16+
Больше новостей
Больше опросов

«Шувалов, на мой взгляд, настроен конструктивно. Осталось еще выбрать конструктивную думу» // ТЕКСТ, ВИДЕО, АУДИО

Обсуждаем новости августа с журналистом Эдуардом Иваницким в проекте «Особое мнение»

Фото Ирины Швец
Фото Ирины Швец

Основные события августа на городском, региональном и федеральном уровне мы обсуждаем в рамках проекта «Особое мнение» с журналистом Эдуардом Иваницким.

Тарас Самборский: Добрый день, наши уважаемые слушатели, зрители, смотрители и читатели. Я Тарас Самборский, издатель газеты «Новый Город». Я сегодня веду эфир в нашей студии. И мой сегодняшний гость — человек в городе известный, журналист Эдуард Иваницкий. Мы знакомы с Эдуардом… очень много лет. Завтра 25 лет СИА-ПРЕССу исполняется, и вот эти 25 лет я точно с ним знаком. А вот при каких обстоятельствах наше знакомство произошло, я уже не помню. Я помню, что ты работал на Сургутской товарно-сырьевой бирже ведущим трейдером. И тогда весь наш предпринимательский бомонд только и обсуждал, какой хороший мальчик, как он хорошо ведёт, как «я сделал хорошие сделки». Ну, раз уж мы вспомнили такие далёкие времена, тот период, когда в Сургуте, в одном из первых городов в стране, возникла товарно-сырьевая биржа. Помимо того, что ты журналист и всю жизнь занимался журналистикой в разных ипостасях, ты ещё и предпринимательством занимался много. Скажи мне, пожалуйста, а предпринимательство за эти 25 лет — то предпринимательство, которое в Сургуте, разные слои бизнеса, от Богданова до нас с тобой — какую прошло дистанцию. За эти 25 лет мы прошли вперёд, мы не дошли до того уровня, который за такой период необходимо пройти предпринимательскому сообществу, мы откатились назад? Твоя оценка мне интересна.

Эдуард Иваницкий: Наверное, всё же за 25 лет нельзя остаться на месте. Вспомни только два мощных кризиса, которые были, один из них — дефолт 1998 года. Я вспоминаю эти розовые пиджаки, золотые цепи… Это было, вообще ещё не знал, как это.

Т. С.: Слушай, я эти анекдотики про новых русских, которые я сам не очень люблю, потому что в известной степени я сам новый русский — ну а какой я ещё русский? Тот, кто что-то сделал с нуля, пошёл и рисковал. У меня, кстати, статья вышла на сайте на эту тему, про риски, про первых предпринимателей, среди которых был в том числе и я, открывая СИА-ПЕРСС наш. Я не очень помню людей в малиновых пиджаках. У меня не было никогда малинового пиджака, правда, был такого, кирпично-песочного цвета. Ну, цепи уж точно не было. И неужели, напомни мне, в Сургуте такие парни были, да?

Э. И.: Были, да. Но я их хорошо помню по Москве.

Т. С.: Но мы сейчас про Сургут разговариваем.

Э. И.: Сургут да, отличается, потому что не пиджаки были, а кожаные куртки. Но, если говорить об образе самого предпринимателя, то конечно он сильно изменился, и внешне, и внутренне. Всё-таки от периода первоначального накопления капитала, совершенно дикого, в одночасье — я по бирже вспоминаю — одна сделка, один час, Тарас, и человек становится миллионером. Он вчера был слесарем, электриком, инженером — кем угодно, — а сегодня он стал миллионером. Естественно, сносило крышу напрочь.

Т. С.: Как можно стать в одночасье миллионером?

Э. И.: Ну, одна сделка, и ты миллионер. Это было время такое лихое, по-моему, это единственный раз в жизни любой страны бывает, тогда это происходило у нас. Это было очень интересное время, забавное. Я всё жду, когда кто-нибудь напишет об этом интересно, но пока никто не написал, потому что берут какие-то срезы, которые не отражают…

Т. С.: Напишут что?

Э. И.: О том времени становления предпринимательства.

Т. С.: Ну так пиши ты.

Э. И.: Может быть, попробую.

Т. С.: Я не был членом сургутской товарно-сырьевой биржи, я не знаю, как можно стать миллионером за ночь, объясни. По мне так, это долгий многолетний, десятилетний, многодесятилений процесс, изнурительный.

Э. И.: Нет-нет, чем то время и отличалось от сегодняшнего. Мы же говорим об изменениях, да. Сегодня такое уже невозможно, потому что сегодня понятно, что ты должен быть близок к власти, близок к бюджету, близок к крупным корпорациям. Сегодня уже такие невероятные обстоятельства, что ты был никто и вдруг стал кем-то — это невозможно. Сегодня действительно нужно работать для этого. Тогда что собой представляла биржа? Развалился Госснаб, и заводы, фабрики, предприятия остались по сути без снабжения. И все эти брокеры выполняли эту самую посредническую функцию. В городе N есть фабрика, которая, условно говоря, нуждается в этом, в городе B есть предприятие, которое это производит. И они эти горизонтальные связи восстанавливали. И на этих посреднических услугах накручивали 200-300 процентов. Представь, вагон, я не знаю, свинца.

Т. С.: Я про нефть много слышал, что люди идут в Сургутнефтегаз, договариваются о поставке…

Э. И.: Да, трубы поставляли. Суть не в этом, суть в том, что на этих сделках делали огромные состояния, миллионы рублей. Сегодня ситуация иная. И отношение к деньгам было — пришли-ушли — в одночасье и разорялись так же.

Т. С.: Скажи, пожалуйста, вот ты, наверное, знал практически всех, и как-то следил за их судьбой…

Э. И.: Иных уж нет, и те далече.

Т. С.: Фирма «Аист» Виктора Воробьёва, я помню.

Э. И.: Мы были, кстати, первой фирмой в Сургуте, которая брала деньги под проценты у людей. Под 40 процентов, как сейчас помню. Тогда законодательства не было вообще, регламентирующего какие-то бизнес-процессы. Было позволено практически всё. Забирать деньги у людей под проценты. Сегодня ситуация совсем другая.

Т. С.: Такое образование, как товарно-сырьевая биржа была своеобразным стартапом или бизнес-инкубатором даже. Это были стартапы или это была рулетка?

Э. И.: Это было и то, и другое.

Т. С.: А как, с твоей точки зрения, зная, как сложилась судьба многих... Большинство людей не остались в бизнесе? Или я неправ?

Э. И.: Разные обстоятельства сложились, были и очень трагические судьбы, и с летальным исходом. Было, что и разорялись многие. Гайфуллина помнишь, наверное? Не хочется всех перечислять. Были разные примеры, были и успешные, люди переехали, живут за границей или в Москве, Питере, процветают.

Т. С.: Меня интересует именно предпринимательская судьба, сколько бизнесов сумело сохраниться, прожить, пройти эту дистанцию. У нас же ещё и юбилей государственного переворота 1991 года завтра. И сейчас идёт много дискуссий общественных о том, что же это вообще было — попытка спасти нашу родину, какой-то правильный отчаянный жест патриотов, или всё-таки это действительно переворот, направленный на то, чтобы свернуть реформы Горбачёва, чтобы свернуть свободу слова, свернуть свободу предпринимательства? Вот такой яркий бурный старт, который дала многим предпринимателям сургутская товарно-сырьевая биржа, можно ли его считать какой-то базой, основой, для того предпринимательства, которое мы имеем сегодня? Это были заложены традиции или это просто забыто?

Э. И.: Конечно, нет. Ты пойми. Это был просто эпизод. Я даже тогда шутил на эту тему: «каждой улице — по бирже, каждой семье — по брокеру». Вся страна вышла торговать. Кто-то торговал на улице. Я встречал замечательных крановщиков. На Арбате — то есть на Арбат их не пускали, там всегда мажоры стояли — а вот возле кинотеатра «Россия», возле Пушкинской площади, всегда стояла профессура, интеллигентный благообразные старички торговали кофе и крабовыми палочками. Как сейчас помню, они были очень вкусные, в отличие от сегодняшних. Суть не в том, торговала вся страна. Это было время такое — открыли ворота. Биржа — это тоже проявление, часть этого всплеска, очень короткого исторического промежутка времени. Никаких традиций оно, конечно же, не заложило. Кто-то приобрёл свой личный опыт — хороший, плохой, — и как он им дальше распорядился, стало ли это жизненным капиталом, который позволил ему дальше реализовываться как предприниматель, как управленец, как ещё кто, то это уже другой вопрос. Но традиции, мне кажется, стали закладываться постепенно. И, наверное, всё ж таки, я рискну предположить, после 1998 года. После этого первого кризиса, когда вдруг произошло первое серьёзное отрезвление в обществе, и у предпринимателей в том числе, что эти шальные деньги… Потому что была же мечта стать предпринимателем, кооператором, бандитом. Ты помнишь, девушки писали в старших классах «хочу быть проституткой».

Т. С.: Я не помню! Мы, наверное, всё-таки в разных средах с тобой воспитывались.

Э. И.: Да нет, было, на самом деле. Было. Это конец 80-х годов. И вот от этого понимания, что деньги — это всё, и чем больше, тем лучше, это единственная непреложная ценность, после 1998 года стали уходить. Стали понимать.

Т. С.: Мне кажется, что сегодня ситуация точно такая же. В обществе превалирует страсть к лёгкой и быстрой наживе. Даже не наживе, а к лёгкому и быстрому заработку. Мечта о золотой рыбке, которая исполнит любое твоё желание. Сейчас в анкетах не пишут «я хочу стать бандитом», «я хочу стать проституткой», но пишут «я хочу быть чиновником», «я хочу быть ментом». Что поменялось-то на самом деле? Я возвращаю тебя к своему базовому вопросу: дистанция 25 лет. 25 лет нашей истории как новейшей России. России, как самостоятельного государства. А ментально стало ли наше общество взрослее, мудрее, или мы просто прошли дистанцию по некоему кругу и вернулись примерно в ту же точку, где и находились? С теми же достаточно примитивными представлениями о том, где место каждого из нас в жизни, кем надо стать, чтобы состояться, чтобы стать личностью, как надо воспитывать детей. Вот пример нашей биржи сургутской, про которую ты сказал, что это был всего лишь эпизод. Не подтверждает ли он моё подозрение, что мы могли бы за эту четверть века достичь гораздо большего, как страна, как общество, как народ?

Э. И.: Я понял, к чему вопрос, к отсутствию государственной идеологии как таковой, как воспитывающую, системообразующую общество. Конечно, здесь я с тобой соглашусь, потому что, к сожалению, сегодня действительно подавляющее большинство выпускников мечтают стать теми, кто ты сказал, — чиновниками. И встроиться, желательно, в «Газпром — наш дом», другие компании, ну, или чиновником в администрацию. Потому что там стабильно, хорошо, тепло, сыто и, самое главное, сложился такой миф ли, фетиш ли, навязанный кем-то или искусственно созданный, что если ты попадаешь в чиновники, то ты становишься человеком, который может не работать или работать минимально, и иметь максимальный эффект. Потребительское отношение.

Т. С.: Ну, а что такое чиновник…?

Э. И.: Вот не согласен с тобой. В общих оценках. Вот, журналистика изменилась за 25 лет? Изменилась. Мне кажется, здесь всё очень индивидуально, от человека зависит.

Т. С.: Хорошо, что такое наш современный журналист? Давай о близком для нас.

Э. И.: Я всё-таки закончу свой тезис: всё зависит от самого человека в первую очередь. Поэтому обобщать «все чиновники — такие, а все журналисты — такие» я бы, наверное, не стал. Ты же остался журналистом, в большом смысле этого слова, которого не стыдно и приятно поздравлять с 25-летием профессиональной деятельности, я имею в виду СИА-ПРЕСС. В этом смысле СИА-ПРЕСС — хороший пример. Без всяких панегириков и пафоса. Это пример хорошей, честной, думающей, ошибающейся, но развивающейся журналистики. Очень важное место в истории нашего города вы занимаете и очень важную роль играете. Не только вы одни, но ваша лепта весьма существенна. Я бы очень хотел пожелать, чтобы в последующие 25 лет вы эту роль продолжали играть.

Т. С.: Спасибо. Это было незапланированное поздравление СИА-ПРЕСС. И тем не менее, ты говоришь про личность, что всё зависит от личности, каждый человек сам за себя отвечает. Безусловно, это так. Но из суммы индивидуумов и складывается то самое пресловутое общество, которое мы с тобой обсуждали. Мы с тобой согласились, что за 25 лет наше общество — мы рассматривали на примере бизнес-сообщества, но будем считать, что это некая репрезентация от целого — прошло дистанцию меньше, чем за такой в общем-то длительный срок полагалось бы приличным людям пройти. Или я передёргиваю?

Э. И.: А с чем мы сравниваем? Чтобы так заявлять — меньше или больше? Наша страна прошла такой путь развития, который она прошла, и сравнивать её с другой страной, или предпринимателями другой страны, наверное, некорректно. Мы проходим ровно свой путь развития, и он не больше и не меньше, он ровно такой, как он есть. И здесь важнее не сравнительный анализ — а как мы его могли бы пройти? — здесь важнее всё-таки понять, что же мы смогли сделать за 25 лет.

Т. С.: Слова, я не знаю, какого-то вождя из «Единой России». Они этим подходом и манипулируют при ответе на любую критику об упущенных возможностях. Ты сам много раз высказывался на тему просто стратегических провалов, упущенных возможностей. В частности, в городе Сургуте, если не брать широко. И мы с тобой сейчас рассуждаем про чиновников, которые управляют городскими процессами, нашей жизнью, жизнью горожан. Конечно же чиновники — это не сплошь воры и коррупционеры и дураки, и я как раз всегда говорил, что большинство людей, работающих в государственных и муниципальных службах, это нормальные честные трудяги, которые просто ходят туда, чтобы честно исполнять свой служебный долг. Это правда. Кто-то называет это перекладыванием бумажек. Это не так, конечно. От этих бумажек и бюрократии зависит жизнь государства, любого. Без бюрократии любое государство погибает. Но ты же не глупый человек, ты понимаешь, что я имею в виду, говоря про чиновников, которые тормозят развитие. Скажи, пожалуйста, как влиять на эту ситуацию? Как, какими инструментами, каким контролем добиться того, чтобы российский, сургутский или югорский чиновник был нормальным, толковым менеджером, который компетентен, который не занимается политиканством, не бегает на цырлах перед начальником, а просто достойно выполняет свою работу — какую бы он должность ни занимал?

Э. И.: Здесь необходимы два условия. Первое — это внешнее, которое от нас с тобой не зависят. Я имею в виду систему управления, которая выстроена в нашем государстве. К сожалению, на мой взгляд, она весьма порочна для развития инициативных, мыслящих и деятельных людей. Почему на всех уровнях? Потому что ручное управление власти, которое у нас создано, оно лишает инициативы людей на местах. Вот этот 131 закон пресловутый — он практически убил какую-то самостоятельность, какую-то талантливость проявления хороших человеческих и профессиональных качеств муниципалитета. Сверху, в Кремле, им лучше знать, что творится и что нужно делать на Дальнем Востоке, в Западной Сибири, на Урале. Это абсурд. Мне кажется, это внешнее условие, которое конечно же необходимо менять. Нужно вот это, что сделали в своё время в той же твоей любимой Чехии. За последние 15-20 лет власть постепенно, а не сразу, как у нас это было сделано после перестройки — «нате, берите суверенитету, сколько можете». Естественно, из первого в десятый класс получилось плохо. Потом сказали: «Видите, как плохо получилось? Заберём ваш суверенитет обратно». Вот эти крайние проявления — это абсурдно, глупо и неумно. Надо постепенно, чтобы люди на местах постепенно учились и самообразовывались. Это внешнее условие.

Т. С.: Так за эти 25 лет мы этому не научились? Этому искусству, самостоятельности на местах?

Э. И.: Конечно нет, её же убивают. Этот 131 закон наступил, и всё. И чиновников превратили в серую массу, безынициативную. Потому что не дай бог ты высунулся с инициативой. Создана система, когда ты просто серый исполнитель. К сожалению. И ничего хорошего из этого не выйдет. Это внешнее условие, которое необходимо менять. Есть ещё внутреннее условие. Что мы можем сделать здесь, в Сургуте? Делай что должно, и будь что будет. По этому принципу.

Т. С.: Что могут простые граждане сделать, мне очень интересно. Сами-то простые граждане уверены, что от них ничего не зависит, что за них должны кто-то что-то сделать, и тогда, допустим, произойдут изменения. А когда ты начинаешь с этими гражданами разговаривать и говоришь: «Да нет, это зависит только от тебя» — вот буквально, физически, от одного тебя. Как разубедить их?

Э. И.: Совершенно верно. Все мы в какой-то степени, в той или иной степени, жертвы этой сложившейся системы. Когда царь-батюшка знает за всех. Затем, что можно сделать на месте? У нас в обществе есть три таких центра. Первый — само общество, люди, которые в нём живут, граждане. Также есть административная власть и законодательная местная власть, депутаты. И вот, за последние годы, что мы видим? Даже Святослав Мурунов, который приезжал сейчас в Сургут на урбанистический форум, урбанист, замечательный человек, он говорит, что общий для всех постсоветских городов синдром заключается в разобщённости всех этих слагаемых, о которых мы сейчас говорим. Люди не слышат, находятся постоянно в зоне конфликта. Мы помним с тобой этот публичный конфликт между законодательной и исполнительной властью. Когда ты конфликтуешь с соседом, находишься с любым человеком в зоне конфликта, ты с ним ни один вопрос не решишь. Начнём с этого. Если ты в амбициях, в апломбе, доказываешь свою точку зрения, ты не слышишь, не готов с ним договариваться, и просто, тупо: «Да иди ты, сам дурак». В зоне конфликта ничего решить нельзя, нужно уметь договариваться.

Т. С.: Наша редакция очень часто находится в конфликте с разными группами влияния, с разными представителями общественных слоёв, направлений. И на самом деле, я-то считаю, что это как раз правильно. Потому что конфликт — ну, если мы говорим о конфликте, а не о драке, не о своре…

Э. И.: Нет, мы говорим о конфликте интересов, о том конфликте, где в споре рождается истина, мы говорим о конструктивной критике. Я говорю о критике ради критики, ради своих амбиций. Это очень разные вещи.

Т. С.: Хорошо. Отодвинем в сторону из этих трёх институций, которые ты назвал, общество. А как конфликтуют друг с другом чиновничество — то бишь администрация, и представители общества — депутаты? Это не одна шайка-лейка, какие-то разобщённые группы?

Э. И.: Везде есть лидеры общественного мнения. И среди депутатов, и в администрации, они есть и в обществе. Люди, которым нужно больше, чем другим, которые готовы взять на себя больше ответственности и порешать какие-то вопросы. Вот за последние пять лет почему, на мой взгляд, мы очень серьёзно «просели» в своём развитии? Это замечают все, и внутри города живущие люди, и которые приезжают. Вот эти лидеры общественного мнения находились в непрестанном конфликте друг с другом. Причём из-за чего они конфликтовали, понять трудно. К сожалению.

Т. С.: Кто эти люди? Имена, пароли, явки.

Э. И.: Имена, пароли, явки я сейчас говорить не буду, потому что мы вступили в эту предвыборную историю, поэтому давай не будем пока. Все прекрасно понимают, о чём мы говорим.

Т. С.: Вот смотри, когда был Александр Леонидович Сидоров мэром, при нём сколько дум было? Три, четыре? Ну, это неважно. Одна была такая яркая, боевая, та самая, так называемая, «нефтяная». Конечно, по прошествии времени мы понимаем, что вся эта яркость была достаточной напускной, потому что по большому счёту та дума принципиально не занималась как раз стратегическим развитием города или хотя бы формированием какого-то стратегического взгляда на его краткосрочную хотя бы перспективу. Но тем не менее, там было много громких высказываний, выступлений. Дмитрий Валерьевич Попов тогда отличался ярче всех и громче всех, может быть поэтому его и заметили и предложили ему стать следующим главой Сургута. Вот, при нём была немножко другая дума: вроде бы такая вся ручная, из «Единой России» состоящая. Даже Дмитрий Валерьевич не без основания гордился, как он ловко сделал — из 25 депутатов провёл 23 «единоросса». Но вдруг мы — изумлённая публика, которая сидела в партере — обнаружила, что у этой думы, всей такой ручной, назначенной в Сургутнефтегазе, с мэром таким же, в общем-то, своим полностью, из Сургутнефтегаза и «Единой России», пошла какая-то совершенно непонятная и бессмысленная война, тяжба. И они из шести лет сосуществования три года точно вчистую потратили на это всё, на эту борьбу друг с другом. Что это было? Ты мне расскажи, пожалуйста. Как журналист, как эксперт. Зачем это всё было?

Э. И.: Амбиции.

Т. С.: Чьи?

Э. И.: Непомерные человеческие амбиции. Я думаю, что к Дмитрию Валерьевичу слово «амбиции» вообще трудноприменимо, к счастью или к несчастью. А вот, конечно, к представителям депутатского корпуса, конечно, эти слова применимы в большей степени, и я думаю, что инициатива была оттуда. Это просто исключительно личностные амбиции отдельно взятого человека. Ладно бы ещё спорили о стратегии развития города, о том, какие у нас должны быть дороги, по принципиальным вопросам, по вопросам развития нашего города.

Т. С.: Ты имеешь в виду конфликт между Поповым и Бондаренко?

Э. И.: Председателем думы, совершенно верно.

Т. С.: Ты считаешь, что это был банальный межличностный конфликт?

Э. И.: Безусловно.

Т. С.: То есть это не борьба идей, стратегий?

Э. И.: Где там идея, какая стратегия? Конечно, нет. Просто межличностный конфликт, который ничего хорошего нашему городу не дал.

Т. С.: Я, честно говоря, тоже запомнил только как они делили машины — у кого круче тачка и кто быстрее рассказал об этом обществу. Ещё они считали свиней упорно целый год. Эти 300 штук свиней умерших не давали им покоя. Что ещё было?

Э. И.: А в чём заключается абсурдность? Мне кажется, не по рангу, не по статусу и не по уровню, да и вообще не по сути.

Т. С.: А разве в этой ситуации первое лицо города, каковым является глава, не должен просто стряхнуть с себя всех этих назойливых, как мошкару, и действовать самостоятельно?

Э. И.: Трудно сказать за другого человека, возможно, мудрости не хватило.

Т. С.: Мы обсуждаем людей, которые на виду, которых мы знаем.

Э. И.: Согласен. Наверное, мудрости, выдержки, терпения — мудрости в первую очередь — не хватило ни той, ни другой стороне. Меня вообще знаешь что в этом удивляет? Я удивлён, ведь тут было достаточно звонка из приёмной Сургутнефтегаза, чтобы этот конфликт закончился едва начавшись.

Т. С.: Так, ты ломаешь мою концепцию разговора о развитии полноценного гражданского общества. Какой звонок, погоди? То есть 25 лет развития новой страны, вставания с колен, чтобы всё закончилось звонком из Сургутнефтегаза?

Э. И.: Ну, два человека оттуда же вышли. Наверное, остались какие-то определённые моральные и этические нормы.

Т. С.: Так, я достаю обратно из-за кулис общество и возвращаю его в наш разговор. То есть вот этой вот массе, которую привычно мы называем обществом, ей вообще не достаётся никакой роли в подобных процессах?

Э. И.: Совершенно верно. Учимся на собственных ошибках. Возможно, благодаря этому конфликту, появился такой общественник, внутренний лидер, не общественного мнения, а внутри себя…

Т. С.: Кто?

Э. И.: Сергей Глинских. И он начал изучать и создавать инструмент изучения эффективности депутатов. Вообще его нет этого инструмента в нашей стране, и он его решил написать. Вот эти кажущиеся нам, с трибуны громко и красиво говорящие, критикующие и так далее. А что на самом деле они собой представляют с точки зрения реальной эффективной депутатской деятельности? И вот по этим 11 критериям всех наших 25 депутатов разложил, оценил.

Т. С.: Я вообще считаю, что Глинских — один из ярчайших настоящих гражданских активистов в Сургуте. И действительно, он сам, без всяких звонков из Сургутнефтегаза, ведёт эту работу общественную. И действительно его апология, апологетика нашей этой думы последней, забавной, она действительно очень чёткая, она такова, что там ни прибавить, ни убавить. И тем не менее. Ты считаешь, что Глинских, как представитель общества, даёт какую-то надежду, что им не будут давать крепко спать.

Э. И.: Безусловно. И если бы не было этих проявлений, о которых мы с тобой только что говорили, возможно, не появился бы и Глинских со своей идеей. Это и есть беспрестанно развивающийся процесс и не нужно давать какие-то окончательные оценки: «плохо, потому что плохо изначально». Нет, всё течёт, всё изменяется. Да, действительно, мы увидели неожиданно, впервые в истории города странный публичный конфликт, рождённый непонятно на чём и непонятно зачем, и к чему идущий. И появился инструментарий эффективной оценки деятельности.

Т. С.: А то что сейчас Попова как главы города нет, и его карьера закончилась весьма драматично, а г-н Бондаренко остался при кресле, можно считать, что Бондаренко победил в этой схватке титанов?

Э. И.: Не знаю, вряд ли. Мне кажется, в этой истории нет победителей. Проиграли в какой-то степени все, и город, и администрация, и дума.

Т. С.: А скажи, пожалуйста. Вот, у города уже два месяца новый глава, Вадим Шувалов. И в контексте нашего сегодняшнего разговора, что ты можешь сказать о нём, как о своей надежде, как о мечте о нормальной умной власти? Ты можешь подобные ожидания связать с этим человеком?

Э. И.: Я, безусловно, связываю, как и абсолютное большинство наших горожан, я думаю. «Заслуга» думы, что у нас отменили всенародные выборы мэра. Не знаю, костьми должны были лечь, но не допустить этого странного избрания мэра кем-то — частью депутатами, частью какой-то комиссией. Это ерунда какая-то. Зачем? Были всенародные выборы, оставьте!

Т. С.: А почему они это допустили?

Э. И.: Я думаю, что с каждым провели работу. Где-то прогнулись. Нашли к каждому подход: кого-то купили, кого-то нагнули, кого-то напугали. Откуда я знаю? Но прогнулись же все в массе своей.

Т. С.: А может всё гораздо банальнее? Может им всем глубоко наплевать, и даже нагибать не надо никого?

Э. И.: Может быть, и так. Чисто по человечески, жаль. Я к чему. Если бы был тот нормальный инструмент, нормальные выборы, мне кажется, Вадим Шувалов бы всё равно победил. Безусловно.

Т. С.: Объясни, почему? Какие качества сегодня позволяют в честной конкурентной борьбе победить?

Э. И.: Во-первых, очень сильный и очень чистый набор человеческих качеств. Один из самых порядочнейших людей, каких я в жизни встречал. Я не могу сказать, что мы с ним близко знакомы, но мы с ним знакомы, как и вы, наверное. Его чаще можно встретить в церкви, нежели где-то на светской тусовке. На мой взгляд, это хороший показатель, я знаю, что у тебя может быть своё мнение на этот счёт. Он думающий, размышляющий, неравнодушный человек. Это очень важный набор качеств для главы города. Это первое. Второе. Я читал твои достаточно критические статьи по поводу его первых движений. У него сейчас очень сложная ситуация. Во-первых, выборы. Беспрецедентные, каких никогда не было. Сразу большой день выборов во все органы власти. Представляешь, какое давление идёт со всех сторон на него? Сверху: дай явку, дай то, дай это. Ты всё время что-то должен. Под этим мечом дамокловым, который висит, от которого зависит, что будет дальше. Представляешь, под таким давлением сейчас реальное что-то попытаться сделать, разобраться, что собой представляет город с точки зрения его развития? Здесь у него есть подспорье. Во-первых, он энергетик, и подготовку к зиме он очень хорошо знает.

Т. С.: Если ты хорошо читал мои статьи, на которые ты только что сослался, то я там объяснил про этот бессмысленный подвиг.

Э. И.: Согласен, ему с этим уже разбираться. Второе. Я тоже знаю твой критическое к этому документу отношение, но я считаю, что это великое благо для города — документ стратегического развития нашего города, который наконец-то принят и утверждён. И есть дорожная карта его развития. Есть документ «Стратегия развития города». Ребят, там всё заложено. Конечно, это не значит, что всё окончательно и не надо ничего корректировать. Но основополагающие векторы развития есть: бери и делай! Это хорошее подспорье.

Т. С.: Ты со мной говоришь как компетентный читатель данного документа?

Э. И.: Нет, конечно.

Т. С.: Тогда я всё-таки тебя призываю не закапывать себя собственными высказываниями дальше, потому что, мягко говоря, это не так. Стратегия для любого города, государства, безусловно, должна быть. Мы должны знать, куда мы движемся. Стратегия, в которой прописано арифметическое необходимое количество школ, пожарных депо, квадратных метров асфальтового покрытия, это не стратегия. Это определённый график работы. Это как раз к вопросу об авральности и подвигах. Не надо повседневную производственную очевидную задачу оборачивать в упаковку большого величайшего дела. Это два разных дела.

Э. И.: Я всё-таки с тобой здесь не соглашусь, потому что ты выдернул из контекста определённый набор.

Т. С.: В отличие от тебя, я прочитал данный документ.

Э. И.: В этом документе есть цель — создание инновационно-промышленного центра города Сургута.

Т. С.: Нет, там нет такой цели. Она заявлена, и весь инструментарий, который под эту цель ниже написан, её не достигает. Он противоречит, перечень этих мероприятий, они не достигают данной цели.

Э. И.: Если я тебя правильно понимаю, то огромное количество людей, которые в разработке этого документа принимали участие. Наверное большая часть активного гражданского общества нашего города…

Т. С.: Это неправда.

Э. И.: …и ты один ставишь под сомнение своим мнением, и говоришь: «Ребята, вы все поработали плохо»?

Т. С.: Я не хотел обсуждать стратегию, но поскольку у нас, к счастью для меня и к большому несчастью для тебя, есть ещё несколько минут, мы всё-таки этот тезис закроем. Во-первых, не один я подвергаю сомнению качество данной стратегии. Во-вторых, над её разработкой работало не «огромное количество гражданского общества», а определённое количество чиновников городской администрации, а попросту, по разнарядке, каждому ведомству администрации, каждому департаменту и отделу было задание подготовить некий документ…

Э. И.: Да брось, Тарас, не совсем так! Я участвовал в нескольких группах.

Т. С.: Я тоже, дважды. Было бы в честь нашего юбилея уважением с твоей стороны дать мне договорить. И поэтому они просто подготовили то, что раньше называлось «План социально-экономического развития города на период с…по…». В-третьих, я просто с одним из физических разработчиков — ну, к этому документу нельзя применять слово «разработчиков» — писателей этого документа, я с ним разговаривал. Профессором. Я уж не буду называть его фамилию. И он после нескольких месяцев ваяния данного труда за гонорар, всё-таки признался мне: «ну, мне за эту шабашку немного стыдно, но я получил за это деньги». Поэтому я тебя призываю потратить один вечер, взять и прочитать эту «Стратегию-2030», и сложить о ней своё собственное мнение, а не такое поверхностное, как сейчас.

Э. И.: Я участвовал в нескольких группах, и достаточно последовательно.

Т. С.: Я участвовал в двух круглых столах, которые, видимо, ты называешь «участием огромного количества гражданских активистов». Нет, это было человек 20-30, кроме меня и ещё двух-трёх неинтегрированных во властный эстеблишмент людей…

Э. И.: Всё, оставим «стратегию» в покое…

Т. С.: Стратегия должна отвечать на один вопрос: качество населения города Сургута через 30-50 лет. Под качеством населения есть профессиональные методики, как она определяется. И если городская власть нынешняя в состоянии видеть перспективу на этот срок с точки зрения данной конкретной задачи и никакой иной, то власть сможет сформировать такой набор действий по управлению города, который позволит нам через 30-50 лет иметь город Сургут конкурентоспособным. А всё остальное, когда подобная задача с точки зрения человеческого гуманитарного капитала не формулируется, а формулируется техническая задача по превращению в тот или иной центр или комбинацию центров, это не является стратегией, это не является инструментом для движения вперёд. Закончим, потому что у нас очень мало времени, с Вадимом Шуваловым, которого ты считаешь человеком сверхпорядочным. Кстати, как и многие, без всяких шуток.

Э. И.: Продолжу надежду по поводу Шувалова. Мне кажется, он очень конструктивно настроенный человек. Он предпочитает худой мир доброй ссоре. Он абсолютно договаривается. Он может сесть и проговорить, обсудить и прийти к общему знаменателю. Это очень важно. Эта разобщённость в нашем городе, которая в последнее время только усилилась, мне кажется, он может и должен выступить тем связующим звеном, которое на себя этот процесс берёт.

Т. С.: Но ведь мэр должен принимать и жёсткие решения, а это уже конфликт.

Э. И.: Да я не говорю, что всё должно быть сахарно и мёдом помазано. Но всё должно быть в меру. В споре должна рождаться истина, а не просто столкновение личностный амбиций и больше ничего. В этом смысле, мне кажется, он конструктивно настроенный человек, и он опытный управленец. Я с кем ни разговариваю, все пребывают в очень хорошем добром пожелании и добрых надеждах по поводу его пребывания. Сейчас ещё осталось избрать достаточно компетентную, исходя их критериев Сергея Глинских, думу, чтобы это был конструктивный орган. И наладить эту взаимосвязь, эту коммуникацию между разрозненными общественными центрами в нашем городе. И тогда огромный потенциал, который заложен, тогда он точно выстрелит. Мы с тобой живём в этом городе практически всю жизнь. По сути, это малая родина, какая она ни есть. Небезразлично, правда? Всё, что происходило и что происходит в этом городе. Как и большинству здесь живущих.

Т. С.: Итак. Я напомню, что сегодня в нашем проекте «Особое мнение» Эдуард Иваницкий. Хороший человек, журналист, с которым мы вместе живём в этом городе 45 лет. И мы рассуждали о том, что же будет с родиной и с нами в следующие 25 лет, и в следующие 5 лет, и в следующие дни после отсчёта нашего нового политического сезона, когда наш глава города Вадим Шувалов закончит избирательную кампанию, когда будет сформирована городская дума нового созыва, когда будут сформированы новые парламенты Югры, Тюменского области и страны. Мы долго спорили о том, с каком состоянии пребывает современное общество, и способно ли оно быть в активном гражданском контакте с властными институтами, чтобы мы наблюдали более стремительный прогресс в нашем развитии, нежели тот, который протекал последнюю четверть века.

Э. И.: Ты так хорошо всё сказал. Что мы делали целый час в эфире? Можно было это сказать и попрощаться.

Т. С.: Что мы и делаем. До свидания!

Э. И.: С праздником тебя ещё раз!



19 августа 2016 в 09:30, просмотров: 4671, комментариев: 6


Комментарии:
альберт леонов
как известно что бюджет города Сургута - это умопомрачительная сумма, ей завидуют все другие города, но это же просто фикция, 90% это "защищенные" статьи бюджета, а то что реально может потратить город на свои нужды где то процентов 10. Вопрос, правильно ли кричать на всех углах города сумму бюджета или правильнее будет назвать ту цифру которой реально может распорядится город по своему усмотрению?
Кандинская
В городе катастрофически не хватает досуговых и культурных учреждений, соответствующих актуальным запросам современного горожанина, кроме "порта", который, насколько известно, после проведенной реорганизации еле дышит, больше и назвать нечего. Отток молодежи, трудоспособной, конкурентоспособной, креативной и талантливой принимает катастрофические масштабы. Как вы думаете, городские власти и бизнес понимают последствия сегодняшней утечки мозгов?
Добро и позитив Кандинская
Молодежь утекает потому что в городе никто, кроме Газпрома и СНГ по большому счету не желает платить молодым специалистам выше 25 тысяч. А на кой все эти развлекаловки им нужны, если можно уехать в лучшие климатические рамки на ту же зарплату, там же и развлекаться.
Кандинская Добро и позитив
Не следует путать развлекаловку с качеством среды обитания. Если сегодняшний тренд на оптимизацию всего и вся загубит это качество в Сургуте, то город станет благоприятной средой для обитания в нем гопников и мигрантов, ну и частично для тех обывателей, круг интересов которых сужен до "высокой зарплаты" и возможности ее потратить примитивненько и без запросов.
Смею предположить, и очень надеюсь, что далеко не все "молодые специалисты" градообразующих предприятий подходят под вышеперечисленные категории граждан, а потому утечка мозгов и перспективных кадров вполне возможна даже в таких казалось бы очагах благополучия с их полными социальными пакетами...
nk-surgut@mail.ru Кандинская
Наверное, нужно определиться, мы живем при капитализме, где люди работают за деньги или при тоталитарном социализме с капиталистической надстройкой, где большая часть людей работает за идею на тех, кто работает за деньги
nk-surgut@mail.ru
Эдуард явно дал маху, по поводу «Стратегии развития города».
Для кандидата в депутаты это не конструктивный настрой.
Показать все комментарии (6)

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи.

Вы можете войти на сайт или зарегистрироваться


Топ 10

  1. ​На горнолыжной базе в Пыть-Яхе при спуске на тюбинге погиб человек 1165
  2. ​Таких цифр еще не было: за сутки ковидом заразились 665 жителей Югры 545
  3. ​Два пожилых пешехода пострадали на дорогах Югры из-за собственного бесстрашия 509
  4. Куда сходить в Сургуте на выходных 22-23 января? // АФИША 485
  5. ​В сургутском дворе «скорая» застряла в сугробе // ВИДЕО 465
  6. ​В ХМАО задержали наркокурьера с двумя кило зелья 450
  7. ​Закон о QR-кодах могут принять в любой момент, но власти сами понимают – проконтролировать его исполнение они не могут 419
  8. В прокуратуре Югры открыли «горячую линию» по вопросам алкоголя 391
  9. Наталья Комарова назначила Юрия Слюсаря свои представителем в молодежном парламенте 381
  10. ​В Нижневартовске отремонтируют девять дорог 373
  1. ​Как получить медотвод от ковид-вакцинации 28445
  2. ​Житель Нефтеюганска пошел на преступление ради северной надбавки 4590
  3. ​В Нижневартовске в ДТП погиб ребенок // ВИДЕО 3439
  4. ​Пока невидимый широкому кругу, но важнейший процесс борьбы за приличный облик города идет в Сургуте 3208
  5. ​Обвиняемый по делу о хищении 170 млн рублей у дольщиков Нефтеюганска полностью оправдан 2788
  6. ​Сургутские незрячие малыши, ставшие сиротами в новогодние каникулы, обретут новую семью 2768
  7. В Югре вынесен приговор водителю, сбившему на остановке женщину с сыном 2757
  8. ​На трассе в ХМАО в ДТП погиб человек, трое пострадали 2737
  9. В Югре конкурсный управляющий нефтегазовой компании получил реальный срок за мошенничество 2706
  10. ​В Сургуте учителя физкультуры, во время урока которых погиб ребенок, получили сроки 2468
  1. ​Как получить медотвод от ковид-вакцинации 28445
  2. Вторая медсестра Сургутской травматологической больницы покончила с собой 20015
  3. ​В Нефтеюганске прошел забег Дедов Морозов и Снегурочек 10211
  4. ​Нетрезвая автоледи спровоцировала массовое ДТП в Югре 9944
  5. Югорская медсестра спасла пассажирку самолета во время полета 8751
  6. Близ Нефтеюганска выбросили нераспроданные ели: горожане недовольны 8612
  7. ​В Нижневартовске эвакуируют крупные торговые центры 8590
  8. Найден подозреваемый в убийстве вартовчанина, совершенном 18 лет назад 8468
  9. В Нижневартовске при пожаре в садовом товариществе погибла женщина 8303
  10. ​Дознавателя из Нижневартовска осудили за фальсификацию доказательств по уголовному делу 8235