышленности. А ее нынешнее правительство, особенно обрабатывающую промышленность уничтожает. Какой же тут патриотизм, ребята? У вас слова настолько сильно расходятся (не у вас, разумеется, у правительства) с делом, что просто за голову хватаешься. Какой патриотизм? Когда вы душите по-прежнему российскую экономику.

Д.Щ.: Так в том-то и дело, что душат ее не либеральными методами, как мне кажется, ее душат корпоративными методами. У нас везде госкорпорации, у нас давят бизнес, у нас ограничивают бизнес, у нас силовики штурмуют бизнес, у нас все проверяют бизнес, у нас вся эта «Роснефть» все покрывает, все эти «Газпромы» и так далее. У нас огромная корпоративная экономика.

В.Т.: Это все есть, я с этим согласен. А что, правительство это не видит, не знает? Почему оно этими процессами не управляет?

Д.Щ.: Так в том-то и дело. Если б оно было либеральное, оно бы сказало, вот вам бизнес, вот вам условия, пожалуйста, работайте, развивайте нашу промышленность, развивайте наше обрабатывающее, все, мы вам делаем отличные условия для ведения этого бизнеса. Это либеральное.

В.Т.: Знаете, какое самое либеральное учреждение в нашей стране? 100 процентов либеральное. 100 процентов не зависящее от правительства. Центральный банк.

Д.Щ.: Ну да.

В.Т.: Центральный банк ни от кого не зависит, он никому не подчиняется. И те беды, которые случились с нашей экономикой, это результат творения Центробанка. Самое либеральное учреждение в нашей стране. И его контролируют либералы, разумеется. И политика, которую проводит Центробанк, абсолютно либеральная. Вот то, что они творят с ключевой ставкой, с курсом рубля, доллара и тому подобное. Но они настолько пустили на волю волн, что дальше ехать некуда. То есть функции Центробанка защищать национальную валюту, они не выполняют. Потому что они говорят: нет-нет, не должно быть государственного вмешательства, пусть рыночные силы работают сами по себе. Так что то, о чем вы говорите, имеет место быть. Действительно, государство вмешивается. Иногда в коррупционном, так сказать, режиме, иногда с дуру, что называется, по незнанию, по некомпетентности, иногда просто отстаиваются какие-то, скажем так, групповые интересы людей, которые принадлежат к той или иной корпорации. Но по большому счету общая политика сверхлиберальная. Мы открыли свой рынок. Мы вступили во всемирную торговую организацию на таких условиях, на каких ни одна уважающая себя страна не стала бы вступать в ВТО. Мы полностью раскрыли нашу промышленность обрабатывающую и сельское хозяйство. Куда уж либеральнее-то? Дальше ехать некуда. А то, о чем вы говорите, да, имеет место. Но это мелочь по сравнению с тем безбрежным полем либерализма, которое у нас разливается, затапливает, я бы хотел сказать, Россию.

Д.Щ.: Хорошо, давайте перейдем к предыдущему вопросу, от которого мы отскочили в сторону обсуждения либерализма. Предположим, вы сказали, что вся карта покрыта этими самыми организациями, иностранными агентами ныне нареченными. Здесь у меня есть два тезиса, которые хотелось бы обсудить. Условно говоря, вот сидит организация - иностранный агент, она получает деньги из-за рубежа. И она в каком-то поселении, условно говоря, взяла и построила школу. То есть такое было. Либо закупила в школу какое-то оборудование, либо закупила в больницу какое-то оборудование, либо еще что-то. Сейчас ей сказали: так, значит, ты ЦРУшный прихвостень, пошел отсюда, все, нет его. Вместо него никто, собственно, в эту школу ничего не купил. То есть от того, что этот самый иностранный агент, проплаченный Америкой, что-то делал хорошее, взяли от него избавились, теперь никто ничего хорошего не делает. Так, хотя бы эти доллары хоть какую-то пользу приносили, теперь не приносят. Это – первый тезис. Второй тезис. Мы понимаем, что у нас в стране 86%, это официальная цифра, 86% поддерживает лично президента страны и его курс.

Наверное, они не довольны какими-то вещами, правительством, госдумой, может, кем-то еще, но президентом они довольны. Так или иначе, 86% поддерживает нашего президента. Но мы же понимаем, нельзя разжечь костер из сырых бревен. То есть, если они взопрели, если они долго готовились, если долго готовилось какое-то недовольство, если недовольство существует, то да, какие-то иностранные специалисты могут помочь в момент возгорания. Если в момент возгорания вот этого недовольства кто-то хорошо и успешно вмешается, то это выполнимо – провести переворот в стране. В России 86% поддерживают президента. Но, тем не менее, гайки закручиваются. Так в чем проблема? То есть, какие ЦРУшники, какие спецслужбы могут сейчас взять и устроить майдан в стране? Это при условии, когда у нас единый порыв, когда у нас патриотизм, когда у нас все эти вещи.

В.Т.: Крым наш, Новороссия не наша.

«Власть не доверяет собственному народу»

Д.Щ.: Как это возможно? То есть власть не доверяет собственному народу, который она уже воспитала, который она уже схватила за горло, и который она заставила, выжила из него эти 86%? Или что? То есть почему, зачем все это делается?

В.Т.: Власть не доверяет собственному народу. Вы очень кратко и емко ответили на этот вопрос. Вернее, вы поставили его в виде вопроса, а я возвращаю в виде ответа – власть не доверяет собственному народу. Это, вне всякого сомнения. То есть огромные расходы на правоохранительные органы, на контроль разнообразного уровня показывают, что власть категорически не доверяет народу. Никакой демократизации в дальнейшем не проходит, не смотря на то, что на каждом углу нам кричат о политической стабильности. Если у нас политическая стабильность, если президент столь популярный, зачем вы этими хреновинами занимаетесь, манипуляциями с выборами. Фальсификация, массовая системная фальсификация выборов. Почему вы на это идете? Значит, вы не уверены в реальной поддержке народа. Вы не уверены, что народ не придет и не проголосует за оппозиционные партии. То есть власть категорически не доверяет собственному народу, вне всякого сомнения. Теперь, что с точки зрения иностранных агентов. Мы сейчас с вами мыслим тактическими категориями. Вот сейчас поводов для недовольства нет и поэтому все эти иностранные агенты (Джеймсы Бонды) типа простаивают, сидят, ленятся, пузо наедают, утрачивают способность метко стрелять и быстро бегать. Но такие вещи закладываются надолго, задолго. То же самое нынешний майдан, государственный переворот, так сказать. Ведь закладываться основы майдана начали, как минимум, за 10 лет до этого, если не больше. Вот вся вот эта сеть неправительственных организаций, фондов, независимых исследовательских центров, газет и так далее, радиостанций, она закладывалась задолго до этого, она уже вросла в ткань украинского общества. И когда хворост действительно чуть-чуть подсох, спичку поднесли, туда подлили бензинчика, и он жизнерадостно заполыхал, это костер на Украине. Почему мы считаем, что вот тот уровень стабильности и любви к главе государства у нас сохранится? История ведь такая штука: вверх-вниз. От люби до ненависти один шаг, как известно.

В данном случае можно ожидать того, что произойдет тоже самое. Вот посмотрите, что сейчас происходит с национальным бюджетом. Совершенно официальное урезание жизненного уровня почти на 10%. А масса народу, причем, огромное количество людей, десятки миллионов людей уже сейчас живут или на грани бедности или за чертой бедности, уже ниже черты бедности. Вот вам уже тот самый сухой хворост, который накапливается. И обнищание населения продолжает усиливаться. И тот бюджет, и прошедшая корректировка бюджета, и будущий бюджет на следующий год приведет к дальнейшему закручиванию гаек. У нас инфляция 16%, а предполагают остановить индексацию пенсий, зарплаты не повышаются. Это что означает? Идет обнищание населения. То есть рано или поздно это вспыхнет. Я в этом глубоко убежден. Вопрос, когда и в каких формах? Вот это я не готов сказать. Я не пытаюсь строить из себя оракула, но, наблюдая за политическими процессами, а я все-таки доктор исторических наук и специалист по современным формам демократического движения. Я знаю, что это произойдет неизбежно, рано или поздно. И правительство само готовит почву для вспышки, еще раз подчеркиваю, что иностранные агенты не столь безобидны. Что касается – школу построил, а ему запретили, потому что проклятый агент империализма. Вот, скажем, тот джентльмен, который занимался поддержкой науки. Был в свое время, вернее, он и сейчас есть, только он уже не светится, как раньше, особенно на нашей территории – Джорд Сорес, известный филантроп, который в самые тяжелые времена поддерживал российскую науку. Чем на самом деле он занимался? Он занимался вывозом наших ученых и наших знаний, занимался вывозом мозгов. Мы сейчас ограблены.

Д.Щ.: Зимин тем же занимается?

В.Т.: Я не утверждаю, что Зимин этим занимается, но я знаю, что вот эта вот благотворительность иногда бывает не бескорыстной, мягко говоря. И благотворительностью, говоря о строительстве школ и поддержке ученых, должна заниматься не иностранная благотворительная организация, а собственное государство, прежде всего.

Д.Щ.: А если денег нет?

В.Т.: Нет, деньги есть. Вот в чем проблема. На мой взгляд, если мы говорим, вот западные санкции, проклятый Запад нас душит, самое сильное давление мы испытываем экономическое не со стороны Запада, а со стороны собственного правительства. Его некомпетентность и коррумпированность – главный фактор того, что мы попали в нынешнее печальное состояние. Так что, с одной стороны, считаю, что действительно надо присматривать за этими разнообразными друзьями с Запада, за нашими заклятыми друзьями. С другой стороны, нужно прежде смотреть на то, что творит правительство. Оно, к сожалению, делает такие вещи, которые гораздо опаснее и разрушительнее, чем все западные санкции вместе взятые.

Д.Щ.: Я все-таки одного понять не могу. Вот «Династия». Зимин, основатель «Вымпелкома», инженер, очень выдающийся ученый. Свои первые награды он получал, когда многих ученых в проекте не было. Из тех, кто в России живет в настоящий момент. Продал свою долю в «Вымпелкоме» «Билайн». На эти деньги создал фонд, начал формировать фонд. Публикует в России научную литературу, на русский язык переводит, дает российским ученым гранты. Российские ученые на эти гранты что-то делают непосредственно в России. Вот сейчас ему говорят: ты иностранный агент, пошел вон, условно говоря. Точнее, он сам решил, что уйдет, потому что к нему такое отношение. Соответственно эти ученые, которые остались без грантов, без литературы, без всего, они же тоже не дураки, они же ученые. Они скажут, а, ну хорошо, мы поехали. Собрались, уехали, все. То есть вот чем чревата именно вот эта ситуация, с именно конкретно этим человеком. Я не понимаю, в чем он виноват? В чем ученые виноваты в данной ситуации?

В.Т.: Здесь опять-таки нельзя сказать, что чисто белое или чисто черная сторона в этом вопросе. Дело в том, что я уже сказал о том, что сплошь и рядом вот эта благотворительность нацелена на то, чтобы заниматься вывозом мозгов с нашей территории. Возьмем, например, знаменитый Сколково. Это чудовищно. Сама идея «Сколково» чудовищна. Она не просто контрпродуктивна, она разрушительна. Потому что идея была, надеюсь, что она провалится, уже проваливается, собирать наших лучших ученых и продавать их достижения за рубеж. Это как, ребята? На нашей территории, за наши деньги создается некий научный центр, плодами которого будут пользоваться иностранные корпорации. Это с какой стати? Почему мы не можем этого сделать? Или, например, Сколково. Инновационный центр. Только и слышно: Сколково. Но подождите. Вокруг Москвы, по-моему, 14 крупных научных центров: Черноголовка, Пущино и так далее.

Д.Щ.: Технопарки.

В.Т.: И технопарки. Не нужно ничего создавать. То есть понимаете, в чем дело? В Америке, например, как вы считаете, дали бы разгуляться какому-нибудь российскому благотворительному фонду, который действовал бы в области американских научных исследований? Как вы считаете, американцы позволили бы такому фонду разгуляться?

Д.Щ.: Если честно, понятия не имею.

В.Т.: А вот легко себе представить, уже было несколько судебных процессов и люди до сих пор в тюрьмах сидят, которых обвиняли в вывозе технологий двойного назначения. Двойного назначения, не военных. То есть, как только малейший намек на возможность ущерба национальным интересам, интересам национальной безопасности США, американцы закручивают гайку с самой страшной силой. Вот возьмем того же несчастного Бута. Повязали его в Тайланде по обвинению в том, что он с колумбийскими партизанами оружием торговал. Подождите, ребята, Колумбия, российский предприниматель. Причем тут Америка? Почему его в Тайланде повязали? Нет, повязали, выдали в Америку, человек сидит в тюрьме. Я не идеализирую Бута, но эти люди во всем мире, у американцев таких бутов хватает, больше, чем достаточно, которые действуют. У американцев двойные стандарты. Я глубоко убежден в том, что американцы вот такого действия не позволят. Более того, наш закон об иностранных агентах списан с американского, по сути дела. Закон об иностранных агентах, они во времена маккартизма еще в 50-ых годах приняли. Вот, когда возникла вот эта охота на ведьм, в которой нас сейчас обвиняют, что у нас охотятся за ведьмами. Да, действительно, иногда наши спецслужбы перегибают. Вот знаменитый случай, когда многодетную женщину посадили в тюрьму, потому что она болтнула где-то в троллейбусе или автобусе о том, что спецчасть, то есть часть спецназначения, куда-то там ушла. Опа, ее сразу в тюрьму. Потом схватились за голову. Ну, вы что, ребята! Мало ли, кто, что болтает. То есть перегибы бывают. Но здесь надо внимательно смотреть, кто, чем реально занимается. И кто за этим стоит. И опять-таки не идеализируя наши спецслужбы, поскольку они работают против нас, против оппозиции. Это их обязанность.

Д.Щ.: В их обязанности работать против врагов страны и защищать.

В.Т.: Тем не менее, их главная функция – защита национальной безопасности. Они за это деньги получают, самое главное. Не за то, что они следят, что там кто наговорит в интернете, это вторично, на самом деле. Если нет призыва к насилию и насильственному свержению законного правительства, все остальное, к счастью, говорить пока еще можно. Кроме конкретных оскорблений в адрес конкретных людей, у нас пока еще некие возможности для политической работы немалые сохраняются. Что касается деятельности западных спецслужб под различными маскировками, спецслужбы просто обязаны присматривать за этим. Я глубоко убежден о том, что что-то за этим есть, не просто так вот такое благотворительное учреждение взяли и прихлопнули. Я еще раз подчеркиваю, я не идеализирую деятельность нашего правительства, наших спецслужб. Но они получают за это деньги. Точно также, как американцы борются против возможного проникновения российского влияния в той или иной форме в США. Все страны этим занимаются. То и дело шпионские какие-то скандалы возникают, выдворяют дипломатов, коммерсантов, сажают в тюрьму. Жестко, очень жестко ведут себя наши западные партнеры, когда только малейшие признаки ущемления их национальных интересов. Вы посмотрите Russia Today. Только мы рот открыли на зарубежье, сразу поднялись крики о том, что Россия применяет пропагандистское оружие, надо душить, глушить и тому подобное. Стоп, ребята. Где же демократия, где свобода самовыражения, где плюрализм мнений? Так что, не хочется сильно рыльце в пушку у этих ребят, а мы только за ними тащимся, я б так сказал.

Д.Щ.: Ну, в том смысле, что мы стремимся к тому, чтобы у нас тоже было все в пушку, двойные стандарты и так далее.

В.Т.: Да у нас итак двойных стандартов хватает, на самом деле. Другое дело, что иногда это более откровенно. И другое дело, что никто не лягнет Запад за то, что они применяют технологии подавления, более хитрые, изощренные технологии подавления инакомыслия . Они подавляют инакомыслие, вне всякого сомнения. Другое дело, что методы более тонкие и изощренные. А когда у нас начинается подавление вот такого инакомыслия, тут весь мир обрушивается на нас и трещит, что мы заинтересованы. Мы, как политическая оппозиция, заинтересованы максимально в свободе самовыражения. Разумеется, еще раз подчеркиваю, нужно всегда смотреть, насколько это способствует или препятствует реализации национальных интересов страны.

Д.Щ.: Хочу с вами, как с представителем КПРФ, обсудить такой вопрос: в последнее время, особенно на фоне 70-летия Победы, очень остро во многих СМИ встал вопрос об образе Сталина и история Сталина. В частности, даже на нашем портале, который преимущественно городской, но еще и окружной, были совершенно жесткие, совершенно бескомпромиссные драки по поводу того, кто Сталин – кровавый тиран, эффективный менеджер либо пророк нашей истории. У нас был такой случай: один человек по своей инициативе повесил портрет Сталина на баннере. И написано: «Спасибо деду за победу!». Это уже сразу вызвало шквал различных эмоций у самых разных людей. Начались все эти дискуссии, споры. В итоге городская администрация сказал: нет, с нами не согласовывали, символика Победы, давайте снимайте. Сняли, хорошо. Дискуссии от этого ни капельки не уменьшились, а некоторые представители либеральной прессы сказали, что, в принципе, сама власть в России, высшее руководство пытается использовать образ Сталина для того, чтобы оправдать наличие Путина, как абсолютно аскетичного и бессменного правителя России, который сидит по ночам, окошко горит в Кремле. Это означает, что Путин сидит и корпеет над документами и думает о России. Как вы всю эту ситуацию воспринимаете, как представитель коммунистической партии, при которой, собственно говоря, Сталин имел время.

«Нынешняя власть боится Сталина и делает все, чтобы задушить память о нем»

В.Т.: Я воспринимаю диаметрально противоположным образом. Нынешняя власть делает все, чтобы задушить память о Сталине, как о великом преобразователе нашей страны. Вот даже возьмем 9 мая, этот огромный парад на Красной площади. Но опять закрыли мавзолей этими деревянными, фанерными щитами, а позади мавзолея бюст Сталина стоит, верховного главнокомандующего победившей страны. Ребята, кто возглавлял страну в 41-45 годах? Кто привел страну к победе? – Верховный главнокомандующий, председатель государственного комитета обороны, министр обороны Иосиф Виссарионович Сталин. Нравится, не нравится, но он верховный главнокомандующий. И об этом надо было сказать. Что? У страны не было верховного главнокомандующего? Жуков сейчас очень популярен, но один крупный военный, я бы так сказал, роли Жукова и Сталина несопоставимы. Жуков, будучи гениальным полководцем, отвечал только за ведение боевых действий. А Сталин – это был человек, который отвечал и за ведение боевых действий, и отвечал за то, чтобы наша армия имела пополнения, резервы, чтобы продовольствие было, чтобы оружие современное производилось. То есть у Сталина, как у верховного главнокомандующего, спектр обязанностей был неизмеримо шире, чем у любого из его маршалов. То есть он является архитектором победы и от этого никуда не денется. И нынешняя власть этого не хочет признавать. Так что, говорить о том, что начался подъем авторитета Сталина, что этому способствовали власти, я отрицаю категорически.

Д.Щ.: Почему? В чем мотивация власти, чтобы не вспоминать про Сталина? В чем мотивация не ассоциировать Сталина с Путиным, который Сталин – победитель в великой войне, а Путин великий победитель в великом присоединении Крыма?

В.Т.: Смешно сравнивать. Масштабы личности совершенно разные. Масштабы действий тоже совершенно разные, абсолютно разные масштабы действий. То есть даже сравнения никакого, даже близко не может быть. Почему власть не любит Сталина? Вот у нас популярен не лозунг, а картинка, которую мы используем в информационно-пропагандистской работе. Надпись – коррупция. Не знали, что это такое? И портрет Сталина с трубкой. То есть, конечно же, коррупция была и в Советском союзе при Сталине. Но вот сейчас любого спроси, в чем самое главное отличие нынешней власти от советской власти? Отсутствие вот этой вот безумной коррупции. Воровали. Но воровали по мелочи. И прежде всего, воровали где – в сферах торговли, сервиса. На оборонных предприятиях даже не знали, что такое воровство государственных ресурсов. И, как правило, наша страна была гораздо честнее в массе своей. И это было заложено во времена Сталина. И уже не приходится говорить о том, что современная промышленность в России, современные наука, образование, система здравоохранения были созданы и основы были заложены в сталинские времена. От этого никуда не денешься. Знаменитое высказывание Черчилля о том, что «Сталин принял страну с сохой, а оставил с атомным оружием», ракетно-ядерным оружием. Это же при Сталине все происходило. И что, народ этого не видит?

То есть первое, что народ видит – порядок, отсутствие безумной коррупции, и второе – экономические и военные достижения. Ну как же народу не ценить роль Сталина? Разумеется, народ подвергается бесконечной обработке в обратную сторону. Как один раз выразился Юрий Дмитриевич Маслюков, который, когда утверждали должности председателя Совета министров СССР, его спрашивают: вы там в оборонку вложились? Он говорит: да, я отвечал за оборонку, как зампред правительства, я перегибал коромысло в эту сторону, разумеется, это была моя обязанность, сейчас буду выгибать его в другую сторону. И вот, если сначала шло обожествление наших лидеров, то потом кинулись в обратную сторону. Стали кричать о том, что он негодяй, тиран, кровопийца и так далее. Выбрали из всего спектра того, чем занималось советское руководство того времени, только вот эти самые репрессии. И стали говорить, что вся деятельность Сталина сводилась к тому, что он сажал и расстреливал. Подождите, ребята, а созидательная сторона, почему не оценивается? Конкретный пример из моей собственной семьи. У меня отец деревенский был, 18-го года рождения, он с 14 лет уже работал на торфоразработках в Шатурском районе. И вот он мне рассказывал, как сильно изменилась российская деревня, советская деревня к середине 30-ых годов. Люди зажили совершенно по-другому. Жизненный уровень рос какими-то безумными темпами, исключительными темпами. Примерно, также быстро, как он сейчас падает. То есть люди почувствовали на себе плоды сталинской политики.

У меня мать, моя семья, как выяснилось несколько позже, по материнской линии была репрессирована по доносу негодяя-соседа. Абсолютно середняцкая семья, даже ниже, чем середняцкий уровень, была, якобы, раскулачена и отправлена на Север. Ничего не было: ни каких-то там наемных батраков, пяти лошадей – ничего не было. Самая, что ни на есть, рядовая семья. Но этот негодяй, которому хотелось отхватить клок земли, положил глаза на дом, написал несколько доносов в НКВД. Пришли, не разобрались, выселили. У меня мать до конца жизни была заядлой, убежденной сталинисткой. Потому что, будучи разумным и честным человеком, она могла сравнить, как мы жили до войны, и как мы зажили после войны. Она на себе почувствовала плоды сталинской политики. Так что, ничего удивительного нет в том, что роль Сталина будет подвергаться все большему пересмотру в сторону скрытия его реальных достижений.

То есть никто не собирается замалчивать и говорить, что никакого 35-37 года не было. Конечно, были перегибы, вне всякого сомнения. Еще раз говорю, это коснулось и моей собственной семьи по материнской линии. Но всегда, когда оценивается значение той или иной исторической личности, нужно всегда сравнивать баланс положительного и отрицательного. Вот Петр I, например, Петр Великий. Он столько народу положил в своих войнах, так сказать, и в процессе тогдашней индустриализации. Там чуть ли не четверть населения погибла. А Екатерина Великая. Сколько народу погибло во время войн, которые она вела. Сколько народу погибло при подавлении крестьянских восстаний. Что, репрессий не было? Огромные репрессии были во времена Екатерины Великой. И, тем не менее, она известна как просветительница. Никто не оспаривает ее титул Екатерины Великой. То же самое со Сталиным. Я думаю, что с прошествии времени наносное будет уходить в сторону, и будет гораздо более объективное. Я не говорю, что мы должны вернуться к восхвалению, обожествлению Сталина. Но мы должны признать, что он был выдающимся менеджером. Вот эта сторона, так сказать, сталинской личности, она вообще никак не рассматривается. Нас задавили топ-менеджеры, топ-менеджеры. Какая-то там корпорация, так сказать, «Боинг», там вот суперменеджеры. Ребята, да рядовое советское министерство было неизмеримо мощнее, чем любая западная корпорация. Минавиапром, например, могучий. Ну какой там «Боинг», когда эту вот систему во главе с одним министром производила всю номенклатуру самолетов, от пассажирских до боевых самолетов.

Д.Щ.: Здесь все-таки позвольте с вами поспорить.

В.Т.: Давай поспорим.

Д.Щ.: По поводу гениального менеджмента и так далее. Условно говоря, если смотреть на итог: у нас до 22-го года было вот столько, а в 53-ем стало вот столько. Ну, наверное, можно. Но!

В.Т.: Не наверное, а точно.

Д.Щ.: Хорошо, предположим. Но, опять же, если мы сейчас будем обсуждать не черное и белое, а хотя бы оттенки, то выяснится, что там очень много всего происходило при помощи труда людей, которых посадили по доносам. Сколько там миллионов доносов было, я не помню. И так далее.

В.Т.: Слушайте, сейчас в тюрьмах людей сидит больше, чем во время сталинских репрессий. У нас сейчас тюрьмы переполнены.

Д.Щ.: Предположим, сколько? Если там оценивать сравнительно, сколько людей погибло во Второй мировой войне, с одной стороны, и сколько с другой стороны. Здесь, так или иначе, начинают возникать вопросы. Вопросы в эффективности этого менеджмента. Да, огромная страна, да, огромные ресурсы. Но как эти ресурсы тратились? Сама модель растраты этих ресурсов у многих людей с точки зрения гуманитарной вызывает ужас. Потому что люди тратились очень, скажем, так.

В.Т.: Человеческий капитал имеется в виду?

Д.Щ.: И капитал человеческий, и люди, в принципе, как сам факт. Был человек, и нет человека: посадили, расстреляли, отправили на работы, пошел в бой под автоматами заградотрядов. Либеральная пресса пишет (я говорю сейчас без презрения, а нормально, как факт, потому что сам отчасти являюсь либеральной прессой), почему за всю историю человечества в войнах до 41-го года не было заградотрядов, а при великом Сталине появились заградотряды, под которыми шли в бой. При условии, что Сталин великий полководец, великий менеджер. Зачем тогда ему нужны были эти заградотряды? Вот такие вопросы возникают.

В.Т.: Мы не говорим о том, что Сталин – это ангел во плоти, и все, что он делал, расцвечено яркими веселыми красками. Конечно, там были ошибки. Конечно, там были грубейшие нарушения, и мы их признаем. Я имею в виду, наша партия признает эти крупные ошибки, выражающиеся, в том числе, и потерей человеческих жизней. Мы сожалеем по этому поводу. Я еще раз говорю, что моя собственная семья пострадала от доносов и от непроверенных, некомпетентных людей, которые поверили подлому доносу и репрессировали мою собственную семью по материнской линии. Опять-таки, я возвращаюсь к вопросу баланса положительного и отрицательного. Потому что, настолько выше, крупнее фактор положительного, что те ошибки, недостатки и преступления, которые творились, якобы, от имени Сталина, и такое совершалось, так сказать. Люди-то разные, в том числе, и в правоохранительных репрессивных органах были сплошь и рядом. Не то, что Сталин давал там санкцию. Я еще раз говорю, какой-то там негодяй-сосед. Что, ему Сталин такое указание давал?

Д.Щ.: Ну Сталин создал условия для этого.

В.Т.: Нет, ну тогда занимались раскулачиванием. Потому что была определенная социальная группа, которая была питательной почвой для того, чтобы, так сказать, возможно, социального переворота, что с нами, в конечном счете, и случилось, с советской властью, между прочим. Так что, приходится говорить, что не во всем политические репрессии не были не оправданными. Нужно иметь в виду, что существовал очень мощный кулак, так сказать, который при определенных условиях, в случае той же самой войны мог стать пятой колонной. И как раз стабильность нашего тыла была обеспечена, приходится об этом говорить, к сожалению, в том числе, и репрессиями.

Но давайте посмотрим на опыт других стран. Что сделали американцы, например, когда они вступили в войну с Японией? Они немедленно посадили в концлагеря 300 тысяч японцев этнических, 300 тысяч ни за что. Ты японец? Пожалуй за колючую проволоку. Очень запросто. И в Великобритании примерно тоже самое делалось. То есть любая страна, которая идет к войне, она вынуждена предпринимать жесткие меры для того, чтобы обеспечить свою стабильность. Или Франция. Когда вступила в первую мировую войну, она первым делом расстреляла всех уголовников. 700 человек сразу же вывели и с пулеметов покрошили. Потому что власть понимала, что необходимо обеспечить не только фронт, но и тыл, стабильность этого тыла.

Я ни в коем случае не оправдываю репрессии, особенно те, которые совершались необоснованно. Но ведь не ангелы были люди. Вот даже сейчас, до сих пор во многих случаях попытка реабилитировать того или иного деятеля натыкается на то, что наши, уже теперь демократические провластные правоохранительные органы говорят: подождите, там был реальный состав преступления, там был реальный шпионаж, там был реальный саботаж, на самом деле. Любая власть борется, так сказать, со своими врагами. И этот процесс происходил. Еще раз призываю вас к сбалансированности. Что касается топ-менеджмента со стороны Сталина. Вообще, я должен вам сказать, что это потрясающее, на самом деле, уникальное явление.

Сталина, как личность, мы его не в полной мере знаем. Маршаловская форма, суровый взгляд. Этот человек 400 страниц книг читал в день и не просто читал, подчеркивал. Он знал литературу нашу, собственную художественную литературу и западную литературу лучше, чем профессиональные литераторы. То есть этот человек был не просто какой-то самоучка или самодур. Нет, огромный интеллектуальный потенциал. Он лично принимал участие в приеме на вооружение различных систем оружия, он лично знал всех конструкторов, он лично с ними взаимодействовал. Этот человек всю жизнь учился, помимо всего прочего. Именно поэтому он смог совершить то, что он совершил. Вернее, страна под его руководством, будет правильно сказать. Это выдающийся деятель. Невозможно совершенно отрицать его роль в истории. Я еще раз подчеркиваю, злейший враг нашей страны Черчиль с огромным уважением относился к Сталину. Очевидно, не случайно, высоко оценивая его личностные качества. Известный факт, что на международных конференциях, когда входил Сталин, все невольно поднимались. Черчиль, ну Рузвельт не мог подниматься, но делегации поднимались, признавая роль верховного главнокомандующего Красной армии.

Д.Щ.: Тем не менее, немцы, я думаю, могут также говорить о том, что при Гитлере у них был очень неплохой промышленный подъем.

В.Т.: Ну на американские деньги.

Д.Щ.: Давайте сейчас не будем трогать эти вещи, а то у нас эфирное время закончится.

В.Т.: Нееет, это американские деньги, это очень важно.

Д.Щ.: А у нас лендлиза не было?

В.Т.: Это потом лендлиз был, и он вещевой был. Немцы получали деньгами на восстановление собственной промышленности. Никогда немецкая оборонная промышленность не возникла б в таких масштабах, если бы не было кредитов со стороны США.

Д.Щ.: Я сейчас вам оппонирую. У них, да, может быть, не было миллионов зэков, которые строили все эти вещи. Мы тут сейчас говорим о том, что вы сказали, вот есть признак: 22-ой год, 53-ий год, смотрим, на сколько процентов. Они тоже могут посчитать: 33-ий, 45-ый, условно, что там случилось? Или хотя бы 39-ый посчитать.

В.Т.: Еще раз возвращаясь к той самой теме. Мы делали за счет мобилизации внутренних ресурсов, они делали за счет иностранных денег. И подъем Германии послевоенный, план Маршала, извиняюсь. Мы восстанавливали собственную экономику, разрушенное колоссальными темпами исключительно только за счет собственных ресурсов. А немцы и Европа восстанавливали за счет американских денег.

Д.Щ.: Мне кажется, что в истории, когда мы смотрим процент 22-45 и 33-39, история здесь не считает, чьи это были деньги.

В.Т.: Считает.

Д.Щ.: История считает результат.

В.Т.: Внутренние ресурсы или внешние? Это исключительно важно. Если не заработали тех денег, которые у них были…

Д.Щ.: Ну а у них столько людей не померло в процессе, пока это все происходило.

В.Т.: Ну и них тоже, дай Бог, концлагеря у немцев были те еще. Между прочим, использование рабского труда в Германии, особенно во время войны было очень, эшелонами вывозили, сотнями эшелонов вывозили рабочую силу со стороны России.

Д.Щ.: Тем не менее, давайте все-таки признаем, есть такой факт: с точки зрения, если отмести войну, если отмести гитлеровские репрессии, то он сделал для Германии, по большому счету то же самое, что сделал для СССР Сталин. Если отмести у Сталина войну и репрессии.

В.Т.: Я с вами отчасти согласен, что мы не должны одновременно уж так демонизировать Гитлера. Народ его принял.

Д.Щ.: Вот. Я к чему и веду.

В.Т.: Народ убежденно за ним пошел. Мы не можем отрицать этого факта.

Д.Щ.: Я веду к тому, что Германия нашла в себе силы признать, во-первых, все те фатальные, страшные вещи, которые Гитлер сделал, и в то же время признать те позитивные вещи, которые он сделал. В России, у меня такое ощущение, что одна часть населения хочет признать только фатальные вещи, которые сделал Сталин, другая часть населения хочет признать только хорошее, что сделал Сталин. У нас нет никакой усредненной позиции. Мы к ней придем?

В.Т.: В моем случае усредненная позиция?

Д.Щ.: Отчасти. Мне кажется все-таки с большим перевесом вот в ту сторону. Но, тем не менее, некоторая пресса говорила: нам не хватает откровенного суда над сталинизмом в плохом смысле этого слова. Так может действительно сказать: суд над сталинизмом в плохом смысле этого слова и суд над сталинизмом в хорошем смысле слова. Что случилось хорошего, что случилось плохого. И сказать, все, ребята, мы принимаем вот этого человека в нашу историю вот таким, какой он есть.

В.Т.: Я могу вам сказать то, что суд над Сталиным начался уже, и могу назвать дату начала этого суда. Это 21 августа 91 года. Вот с момента этого переворота государственного в Москве и в Советском союзе начался непрерывный суд над Сталиным, который продолжается денно и нощно, 24 часа в сутки. Посмотрите СМИ за исключением лево-патриотических – сплошная негативная картина.

Д.Щ.: А разве на 1 канале не выступает Проханов там?

В.Т.: Это разве только в последнее время и изредко. И только один Проханов.

Д.Щ.: Ну не один, другие тоже.

В.Т.: У Проханова особый статус как бы там. Он одно время сильно долбал Путина. Сейчас он стал патриотом Путина, так сказать, сильно поддерживает. Поэтому ему позволяется. Но в остальном. Вот посмотрите, опять-таки говорю, 9 мая, 70-летие Победы. Где у нас верховный главнокомандующий победившей армии? На задворках. Это что такое? Это продолжение суда над этим человеком. Он обеспечивал победу. Я имею в виду символ победы. Где символ победы? За спиной вот этих вот людей, которые принимают парад Победы. Куда это годится? То есть у нас суд, разоблачение Сталина продолжается уже 25 лет, а о позитивном опыте, почему мы пришли к жизни такой, что создало вот эту могучую индустрию, совершенно ничего не говорится.

Д.Щ.: Позитивный опыт. Здесь можно говорить, к чему пришли, но методы уже все, закончились.

В.Т.: Вот смотрите, между прочим, очень интересные методы. Вот у нас сейчас, что происходит с авиастроением? Скукожилось наше авиастроение. Один господин Погасян и фирма «Сухой» собираются производить всю номенклатуру самолета. Вот создали печально известный «Суперджет», так сказать, попытались прорваться в пассажирское авиастроение. Все остальное, так сказать, задушили. Бомбардировщики «Сухового», истребители, так сказать, «Сухого», штурмовики «Сухого». Микояновская фирма уже почти исчезла. Ну МИГ-29 еще кое-как на плаву. То есть уничтожена конкурентная среда. Что было при Сталине? При Сталине существовала масса конструкторских бюро, которые конкурировали между собой. То есть существовала реальная конкурентная борьба. По крайней мере, в оборонке и в других областях тоже. Например, какие самолеты у нас воевали? Я имею в виду истребители. Яковлева, Лавочкина и Микоян-Горбунов. Вот три КБ, которые занимались. Илюшин более тяжелые самолеты создавал. Три КБ конкурировали между собой. Нормальная конкурентная среда и Сталин поощрял это. Он не говорил, что давайте закроем, пусть одно КБ занимается производством самолетов. То же самое и производство других вооружений. Так сказать, знаменитый Грабин. Знаменитая пушка, которая везде стоит в виде памятника, 36-миллиметровая ЗИС-3. Грабин – молодой начинающий конструктор, существовали мощные КБ, Путиловский завод, так сказать. И Грабин победил в конкурентной борьбе против этого могучего завода при поддержке Сталина. Он мог сказать, зачем нам еще этот Грабин? Вон есть у нас Путиловский завод, прекрасные пушки делает. Нет, Сталин создавал конкурентную среду. И те особенности управления нашей экономикой были вызваны определенными историческими условиями и политически тоже, необходимостью мобилизации, потому что ясно было совершенно, что мы идем к крупномасштабной войне с Германией. Известное выражение Сталина, что «мы отстали от Запада на 50-100 лет. И если мы не пробежим эту дистанцию за 10 лет, нас сомнут». Все. Вся философия, в том числе, тех самых политических репрессий, экономических методов управления, заключается вот в этом. Или мы пробежим эту дистанцию за 10 лет, или нас сомнут. Вы представляете, если бы Гитлер в той форме, в которой на нас напали в 41 году, сделали б это в 35-ом году. Они б нас раздавили. Они б по нам прокатились.

Д.Щ.: Им еще самим рановато было.

В.Т.: Им самим рановато было. Если бы это произошло, так сказать, немцы бы напали в 42-ом-43-ем году, война бы шла уже совершенно по-другому. Мы не успели буквально за несколько месяцев изготовиться. Но заложена была основа победы в 30-ых годах, которые все клянут. Надо тщательно изучать этот опыт. Необходимость мобилизации ресурсов. Кстати говоря, мы к этому неизбежно придем. Потому что нынешнее правительство, нынешняя власть настолько накуролесит с нашей экономикой, что мы неизбежно для того, чтобы подняться с колен (нам еще только предстоит начинать это делать), неизбежно будет некая мобилизация, мобилизационная форма экономики. Никуда мы от этого не денемся. И самая антилиберальная сила, фактор – это нынешнее правительство, которое душит сейчас нашу обрабатывающую промышленность, что вынудит, в конечном счете, следующее правительство, лево-патриотическое правительство заниматься мобилизационными формами возрождения экономики. То есть, если мы увидим в последствии некоторое резкое усиление роли государства, это будет вызвано не тем, что придут к власти люди, которые религиозно молятся на 100-процентную государственную собственность. Нет. Просто экономические императивы будут заставлять нас это делать. Как я сказал, объективные факторы действуют в случае с Новороссией. Точно также и внутри будут действовать. Но кто будет виноват в жесткости нашей будущей экономики? Нынешнее либеральное правительство.

Д.Щ.: Репрессии будут?

В.Т.: Не думаю. Ну, шпионов, диверсантов, как водится.

Д.Щ.: А, ну как всегда?

В.Т.: Нет-нет, не как тогда, по заслугам. Нет, я считаю, что одной из причин поражения Советского союза было отсутствие должной экономической и политической гибкости нашей системы. То есть не надо затыкать рот диссидентов. Надо с ними спорить, убеждать и побеждать, показывая на фактах, что мы можем делать лучше, чем они говорят. Мы можем делать лучше. То есть репрессий, нет, я не вижу.

Д.Щ.: Но вам не кажется, что эта атмосфера доносительства уже потихонечку формируется в стране? Что людям уже интересно написать так на кого-нибудь бумажку, сказать, а вот он, что-то не то танцует, что-то не то слушает, что-нибудь не то читает?

В.Т.: Ну пока еще нет.

Д.Щ.: Связывается с подозрительными личностями?

В.Т.: Пока еще до этого не дошло, к счастью. Я, как представитель оппозиции, должен был бы говорить, наоборот, что полицейское государство. Мы еще не дошли до такой стадии, когда все друг за другом шпионят, доносят и так далее.

Д.Щ.: Ну идем?

В.Т.: А органы уже, так сказать, блюдут.

Д.Щ.: Вы сказали, еще не дошли. То есть мы в движении туда?

В.Т.: В том направлении, к сожалению, движемся. Но движемся медленно. Я не хочу, чтобы этот процесс ускорился. Конечно, репрессивный уклон в нашем законодательстве наблюдается. Но я еще раз считаю, что закручивать гайку или заваривать предохранительные клапаны, ведет к взрыву этого самого правового котла. И нынешняя власть, которая тем самым и занимается, что больше и больше заваривает предохранительные клапаны, она ведет дело к взрыву. Никакие репрессивные меры не помогут.

Д.Щ.: Ну что ж, мы как всегда с Вячеславом Николаевичем планировали посидеть 40 минут, где-то час, но уже перевыбрали наше время минут на 10. Спасибо за интересную беседу

В.Т: Я надеюсь, что интересно, прежде всего, было нашим слушателям и читателям.

Д.Щ.: Да, мне кажется, мы так плодотворно поговорили. У нас в гостях был депутат Государственный думы от партии КПРФ Вячеслав Николаевич Тетекин. Смотрите это видео, слушайте, читайте расшифровку, комментируйте и до новых встреч на siapress.ru. До свидания!



04 июня 2015 в 10:11, просмотров: 3042, комментариев: 1


Комментарии:
Cовок
Мне интересно понять - убедил ли В. Тетекин хоть в чем-то Д.Щеглова?Особенно в главных вопросах. Как то, что наше правительство и его действия являются либеральными.И в том, что российская власть с помощью Донбассу пошла на поводу большинства своего народа - она(власть) поняла, что если еще и здесь не поддержит большинство своих избирателей, то она может лишиться власти.
Констатирую факт. Есть два мнения. Одно мнение выразил Тетекин (это и мое мнение, я не раз писал то же самое, что говорил Тетекин) и мнение Редакции и Д. Щеглова. Явно кто-то сильно заблуждается.
И возникает вопрос - почему кто-то сильно заблуждается?

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.

Вы можете войти на сайт или зарегистрироваться


Топ 10

  1. ​Синоптики Сургута обещают ужасную погоду на вторник 2712
  2. ​Наталья Комарова объяснила отсутствие лекарств от гриппа и ОРВИ в аптеках региона 1426
  3. Ковид Натальи Комаровой, главная тема выборов в Госдуму и причем здесь депутат Айсин 1207
  4. ​Умер Антон Кульш 1140
  5. Три пациента из Югры, проходившие лечение от коронавируса, скончались 805
  6. ​Доля социальных расходов бюджета Тюменской области в 2021 году составит 58 процентов 793
  7. Из-за коронавируса в Нефтеюганске закрыли дневной стационар 790
  8. ​Вадим Шувалов снова ждет вопросов 764
  9. ​Не снимайте маски! Санврачи ужесточили меры по борьбе с COVID-19 726
  10. Сургутян будут чаще штрафовать за агрессивную езду 666
  1. ​«Люди мучаются по 6-9 часов»: приемное отделение СОКБ изнутри увидела сургутянка 10677
  2. Громкая музыка, крики и драки: сургутянам мешают спать по ночам шумные посетители «Аквилона» 9186
  3. ​Укладка асфальта в снег снова возмутила сургутян 8308
  4. ​Бывший депутат думы Нижневартовска Алексей Елин, боровшийся с COVID-19, скончался 7322
  5. Жители Сургута возмущены «захватом» дороги застройщиком 6903
  6. «Слухи разлетелись моментально: Барсов негодяй!» 6759
  7. ​В одном из магазинов Ханты-Мансийска за продукты расплатились фальшивыми деньгами — кассир ничего не заметил 6456
  8. ​В Сургуте заработают круглосуточные кабинеты неотложки в помощь СОКБ 5700
  9. ​Проблему углубим и расширим 5025
  10. На базе ОКБ в Нижневартовске открыли ковидный госпиталь на 100 пациентов 4160
  1. ​Тюменская область не будет финансировать строительство второго моста через Обь 68651
  2. Под Сургутом сгорел вахтовый автобус // ВИДЕО 51630
  3. ​В Сургуте из окна 11 этажа выпал мужчина 46981
  4. Самолет, летевший в Сургут, экстренно сел в Ханты-Мансийске 38703
  5. ​В понедельник ХМАО накроет туман 37022
  6. ​Самолет «Аэрофлота» при заходе на посадку в Нижневартовске повредила стая птиц 21311
  7. ​У жителей Югры осталось менее 30 дней, чтобы получить 35 тысяч рублей из Югорского семейного капитала 20489
  8. ​Дорого-богато: как выглядит самый дорогой дом, продающийся в Сургуте // ОБЗОР СИА-ПРЕСС 19457
  9. ​Цирк недели 18669
  10. Алкоголики из Нефтеюганска решили заработать деньги, бросаясь под машины // ВИДЕО 14703